Сергей Клишевич: Запрещать нейросети неэффективно, их нужно изучать
О роли ИИ в образовании
Заместитель Председателя Комиссии Парламентского Собрания по молодежной политике, спорту и туризму, член Комиссии Парламентского Собрания по науке и образованию Сергей Михайлович Клишевич высказался о влиянии нейросетей на современную систему образования:
«Нынешняя проблема в том, что школьники и студенты все без исключения учебные работы готовят дома на тех материалах, которые есть в интернете. Отсюда для преподавателя и сложность проверки уровня знаний у подопечных. Уже более 20 лет в белорусских вузах применяется система «Антиплагиат», которая сейчас настроена не только на поиск внешних кусков текста, но и на обнаружение генераций ИИ. Для этого она создает ИИ-запросы по теме реферата и сличает ответы. Но ирония в том, что студент и ИИ-ассистент могут прийти к одинаковым правильным выводам, и тогда непонятно, как оценивать работу (тем более что в учебных заданиях выводы достаточно простые). Если у педагога есть сомнения, тогда вузовский реферат или домашнее задание в школе придется ученику защищать устно.
Можно предположить, что в перспективе массовая письменная проверка удаленных заданий уйдет в прошлое как неэффективная. Сейчас достоверно вычислить ИИ можно по ссылкам придуманной им литературы (этим он частенько грешит) — но и здесь ИИ-выдача постоянно улучшается.
Домашние задания списывались и в доинтернетовскую эпоху: были книжки-решебники, помощь друга, нередко над упражнениями корпели мамы-папы-бабушки или репетитор. Суть в том, что везде, где есть лазейка и нет должного контроля, возникают обходные пути. Поэтому в отдельный блок всегда выделяются контрольные работы на уроке, а в качестве экзамена для поступления в вузы используется ЦЭ и ЦТ, где невозможно списать.
Получается, что простая отмена домашних заданий еще больше понизит уровень подготовки, а также увеличит социальное расслоение из-за привлечения репетиторов. При этом независимо от того, будут ли отменяться домашние задания, развитие технологий продолжится.
И если сейчас в ИИ нужно вручную вводить параметры для расчета задачи, то в будущем это, видимо, можно будет делать и по фотографии. То есть даже те минимальные навыки у учащихся могут быть утрачены. Что с этим делать?
И пока школа и вуз требуют письменную грамотность и аналитику, умение составлять документы, общественная практика поощряет красивую картинку, вовлеченность и просто эмоции. Это приводит не только к массовому снижению грамотности как «бесполезного» навыка, но и к значительно меньшей проработке письменных текстов (включая неформальные посты, блоги, сообщения). Мозг воспринимает письмо как тяжелую работу и просто ленится.
Более скрытый и опасный симптом — легкая смена работы и сферы деятельности у молодежи, нежелание терпеть временные некомфортные условия, создавать длительную карьерную стратегию. Грубо говоря, если ребенок годами не может сосредоточиться на заданиях в школе, то впоследствии он не сможет концентрироваться на сложной и многоэтапной задаче в трудовой деятельности.
Решение ситуации — максимальная практикоориентированность образования. И мы идем по этому пути. Ведь невозможно исключить ИИ из обихода и сложно контролировать его применение.
Часть сегодняшних детей воспринимает свое дальнейшее образование как получение необходимых навыков для зарабатывания денег. Поэтому в последнее время при росте ИИ-помощников мы наблюдаем увеличение поступлений в ссузы (а ведь задачи из этой сферы нейросети не щелкают как орешки). Ценность технических знаний в обществе растет.
Необходимо формировать такую систему, которая позволит студенту или учащемуся решать практические задачи и изучать те операции, которые пригодятся ему на рабочем месте. Здесь умение пользоваться ИИ надо поощрять как навык, но, опять же, с привязкой к реальному опыту. Например, в случае среднего специального образования нейросети могут выступать как источник прикладных технических советов.
Списывание эволюционирует вместе с информационной средой. Технический прогресс идет дальше. Пытаться ограничиться контролем за домашними заданиями — малоэффективно. Что и делают сегодня самые продвинутые белорусские учителя: они наглядно показывают на уроке, как ошибается ИИ, что он может, а что нет.
Запрещать нейросети неэффективно, их нужно изучать, потому что это становится фактором конкуренции на рынке труда.
Если же плыть против течения, мы придем к тому, что через 5 — 10 лет двоечник, который сегодня списывает с помощью ИИ, будет более востребован, чем будущий отличник, который изолирован от новейших информационных средств. Но это не значит, что надо делать вид, будто мы не замечаем нарастающую проблему. Проверка знаний должна быть. К тому же искусственный интеллект может ведь использоваться не только учениками, но и педагогами для выставления объективной оценки.
Что касается высшего образования, то ключевые ИИ-разработки — промышленные. Они упрощают и удешевляют проектирование, например, двигателей. Поэтому нам надо готовить тех же инженерных специалистов и быть уверенными, что ИИ-помощники также будут ими массово применяться. Любые вычисления здесь можно объективно проверить: программа либо работает, либо нет; строительная конструкция либо прочная, либо разваливается.
А вот нейросетям для гуманитарной сферы будет сложнее, потому что она по своей сути представляет аргументирование разных точек зрения. С чем ИИ успешно справляется: это поиск, а затем компиляция готовых ответов. Впрочем, и до эпохи ИИ мы видели, что ни одна из глобальных концепций развития человечества не смогла предсказать нынешнее мировое противостояние».
