Героизм советских солдат поражал врагов

 Фото: Иван МАКЕЕВ/kpmedia.ru

ОСТАНОВЛЕННЫЙ БЛИЦ-КРИГ

Отсюда, можно считать война и началась. Брест первым из городов СССР принял на себя удар гитлеровских полчищ. И здесь же фашистский блиц-криг дал первый сбой, остановленный мужеством и стойкостью защитников цитадели над Бугом. Бойцы продолжали сражаться в полном окружении, зная, что фронт уже откатился на восток. Раз за разом отбивали атаки противника, который превосходил их численно больше чем в десять раз. Героизм советских солдат поражал фашистов. Победоносно прошагавшие до этого по дорогам Европы, именно здесь они впервые столкнулись с отчаянным сопротивлением солдат и офицеров, для которых защита Родины была важнее жизни. Стояли насмерть, до последней капли крови. И это не пафос – а реальность тех дней.

Штурм цитадели начался ровно в 4.00 22 июня 1941 года. Пасторальную тишину воскресного утра разорвали залпы сразу нескольких десятков фашистских артиллерийских батарей, бивших по крепости. Огонь, вели, в том числе пушки-монстры - 600-миллимитровые мортиры «Карл», самые мощные орудия того времени. Их снаряды проламывали прочные стены, оставляя огромные воронки глубиной до пяти метров. Снаряды сыпались не только на казармы, убивая еще спавших бойцов. Под ураганным огнем оказались все выходы из бастионов. Одно из подразделений красноармейцев при попытке прорыва полностью погибло. Все, что находилось вне казематов крепости сметалось огнем. В том числе вся гарнизонная артиллерия. Рядом с орудиями стояли лошади. Несчастных животных уже в первые минуты обстрела перебило осколками.

ГРЕНАДЕРЫ - ПРЕСТУПНИКИ

Штурмовала крепость элитная 45-дивизия вермахта, сформированная из австрийцев. Семнадцать тысяч вооруженных до зубов матерых гренадеров. Эта дивизия находилась у Гитлера на особом счету. Именно ее войска первыми триумфально вступили в сдавшийся Париж, участвовали в победоносных боях в Бельгии, Голландии, а главное - знали предстоящий театр военных действий еще по Польской кампании 1939 года.

 Фото: БелТА

По подсчетам историков на утро 22 июня в крепости находилось чуть больше трех тысяч советских бойцов. Многие из них погибли при первом артобстреле. Атака гитлеровцев застала гарнизон врасплох. Фашистам практически с ходу удалось занять Южный остров с расположенным на нем Волынским укреплением. Захваченным оказался и госпиталь. С больными и ранеными агрессоры не церемонились - просто пристреливали или добивали прикладами. Так в первый же день войны ознаменовался и первыми военными преступлениями нацистов на советской земле.

РВАЛИ ФРИЦЕВ ГОЛЫМИ РУКАМИ

Вскоре через Тереспольские ворота противник ворвался в цитадель. Но тут же был выбит обратно. Именно в Тереспольских воротах враг напоролся на отчаянную контратаку наших бойцов во главе с комиссаром Ефимов Фоминым. Многие полуодетые и босые, как вскочили с кроватей. У части бойцов не было даже оружия. Крушили, рвали врагов в буквальном смысле, голыми руками. Ошеломленные яростью защитников, уцелевшие фашисты в панике бежали. И этот эпизод можно считать первым отступлением гитлеровцев в начавшейся войне. Контратака сделала свое дело. Враг был не только отброшен, главное было выиграно время, позволившее застигнутым врасплох защитникам цитадели сорганизоваться, и занять оборону в уцелевших после обстрела казармах.

Судьба самого комиссара Фомина впоследствии оказалась трагической. Трижды раненый, он продолжал участвовать в боях. Разрывом снаряда его сильно контузило и засыпало камнями рухнувшей стены. Из-под развалин его позже извлекли уже фашисты и взяли в плен. Был выдан предателем гитлеровскому офицеру. И расстрелян у крепостной стены. По воспоминаниям выживших очевидцев, свои последние минуты комиссар встретил мужественно и достойно. Посмертно его представляли к Звезде Героя, но дали только орден Ленина. Видимо, сыграла свою роль кляузная история, из-за которой его перед самой войной перевели в Брестскую крепость с понижением в должности. Но это уже отдельная тема. Главное, что в памяти народа Фомин, безусловно, герой. Пусть и без звезды.

НЕПРЕСТУПНАЯ ЗАСТАВА

ПОДВИГ ЛЕЙТЕНАНТА КИЖЕВАТОВА

По плану гитлеровцев, на захват Брестской крепости отводилось всего восемь часов. Но сражение продолжалось многие дни

К концу июня оккупанты уже продвинулись вглубь территории СССР на сотни, но в цитадели продолжались бои. Первыми из защитников цитадели еще утром 22 июня врага встретили пограничники 9-й заставы 17-го Краснознаменного пограничного отряда под командованием лейтенанта Андрея Кижеватова. Здание заставы и находилось в центральном дворе цитадели. Только в первый день ожесточенной схватки с врагом отряд Кижеватова отразил шесть вражеских атак. Подбили гранатами фашистский танк. Из разрушенного артобстрелами здания, Кижеватов по руинам заставы перевел своих бойцов, женщин и детей в подвал казарм 333-го стрелкового полка. Кстати, среди них была и семья самого лейтенанта.

