Владимир Путин: «Если кто-то попытается сожрать нас, то может схлопотать и по зубам»

 Фото: kremlin.ru

О ШОС

На сегодня это одна из самых мощных региональных структур. Я уже говорил, в публичном выступлении – по-моему, не знаю, в закрытой или открытой части, – но это больше половины населения планеты, или примерно так, по-моему, одна треть ВВП мирового. Запасы какие колоссальные, природных ресурсов, логистика сумасшедшая. То есть это полмира. И не случайно появились страны, которые захотели участвовать, в качестве полноправного членства здесь работать. Таким образом, стало 10 стран, и ещё 15 стран в разных ипостасях подсоединялись и разный статус имели. Теперь они все наблюдатели.

Нужно ли и когда произойдёт расширение – это зависит от решения постоянных членов организации.

Но в целом, почему она такая привлекательная? А она привлекательная – потому что все решается консенсусом и на основе договорённостей. Здесь нет, никто ничего никому не навязывает. Это площадка для выработки общих совместных решений, которые должны идти на пользу всем странам-участницам. И в этом смысле, мне кажется, у неё хорошие перспективы.

О контактах с США

Во-первых, контакты между представителями спецслужб осуществляются всегда. И, как вы, может быть, обратили внимание, совсем недавно мы передали американской стороне американского гражданина, который находился в местах лишения свободы у нас. [Передали] по состоянию здоровья, по гуманитарным соображениям, да и он какой-то такой, простой парень, пьяница, дебошир – и здоровье ещё плохое. Ну, пускай домой едет, лечится.

 Это первое. Контакты всегда есть и всегда были, даже в самые сложные времена холодной войны, и сейчас тем более они у нас осуществляется. Между руководителями спецслужб поддерживаются в том числе и прямые контакты.

Единственное, чего бы не хотелось, это чтобы все крутилось в бессмысленном режиме. Но, если кто-то в состоянии внести какой-то позитив в этот переговорный процесс, который в известной степени заморожен на сегодняшний день, как мы понимаем, то в целом мы не против. И здесь, конечно, нужны, наверное, специалисты, нужны военные, дипломаты.

 Хотя для нас абсолютно комфортно работать с теми людьми, которых мы хорошо знаем и которым мы в целом доверяем. Это близкие люди к Президенту Трампу.

О косатках и  белых медведях

Если Вы намекаете на то, что косатки – это Запад как бы коллективный, то я бы сказал, что косатка – конечно, страшный хищник, но это интеллигентное животное, умное. А коллективному Западу в свое время, еще в советские времена, были даны конкретные и до сих пор живущие определения – это акулы империализма.

 А смысл, конечно, примерно Вы угадали. Смысл того, что я говорил, заключается в том, что если кто-то попытается нас стащить вниз по пищевой цепочке и слопать, сожрать нас, то может схлопотать и по зубам. И Россия готова сделать это, несмотря на быстрорастущие аппетиты и зубы этих акул.

Об СВО

Не сомневаюсь, что враг будет «сыпаться». Вопросы по времени, по срокам всегда очень сложные, и [это] вопросы, на которые лучше даже не пытаться давать конкретных ответов, по срокам, еще по чему-то. Потому что война – дело жестокое и трудно прогнозируемое.

Сейчас главный вызов – это, конечно, беспилотие, причем во всех средах: под водой, на море, на земле и в воздухе. Это для нас вызов серьезный, мы с ним справляемся. Уверен, что все задачи в этой сфере будут решены, у меня даже сомнения нет. Я вижу это по тем темпам, которые набирают наши предприятия оборонной промышленности.

О беспилотнике в Лейпциге и реакции немецких властей

Непонятно, зачем все это делается. Объяснить можно только одним: что нужно противостоять «агрессивной России». А где доказательства? Ну вот, подбросили доказательства.

Я хочу напомнить, что совсем недавно, несколько месяцев назад, может, год назад как минимум, немецкие власти обвиняли Россию в том, что мы подорвали «Северные потоки». Я тогда еще удивлялся, как им могла в голову прийти такая чушь, имея в виду, что мы заинтересованы в продаже газа в Европу. Мы и сейчас готовы были бы поставлять, им нужно только кнопку нажать, принять решение о том, чтобы нажать кнопку. Но кишка тонка, потому что американские санкции там, вот и все.

Об НПЗ и их «национализации»

Даже нужно выбросить из головы, не было в мыслях такого ничего, никакой национализации. А побудительный мотив очень простой. Вы знаете нашу русскую поговорку: пока гром не грянет, мужик не перекрестится. Противник начал наносить удары по нашим гражданским объектам, в том числе по НПЗ. Нанес ущерб? Нанес. А почему? В том числе и прежде всего потому, что они не были защищены. И наши компании, к сожалению, – я с ними встречался неоднократно и по отдельности, и вместе, – говорят: «Это же обязанности правоохранительных органов, армии и прочее». Но когда мы поговорили, они поняли, что им тоже нужно включаться.