«Нынешняя проблема в том, что школьники и студенты все без исключения учебные работы готовят дома на тех материалах, которые есть в интернете. Отсюда для преподавателя и сложность проверки уровня знаний у подопечных. Уже более 20 лет в белорусских вузах применяется система «Антиплагиат», которая сейчас настроена не только на поиск внешних кусков текста, но и на обнаружение генераций ИИ. Для этого она создает ИИ-запросы по теме реферата и сличает ответы. Но ирония в том, что студент и ИИ-ассистент могут прийти к одинаковым правильным выводам, и тогда непонятно, как оценивать работу (тем более что в учебных заданиях выводы достаточно простые). Если у педагога есть сомнения, тогда вузовский реферат или домашнее задание в школе придется ученику защищать устно.
Можно предположить, что в перспективе массовая письменная проверка удаленных заданий уйдет в прошлое как неэффективная. Сейчас достоверно вычислить ИИ можно по ссылкам придуманной им литературы (этим он частенько грешит) — но и здесь ИИ-выдача постоянно улучшается.
Домашние задания списывались и в доинтернетовскую эпоху: были книжки-решебники, помощь друга, нередко над упражнениями корпели мамы-папы-бабушки или репетитор. Суть в том, что везде, где есть лазейка и нет должного контроля, возникают обходные пути. Поэтому в отдельный блок всегда выделяются контрольные работы на уроке, а в качестве экзамена для поступления в вузы используется ЦЭ и ЦТ, где невозможно списать.
Получается, что простая отмена домашних заданий еще больше понизит уровень подготовки, а также увеличит социальное расслоение из-за привлечения репетиторов. При этом независимо от того, будут ли отменяться домашние задания, развитие технологий продолжится.
И если сейчас в ИИ нужно вручную вводить параметры для расчета задачи, то в будущем это, видимо, можно будет делать и по фотографии. То есть даже те минимальные навыки у учащихся могут быть утрачены. Что с этим делать?
И пока школа и вуз требуют письменную грамотность и аналитику, умение составлять документы, общественная практика поощряет красивую картинку, вовлеченность и просто эмоции. Это приводит не только к массовому снижению грамотности как «бесполезного» навыка, но и к значительно меньшей проработке письменных текстов (включая неформальные посты, блоги, сообщения). Мозг воспринимает письмо как тяжелую работу и просто ленится.
Более скрытый и опасный симптом — легкая смена работы и сферы деятельности у молодежи, нежелание терпеть временные некомфортные условия, создавать длительную карьерную стратегию. Грубо говоря, если ребенок годами не может сосредоточиться на заданиях в школе, то впоследствии он не сможет концентрироваться на сложной и многоэтапной задаче в трудовой деятельности.
Решение ситуации — максимальная практикоориентированность образования. И мы идем по этому пути. Ведь невозможно исключить ИИ из обихода и сложно контролировать его применение.
Часть сегодняшних детей воспринимает свое дальнейшее образование как получение необходимых навыков для зарабатывания денег. Поэтому в последнее время при росте ИИ-помощников мы наблюдаем увеличение поступлений в ссузы (а ведь задачи из этой сферы нейросети не щелкают как орешки). Ценность технических знаний в обществе растет.
Необходимо формировать такую систему, которая позволит студенту или учащемуся решать практические задачи и изучать те операции, которые пригодятся ему на рабочем месте. Здесь умение пользоваться ИИ надо поощрять как навык, но, опять же, с привязкой к реальному опыту. Например, в случае среднего специального образования нейросети могут выступать как источник прикладных технических советов.
Списывание эволюционирует вместе с информационной средой. Технический прогресс идет дальше. Пытаться ограничиться контролем за домашними заданиями — малоэффективно. Что и делают сегодня самые продвинутые белорусские учителя: они наглядно показывают на уроке, как ошибается ИИ, что он может, а что нет.
Запрещать нейросети неэффективно, их нужно изучать, потому что это становится фактором конкуренции на рынке труда.
Если же плыть против течения, мы придем к тому, что через 5 — 10 лет двоечник, который сегодня списывает с помощью ИИ, будет более востребован, чем будущий отличник, который изолирован от новейших информационных средств. Но это не значит, что надо делать вид, будто мы не замечаем нарастающую проблему. Проверка знаний должна быть. К тому же искусственный интеллект может ведь использоваться не только учениками, но и педагогами для выставления объективной оценки.
Что касается высшего образования, то ключевые ИИ-разработки — промышленные. Они упрощают и удешевляют проектирование, например, двигателей. Поэтому нам надо готовить тех же инженерных специалистов и быть уверенными, что ИИ-помощники также будут ими массово применяться. Любые вычисления здесь можно объективно проверить: программа либо работает, либо нет; строительная конструкция либо прочная, либо разваливается.
А вот нейросетям для гуманитарной сферы будет сложнее, потому что она по своей сути представляет аргументирование разных точек зрения. С чем ИИ успешно справляется: это поиск, а затем компиляция готовых ответов. Впрочем, и до эпохи ИИ мы видели, что ни одна из глобальных концепций развития человечества не смогла предсказать нынешнее мировое противостояние».
вк
ок
youtube
telegram
ru–by
макс
