Куда пойдут караваны нового шелкового пути?

Индустриальный парк "Великий камень" под Минском привлечет несколько миллиардов долларов инвестиций. Тут разместятся высокотехнологичные производства, жилые зоны, офисные и торговые комплексы, научные центры. Фото: БЕЛТА


Этим летом в ШОС приняли Индию и Пакистан. Произошло это на июньском саммите организации в Ташкенте.

- С учетом вступления новых членов ШОС объединит более 65 процентов территории Евразии, 45 процентов населения планеты, свыше
19 процентов мирового ВВП, - подчеркнул глава Казахстана Нурсултан Назарбаев.

Июньский саммит стал первым, в котором Беларусь участвовала на высшем уровне в новом статусе наблюдателя. Республика единственная из европейских государств получила эту возможность. На таком формате настояли в Пекине и в Москве.

- Как Китай, так и ШОС в целом могут рассчитывать на поддержку Беларуси в любых вопросах, - заверил глава Республики Александр Лукашенко. - Мы готовы быть «западными воротами» этой организации.

Изначально ШОС создавалась для решения проблем безопасности. Однако, когда за одним столом собираются люди, управляющие миллиардами долларов, речь об экономике зайдет обязательно.

- В число важных ориентиров ШОС должно войти взаимодействие с Евразийским экономическим союзом, - заявил в Ташкенте Александр Лукашенко. - Беларусь поддержала масштабную инициативу Председателя КНР Си Цзиньпина о создании Экономического пояса Шелкового пути (ЭПШП).

Президент России Владимир Путин считает, что интеграция ЕАЭС и ЭПШП могла бы стать прологом к формированию большого евразийского партнерства.

- Нужно выстраивать на территории ШОС производственные цепочки и развивать общую транспортную инфраструктуру, - подчеркнул глава РФ. - Заинтересованность в сотрудничестве с ШОС высказывают и страны АСЕАН.

Идея Континентального экономического партнерства вызвала живой интерес в среде аналитиков. Свое мнение по этому поводу высказали и члены Клуба экспертов «СВ».

НОВЫЕ РЕАЛИИ

100 миллиардов - на дорогу

Вячеслав Сутырин, политолог, научный сотрудник МГУ, директор по исследованиям Центра изучения перспектив интеграции:

Фото: Владимир Коробицын

- В то время как в Ташкенте на саммите ШОС принимали новых членов - Индию и Пакистан, Великобритания решила выйти из ЕС. Несмотря на то, что текущие мировые экономические неурядицы ударили в первую очередь по развивающимся странам, среди них усиливаются интеграционные процессы.

Так, решение о выделении китайскими банками кредита на строительство высокоскоростной железной дороги Москва - Казань замыкает китайский Экономический пояс Шелкового пути на пространство Евразийского союза. Все это создает новые реалии, со своими рисками.

Москва - Казань - это ключевой отрезок будущей высокоскоростной магистрали до Пекина, общая стоимость которой составит около
100 миллиардов долларов. Сухопутный Шелковый путь пройдет через территорию Казахстана, России и Беларуси. Этот коридор становится приоритетным для переориентации части грузопотока между Китаем и Европой.


Принятые решения имеют долгосрочные последствия для евразийской интеграции. Прежде всего это рост инвестиций в смежные отрасли. Например, создание логистических комплексов на границе Беларуси и Польши, подъем белорусско-китайского индустриального парка «Великий камень» под Минском, инвестиции в транспортную инфраструктуру Казахстана (проект «Нурлы жол») и развитие финансового центра «Астана».

На саммите ШОС Нурсултан Назарбаев предложил масштабную идею - формирование Евразийского транзитно-транспортного хаба с участием государств-членов и наблюдателей ШОС. Все эти проекты теперь нанизываются на высокоскоростную магистраль. Речь идет об обновлении инфраструктурного ядра ЕАЭС.

Стратегический эффект - увеличение транспортной связанности Евразийского союза, что повысит его политическую стабильность в условиях колебаний на мировых рынках и нарастающих угроз безопасности с Юга.