Я сказал, только этой ночью опять по трем НПЗ пытались нанести удар. Не получилось. А потому что они защищены уже. Это не значит, что ничего нигде не может проскочить, но уровень защиты совсем другой. У нас осталось только 10 процентов отремонтировать наших НПЗ. Но не хватало, чтобы по отремонтированным еще что-то прилетело.

Поэтому нужно работать всем вместе. Этот Указ как раз и направлен на то, чтобы объединять усилия и административных органов на местах (в муниципалитетах, в городах, в областях, в республиках Российской Федерации), правоохранительных органов, Министерства обороны, объединять усилия для защиты критически важных объектов.

 Об отношениях с Арменией

Что касается ЕС и Евразэс, я сегодня тоже сказал: если вы приняли решение двигаться в сторону ЕС – пожалуйста, это суверенное решение любой страны. Нас с армянским народом связывают исторически узы дружбы и даже больше, чем дружбы. У нас очень глубокие корни взаимоотношений с армянами, вообще с армянским народом, с армянами, и в этом регионе мира в том числе. Но просто находиться в одной и в другой организации одновременно невозможно. Это просто невозможно. У нас разные фитосанитарные нормы, разные технические стандарты. У нас вообще очень много вещей, которые несовместимы, во всяком случае на сегодняшний день.

И когда Премьер-министр сказал о том, что мы не выходили и не ставили заявку на выход из Евразэс, по-моему, это было еще в открытой части, я сказал: ну, как же, если вы приняли закон (они приняли закон о начале процедуры вступления в ЕС), значит, вы объявили нам о том, что вы выходите в какой-то перспективе из Евразэс.

Мы договорились вести диалог в спокойном режиме, Никол Воваевич предложил провести строгий анализ нашей совместной работы по каждому направлению. Я с этим согласен. Я пригласил его в Москву для того, чтобы мы не спеша с ним вдвоем, с его специалистами и с нашими специалистами правительства сели и прошлись по каждому пункту.

Об ударах по украинскому руководству

Как вы видите, мы не наносим таких ударов. Мы исходим из того, что нам нужны какие-то люди для… Действительно, если они поймут, что они хотят решать вопросы мирным путем, а не просто «за 40 дней уничтожать» нашу экономику и ставить Россию «на колени» или наносить нам «очередной стратегический удар», «стратегическое поражение», какие-то там переговорщики нам нужны. Это заявка на терроризм, это еще не переход к терроризму. А если уж до этого дойдет, мы посмотрим, как отвечать, найдем инструменты.

О зерновой сделке

Когда в июне глава режима заявил о том, что начинает операцию и за 40 дней он нанесет непоправимый ущерб экономике России, заставит нас сделать и то, и это, и начал делать… Я думаю, что они нам нанесли ущерб реальный, потому что в течение первых двух недель они повредили нам где-то около 40 кораблей. Не уничтожили, повредили. А вообще за все эти 40 дней где-то около 100 кораблей они повредили нам. Люди погибли, моряки, в том числе иностранные, и граждане Азербайджана среди моряков были, и граждане Турции были среди моряков погибших.

Общий ущерб, по нашим предварительным подсчетам, составил, в общем-то, немало – около 1 процента ВВП, это не критический ущерб для нас. Они и не могут нанести нам критического ущерба. Но ущерб все-таки есть. После этого мы сказали: «Ладно, хорошо, но тогда мы тоже будем отвечать вам тем же».

О новой волне мобилазации

Это чушь собачья. Это информационная атака на Россию.

О переговорах по Украине

Конечно, мы тоже хотим, но не заморозить, мы хотим прекратить войну и добиться длительного абсолютного мира вообще – и на Украине, и в Европе. И готовы к этому переговорному процессу со всеми, кто хочет это делать.

О военных целях на Украине

Если будут, то точно совершенно, я могу подтвердить еще раз: любые военные объекты на Украине – наша законная цель, британские, какие угодно.

Об отношениях с Японией и мирном договоре

Меня в целом не удивила их позиция по моему посещению Курил. Меня удивляет их позиция по отношению к России в целом. Мы не сделали ни одного шага в сторону ухудшения российско-японских отношений, мы очень бережно к ним относились. Все, что сейчас происходит в российско-японских отношениях, ухудшение наших отношений целиком и полностью на совести японского правительства.

Что мы сделали такого против Японии? Вообще ничего. Я уже говорил, мы готовы были и дальше обсуждать вопрос мирного договора и другие гуманитарные вопросы решали – с посещением островов гражданами Японии и так далее. Мы в принципе по очень многим вопросам позитивно реагировали.

Это сложный вопрос – подписание мирного договора, сложный вопрос, для нас он закрыт. Но мы тем не менее готовы были с ними как-то дискутировать. Они взяли на голом месте, неспровоцированно вообще с нашей стороны, начали шаг за шагом ухудшать наши отношения. Мы здесь при чем?