Экономист Дмитрий ТУЛЕНТЫ: Белорусы и россияне оформили почти 120 тысяч полисов «Союзного ОСАГО»

ДЛИННЫЕ ДЕНЬГИ

С апреля 2025 года в Союзном Государстве действует единый полис автострахования. Каков позитивный эффект, как дальше развивать межгосударственные страховые механизмы и бороться с монополией западных финансовых монстров? Об этом в беседе с «Союзным Вече» рассказал наш эксперт - кандидат экономических наук, доцент кафедры страхования и экономики социальной сферы, старший научный сотрудник Института финансовых исследований Финансового университета при Правительстве РФ Дмитрий Туленты.

- Зачем вообще платить за услугу, чья ценность не очевидна?

- Страхование - точнее, страховая защита - это не товар на полке, который покупают по случаю, а важнейший инструмент социальной и финансовой защищенности: и для граждан, и для бизнеса, и для государства в целом.

Многим это кажется чем-то далеким. Но представьте: пожар. Или затопили соседнюю квартиру. Или попали в ДТП. Или вдруг заболели в турпоездке за рубеж. Все это — непредвиденные расходы, которые будете вынуждены нести. И страховая защита как раз позволяет переложить их на страховую компанию. Естественно, за это приходится платить. Но это именно плата за вашу безопасность и защиту.

- Ну вот Ким Кардашьян свою филейную часть застраховала.

- Тут уже не страхование, а самореклама. Настоящее страхование – это, когда на основе системного подхода объединяются множество людей или организаций с однородными рисками. И за счет того, что вы регулярно переводите небольшие страховые премии (плату за страховую защиту), страховщик получает возможность помочь вам при форс-мажоре. Причем данный механизм многие путают со страхованием жизни…

- А это другое?

- Конечно! Страхование жизни — по сути альтернатива банковскому вкладу, которой во всем мире пользуется средний класс. В развитых странах страхование жизни занимает не менее шестидесяти процентов всего рынка страхования (для сравнения, в России его общий объем - порядка четырех триллионов рублей - около двух процентов ВВП).

Суть страхования жизни: вы лет двадцать делаете страховой компании небольшие, но регулярные платежи, по итогу получая солидную сумму. А если, не дай Бог, вы за этот срок уйдете — деньги перейдут вашим родным, причем сразу (а не после длительной судебной процедуры, как с «обычным» наследством).

И теперь самое интересное: ваши страховые платежи становятся источником «длинных денег» для всей экономики. Банк из этих доходов может выдать крупному бизнесу долгосрочный кредит с низкой ставкой для какого-либо стратегического проекта. С надежным горизонтом планирования в десять, двадцать и больше лет — открываются совершенно другие возможности.

ЖИЗНЬ АВТОВЛАДЕЛЬЦЕВ УЛУЧШИЛАСЬ

- Вы консультировали законодателей Союзного государства по объединению систем ОСАГО двух стран, которое состоялось в прошлом году. Реальный эффект уже есть?

- Благодаря механизмам СГ - российско-белорусская граница прозрачна для граждан обеих стран. Но в то же время автомобилист, переезжая, допустим, из Орши в Смоленск, должен был купить полис второй страны (или транзитные полисы — не будем сейчас вдаваться в нюансы). Не самые большие, но траты: сил, времени, денег.

Поэтому проделана огромная работа по синхронизации законодательства РФ и РБ в части автострахования. И вот - последняя статистика. За больше чем год после введения «союзного ОСАГО» — граждане обеих стран оформили почти 120 тысяч таких договоров. Любопытно, что большинство из них - 110 тысяч - пришлось на белорусов.

- Почему россиян значительно меньше?

- Предположу, что это связано с особенностями бизнеса. Значительная часть белорусской экономики — транзит, в том числе автотранспортом, товаров из Европы в Россию и Китай и обратно. Логично, что и «союзное ОСАГО» среди местных водителей более востребовано. 

Конечно, такой «двойной полис» - лишь первый шаг. На мой взгляд, нужно синхронизировать все виды обязательного страхования в пределах двух наших стран, двигаться к единому страховому пространству.