В отношениях стран ЕАЭС и Китая есть не только крупные возможности, но и риски. Китайские кредиты - как правило, связанные, предполагающие привлечение китайских компаний и рабочей силы. Кроме того, стоит вопрос о повсеместном распространении китайских технических стандартов.

Нужно очертить круг вопросов, которые можно было бы передать на наднациональный уровень Евразийского союза, чтобы выступать на переговорах с Китаем с общих позиций.

Российско-китайские отношения, несмотря на многочисленные препятствия, по сути, уже играют роль «магнита» для собирания широкого евразийского интеграционного объединения, включающего ЕЭАС, ОДКБ, ШОС с выходом на страны АСЕАН. Сопряжение ЕАЭС и Шелкового пути решает стратегическую задачу создания благоприятного пограничья с выходом на западные (Беларусь) и восточные (Казахстан) ворота евразийской интеграции.

ВЗГЛЯД ИЗ АЗИИ

Минск держит слово

Цуй Цимин, Чрезвычайный и Полномочный Посол Китая в Беларуси:

Фото: БЕЛТА

- Беларусь занимает важнейшее стратегическое положение. Здесь сливаются выходы к огромнейшему рынку ЕАЭС и ЕС. Китайско-белорусское сотрудничество непрерывно поднимается на новые этапы. На фоне депрессионного застоя мирового рынка в 2015 году объем двусторонней торговли вырос на 5,6 процента.

Наши страны успешно осваивают тридцать совместных проектов в области электроэнергетики, реконструкции автодорог, строительства цементных заводов, сборки автомобилей и т.д. В настоящее время обе стороны заняты освоением многомиллиардной кредитной линии. Мы совместно работаем над тем, чтобы индустриальный парк «Великий камень» под Минском стал жемчужиной Экономического пояса Шелкового пути.

Беларусь - это признанный остров стабильности на Евразийском континенте. Белорусский народ уважает и защищает свою историю и традиции, отстаивает мировую истину и справедливость, народ отличается честностью, всегда держит свое слово.

НЕФТЬ И ГАЗ

Битва за сырье еще впереди

Игорь Юшков, ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, преподаватель Финансового университета при Правительстве России:

Фото: Владимир Коробицын

- С ростом китайских инвестиций в Центральноазиатский регион растут и опасения Пекина в связи с террористической угрозой. Вторжение в страну террористических группировок из Афганистана, например, в Туркменистан, приведет к дефициту газа в Поднебесной. В случае слома статус-кво начнется передел газового рынка в Центральной Азии, что рано или поздно затронет интересы стран ШОС и ОДКБ.


После распада СССР Туркменистан стал одной из самых закрытых среди постсоветских стран. Во внешней политике Ашхабад придерживается принципа нейтралитета. Однако в последние годы проявились и явные минусы политики «неприсоединения». Турк-менистан, обладая слабой армией, не может защитить себя от нарастающих внешних угроз. Многие глобальные и региональные игроки могут быть заинтересованы в снижении экспорта туркменского газа. Страну мог бы защитить Китай, но и он отчасти оказывается в заложниках пресловутой политики нейтралитета Ашхабада.

В последние годы, словно руководствуясь поговоркой о мудрой обезьяне, которая наблюдает за схваткой двух тигров в долине, Китай не принимал прямого участия в международных конфликтах. КНР развивал экономику, сохраняя нейтралитет в отношении глобальных политических событий. Однако стратегия неучастия Китая в геополитических конфликтах может привести к печальным для него последствиям в газовой сфере.

Что касается России, то по мере приватизации ее нефтегазовых активов меняются приоритетные иностранные партнеры. Если ранее в качестве фаворитов рассматривались американские и европейские корпорации, то после начала «санкционной войны» на первый план выдвинулся Китай.