К постоянным артобстрелам добавились налеты немецких бомбардировщиков. Казалось, в этом огненном аду никто не может уцелеть. Но когда фашисты поднимались в очередную атаку, их встречал огонь стоявших насмерть защитников.

 Фото: Википедия

Пограничники видят израненного в боях Кижеватова то за станковым пулеметом у окна амбразуры, то в рядах бойцов ведущих огонь. Израненный командир, продолжал руководить обороной.  

В минуты затишья между боями спускался в подвал к раненым, женщинам и детям, чтобы успокоить и приободрить их.

В бессильной злобе фашисты пускают в дело огнеметы и слезоточивый газ. 25 июня Кижеватов принимает решение, чтобы сохранить жизни женщин и детей, отправить их в сторону Бреста.

Расставание было тягостным. Лейтенант Кижеватов, по воспоминаниям выживших очевидцев, раненый, в крови, обнимал жену, мать, троих своих детей. Он понимал, что прощается с ним навсегда.

Когда для обороны цитадели уже практически не осталось боеприпасов, защитники решили в последний раз попытаться прорвать осаду. На календаре было 29 июня. Один из бойцов спросил Кижеватова: «Вы с нами, товарищ лейтенант?» На что тот ответил: «Я не вправе без приказа покинуть заставу, я ее командир!» - и лег за пулемет, прикрывая отход товарищей. С ним остались еще несколько пограничников. В этом бою он погиб. Трагической оказалась и судьба его семьи. Гитлеровцы продолжали мстить защитнику Брестской крепости и после его смерти: осенью 1942 года в Малоритском районе Брестской области они расстреляли всю его семью - мать, жену и троих детей. Самой младшей, Гале, было всего два года.

В 1965 году Андрею Кижеватову было присвоено звание Героя Советского Союза посмертно.

ПЛЕЧОМ К ПЛЕЧУ

ЕДВА ИСПОЛНИЛОСЬ ЧЕТЫРНАДЦАТЬ

Вместе с красноармейцами атаки враги отбивали женщины и даже дети

- Фашисты ежедневно на несколько минут прекращали обстрел крепости и через мощные радиоустановки предлагали нам сдаваться в плен. Кричали о своих победах. Однажды они сообщили, что взяли Минск. О том, чтобы сложить оружие, у нас не было даже и мысли, - вспоминал уже после один из защитников крепости старший сержант Иван Долотов.

Пикировщики Ю-87 утюжили бастионы полутонными бомбами. В один из дней сбросили боеприпас весом 1800 килограммов. Бомба-чудовище попала в угол стены крепости и своей детонацией потрясла даже город Брест. Но защитники продолжали сражаться.

Военфельдшер Раиса Абакумова оказалась единственным врачом в Восточном форте. Спасала раненых под постоянным огнем. Попала в плен, бежала. Когда попыталась связаться с партизанами, ее снова арестовали и угнали в Германию. Освободили лишь в мае 1945 года.

А вот Вале Сачковской, дочери полкового капельмейстера, в июне 1941 года едва исполнилось четырнадцать. Фашисты узнали, что ее отец находится среди защитников, и под угрозой расстрела отправили ее в крепость с ультиматумом о сдаче. Идти девочке пришлось под не стихавшим огнем. Она передала командирам требование фашистов, но возвращаться отказалась и осталась помогать защитникам. Перевязывала раненых, собирала патроны и подносила их бойцам. Позже, при попытке прорыва, большая часть красноармейцев погибла. Валя попала в плен, бежала. Участвовала в молодежном подполье в Бресте, сражалась с врагом в партизанском отряде. За мужество и отвагу ее наградили орденом Красной Звезды.

ИЗ ПОСЛЕДНИХ СИЛ

ПРОНЗИТЕЛЬНАЯ «ЖАЖДА»

Капля воды для защитников крепости была дороже жизни

Сейчас в это трудно поверить, но еще в начале 50-х годов о подвиге легендарной цитадели знали не так много. А руины крепости местные жители растаскивали потихоньку на кирпичи. И тут в 1956 году на экраны вышла легендарная лента «Бессмертный гарнизон». С Николаем Крючковым в главной роли. Сценарий для фильма, посвященного героической обороне крепости, написал Константин Симонов. Тогда весь мир узнал о подвиге защитников цитадели. Еще больше о героях заговорили после того, как в 1957 году вышла в свет книга Сергея Смирнова «Брестская крепость». Писатель долгие годы занимался поиском тех, кто защищал ее от фашистских захватчиков. С этих двух замечательных произведений и началась новая история брестской цитадели - уже как история мемориального комплекса. Его открыли в 1971 году.