СТРАТЕГИЯ

СЛОМИМ ЗАПАДНЫЙ ДИКТАТ

Перестраховка — реальная защита от санкций

- Участники рынка часто жалуются на «монополию англосаксонских страховщиков».

- Формально таковой нет, потому что напрямую зарубежные компании не могут продавать договоры страхования на территории РФ или РБ. Другой вопрос, что сам наш страховщик вынужден перестраховываться: если происходит особо крупный убыток или массово начнутся страховые случаи, он просто разорится, так как не хватит оборотного капитала под все выплаты. Поэтому до 2022 года страховщик передавал часть своих рисков - иногда на пятьдесят процентов - зарубежным коллегам.

Россия в этой чувствительной сфере начала импортозамещение еще десять лет назад: в 2016-м государство учредило Российскую Национальную Перестраховочную Компанию. Она предоставляет аналогичные услуги отечественным страховщикам без риска «отключения перестраховки» в случае западных санкций. В Беларуси тем же самым занимается Белорусское Национальное Перестраховочное Общество. Поэтому важнейший вопрос Союзного государства - интеграция деятельности обеих этих компаний для обеспечения общих перестраховочных емкостей.

СУДОВЫЕ РИСКИ

ПО МОРЯМ, ПО ВОЛНАМ

Важные темы — страхование торговых судов, дроны и киберриски

- Есть так называемые Protection and Indemnity Clubs - клубы взаимного страхования судовладельцев, выдающие те самые полисы, без которых не пустят ни в один порт мира. Эти клубы сконцентрированы в Великобритании и Норвегии. Как они возникли? Исторически судовладельцы несли такие большие риски - кораблекрушение, пиратство - что коммерческие страховщики отказывались покрывать их за вменяемые деньги. И тогда «капитаны морского бизнеса» создали взаимное страховое общество - сами скидываются, сами себя страхуют. Такой закрытый международный клуб.

- В который нас теперь не пускают. Что делать?

- Договориться о новых механизмах с Китаем, Индией и другими нашими торговыми партнерами: чтобы они признавали в том числе полисы Российской Национальной Перестраховочной Компании. Евразийская перестраховочная компания (такой же орган на уровне ЕАЭС), к сожалению, пока активно не заработала, но потенциал есть.

- Новая головная боль, в том числе для страховщиков, - регулярные удары вражеских дронов по промышленным объектам. В нынешних договорах о страховании такой вариант просто не прописан.

- Понятно, что проблема дроновой опасности не исчезнет после окончания СВО. Ведь любой злоумышленник может собрать такое устройство и запустить. Значит, чтобы ваше предприятие смогло застраховаться от риска дроновой атаки и в случае чего получить выплату, страховщик в ближайшем будущем начнет у вас требовать наличие антидроновых средств: сетки, малое ПВО…

Хотя «воздушная тревога» — лишь верхняя часть айсберга. Есть киберугрозы — вирусы-вымогалки, которые блокируют все данные на твоем компьютере. А если это центральный сервер огромной компании? Правовое оформление для самой возможности покрытия таких рисков находится в зачаточном состоянии, хотя мы над этим работаем.

- Что конкретно сделано?

- Наш Институт финансовых исследований Финансового университета по заданию Правительства РФ сейчас работает по двум актуальным темам. Первая - это страхование киберрисков, о чем я уже говорил. Мы выявили острую необходимость единых подходов к оценке этих рисков и управлению ими. Подготовлены первые предложения и инструменты.

И второе: мы исследуем влияние изменения географии поставок на страхование рисков внешнеэкономической деятельности. Ведь изменение географии поставок нельзя рассматривать как механическую схему маршрутов. Происходят существенные трансформации в самих рисках ВЭД, меняется место и роль страхования, требуются качественно новые страховые продукты.

Да, страховое дело очень консервативно. Первый спутник полетел в 1957 году, а реальным бизнесом «страхование космических запусков» стало лишь в 1980-е. Но сейчас, я надеюсь, отрасль адаптируется к новым рискам куда быстрее.

Полное видеоинтервью смотрите здесь.