Интересно, что разворот на Восток постепенно трансформировался. Изначально под этой стратегией понималась простая замена Европы и США на Китай в тех направлениях сотрудничества, где были введены антироссийские санкции. Прежде всего речь шла о рынке кредитования. На практике китайские банки не предоставили российским структурам дешевого финансирования, опасаясь испортить отношения с США. Они либо предлагают завышенные ставки, либо ставят дополнительные условия.

Несговорчивость Китая в вопросе кредитования приводит к тому, что российские власти и бизнес ищут альтернативных партнеров в Азии. Заменой теперь уже Китаю может стать Индия. Ее условия сотрудничества оказались выгоднее, чем у китайских коллег.

ПОВОРОТ НА ВОСТОК

В политике жестко правит экономика

Сергей Рекеда, директор Ин-формационно-аналитического центра по изучению постсоветского пространства МГУ имени Ломоносова:

Фото: Владимир Коробицын

- Дальнейшее развитие ШОС в немалой степени зависит и от прогресса другого масштабного проекта - ЕАЭС. К счастью, проблемы мировой экономики не привели к краху евразийской интеграции. Действительно, в первый год функционирования ЕАЭС торговая активность между союзниками заметно упала - на 26 процентов.

Говоря об этом, правда, скептики стараются не упоминать, что объемы торговли государств ЕАЭС с третьими странами сократились еще больше - на треть. Соответственно евразийская интеграция даже на начальном этапе смогла сыграть роль «парашюта» для входящих в нее стран.

Развитие внутреннего потенциала союза невозможно без поиска внешних партнеров. Уместно вспомнить слова главы белорусского правительства Андрея Кобякова: «Мир уже даже не делится, он разделился на блоки. Нас окружают страны и объединения с сильной экономикой. Задача ЕАЭС - занять достойное место среди них».


Поэтому Евразийский союз ведет активный поиск внешних партнеров, и здесь уже можно выделить три основных вектора. На западном направлении приоритет - это выстраивание отношений с Европейским союзом, а на восточном - с Китаем. Идет работа и на южном направлении - стартовали консультации по созданию зоны свободной торговли ЕАЭС с Ираном.

Говоря о южным векторе, не следует забывать о колоссальном экономическом потенциале Индии, а также о возможностях Пакистана. Эти страны, кстати, уже в ШОС.

Самым перспективным видится углубление взаимодействия на китайском направлении. Причем заинтересованность в экономическом сближении с КНР объединяет все страны ЕАЭС.

Для России развитие диалога с Китаем, помимо экономической целесообразности, - это еще и реализация стратегии «поворота на Восток». Далекую от Восточной Азии Беларусь приближает к Китаю проект огромного индустриального парка «Великий камень», а также надежды на наращивание все еще скромных инвестиций.

Евразийская экономическая комиссия прогнозирует подписание всеобъемлющего соглашения по сопряжению Экономического пояса Шелкового пути и ЕАЭС в течение двух лет. Документ будет состоять из двух частей - соглашения о торгово-экономическом сотрудничестве и «дорожной карты» по конкретным проектам.

ВЗГЛЯД СО СТОРОНЫ

Еще наступит ренессанс Европы!

Александр Рар, немецкий политолог:

Фото: Владимир Свистунов/ ТАСС

- Не могу себе сегодня представить Европу от Лиссабона до Владивостока. Элиты работают на разделение, на построение двух блоков - Евроатлантического и «сцепки» ЕАЭС - ШОС - ОДКБ.

Как Россию выталкивают из Европы сторонники Трансатлантического торгового и инвестиционного партнерства, так и Китай выталкивают из азиатских дел путем создания Транстихоокеанского партнерства под эгидой США. Китай и Россия вынуждены будут искать новые формы сотрудничества.

Однако пройдут десятилетия, и, мне кажется, наступит ренессанс Европы. Сейчас ЕС в состоянии постмодерна, ищет свой путь в объединении с Америкой на почве универсальных либеральных ценностей. Возможно, через два поколения Европа будет больше ориентирована на себя. Тогда идея «Владивосток - Лиссабон» вновь станет актуальной.