 Фото: БелТА

Одна из самых пронзительных скульптур «Жажда». Боец из последних сил тянется каской, чтобы зачерпнуть воды из Буга. Так все и было на самом деле. Фашистские снаряды разбили водопровод и блокировали все подступы к реке. А лето в тот год выдалось неимоверно жарким. Бойцы мечтали хотя бы о глотке воды. Особенно тяжело было раненым. Десятки солдат погибли, пытаясь добыть драгоценные капли. Один из них – старшина Вячеслав Мейер, поволжский немец, кстати говоря. Не в силах больше смотреть на муки людей, он схватил котелок и, выпрыгнув в окно, ринулся к реке. Сбежал вниз по откосу и, зачерпнув воду, аккуратно, чтобы не расплескать, ринулся назад. И тут спохватились фашистские пулеметчики. Старшина успел все же добежать до оконного проема и протянуть котелок бойцам, когда грянула пулеметная очередь. Пуля попала в затылок. Умирая, старшина успел сказать: «Воду только раненым…» Его подвиг, как и аналогичные подвиги солдат, погибших при попытке добыть бесценные капли, стали собирательным прообразом для потрясающего душу и сердце памятника – бойца, ползущего к реке.

В каске, которую он сжимает в руке, сегодня всегда живые цветы.

СТОЯЛИ НАСМЕРТЬ

«Я УМИРАЮ, НО НЕ СДАЮСЬ! ПРОЩАЙ РОДИНА»

Эта надпись навеки стала символом мужества и стойкости

ВОПЛИ ИЗ БЕРЛИНА

Известную сейчас всем надпись, скорее всего, штыком неизвестный погибший герой нацарапал на стене в районе Белостокских ворот в западной части Центрального острова. Потрясает дата, которую он проставил – 20 июля 1941 года. Война громыхает уже почти месяц. Фронт ушел за сотни километров, но крепость продолжала сражаться. Небольшие группы бойцов, укрывшись в развалинах, продолжали упорное сопротивление. Штурм цитадели дорого обошелся фашистам.

- Потери очень тяжелые. За время боев только с 22 по 29 июня мы потеряли 1121 человека убитыми и ранеными. Крепость и город Брест захвачены, несмотря на жестокую смелость русских. По солдатам до сих пор стреляют из подвалов, и мы продолжаем нести потери, - докладывал в Берлин командир 45-й дивизии генерал-лейтенант Фриц Шлипер.

Уже в наши дни историки подсчитали, что суммарные потери Вермахта в Брестской крепости составили больше пяти (!!!) процентов от общих потерь гитлеровцев на всем Восточном фронте за первую неделю войны.

РУИНЫ СТРЕЛЯЛИ

После захвата цитадели партизанская война в казематах, где укрылись уцелевшие бойцы, наотрез отказавшись сдаваться, продолжалась еще, как минимум, месяц.

- В крепости погибли двое наших - полумертвый русский зарезал их ножом. Здесь до сих пор опасно. Стрельба раздается каждую ночь.

- Один наш капрал во время прочесывания казематов, был задушен ремнем возникшим как призрак русским солдатом. Убийце удалось скрыться. 

- Русский бросился с башни на группу саперов, держа в руках две гранаты, - четверо убиты на месте, двое умерли в госпитале от ран.

Это строчки из донесений офицеров 45-дивизии, обнаруженных красноармейцами после ее разгрома под Орлом в марте 1942 года. И все датированы июлем 41-го.

НЕ МОГ ДАЖЕ ГЛОТАТЬ

Майор Петр Гаврилов – человек-легенда. О нем в Советском Союзе знал каждый школьник. Один из главных руководителей обороны крепости, он был взят в плен 23 июля в бессознательном состоянии после тяжелой контузии от взрыва гранаты. Но перед этим успел застрелить двоих гитлеровцев.

 Фото: БелТА

По свидетельству осматривавшего его врача, майор находился в крайней степени истощения:

- Он был в полной командирской форме, но вся одежда его превратилась в лохмотья, лицо было покрыто пороховой копотью и пылью и обросло бородой. Он был ранен, находился в бессознательном состоянии и выглядел истощенным до крайности. Это был в полном смысле слова скелет, обтянутый кожей. Он не мог даже сделать глотательного движения, у него не хватало на это сил, и врачам пришлось применить искусственное питание, чтобы спасти ему жизнь.

ВЕРНОСТЬ ДОЛГУ

Считалось, что Гаврилов – последний, остававшийся в живых на тот момент, защитников цитадели. Точнее, наверное, все-таки один из последних. По воспоминаниям местных жителей, выстрелы в крепости раздавались даже в середине августа. А руины цитадели прочесывали немецкие солдаты с огнеметами, явно, чтобы выжечь еще сопротивлявшихся героев. Без еды, без воды, полуослепшие в подвальной тьме, истекая кровью из незаживающих ран они продолжали сражаться. До самого конца. До последнего мгновения жизни не выпускали оружие из рук. Вечная им память. Да, имена многих из них их так и остались неизвестными. Но подвиг их – бессмертен. И никогда не будет забыт. Защитники крепости - воины больше, чем тридцати национальностей СССР - до конца выполнили свой долг перед Родиной, совершили один из величайших подвигов советского народа в истории Великой Отечественной войны.