Анатолий Вассерман: Почему Трамп объявил, что Россия помогла выиграть войну

Фото: Телеграм-канал Анатолия Вассермана

- Мы все ждали, ждали, когда придет Трамп, что уж греха таить. И все ждали, что он скажет про Россию. И вот дождались. Через несколько дней после инаугурации он вдруг поблагодарил нас за то, что мы помогли США победить в войне. Как, по-вашему, это что - плохое знание истории или троллинг, или попытка как-то запутать мир?

- Я думаю, это хорошее знание плохого знания истории большинством американцев. То есть он выбрал формулировку, которая гарантированно дошла до подавляющего большинства своих граждан. Он, конечно, как большая часть американцев с историей знаком слабо. Но я думаю, что нашу историю он изучал специально уже в должности президента, поскольку должен был разобраться, чего от нас можно ожидать.

И наши потери он преувеличил вдвое, опять же, чтобы произвести впечатление на своих сограждан. Что вот, мол, у русских потери были в сто раз больше, чем у нас. Ну, на самом деле, конечно, не в сто, а в пятьдесят.

Мы потеряли в общей сложности чуть меньше 27 миллионов человек. Эти потери по источникам разделяются на три примерно равные группы. То есть примерно девять миллионов человек погибли непосредственно в ходе боевых действий или от их последствий, то есть умерли от ран.

Строго говоря, историки приводят числа от 8,5 до 9 миллионов. Дело в том, что около полумиллиона человек погибло уже будучи призваны на воинскую службу, но еще не будучи зачислены в строй какой-нибудь действующей воинской части.
И вот историки не сошлись во мнении считать эти жертвы военными или гражданскими. Лично я считаю, что военными. Вот еще примерно столько же, примерно девять миллионов человек - это наши мирные жители, убитые немцами в разных формах - от истребления разными карателями, но не только немецкими. Например, белорусскую деревню Хатынь истребляли полицейские, до того числившиеся в рядах организации украинских националистов.

И те, кто был угнан на работы в Германию и оттуда не вернулся. Конечно, не все, кто не вернулся, умерли. Многие по разным житейским причинам остались там или ушли дальше на запад.

Много чего бывало, но в целом эти потери примерно девять миллионов. И оставшиеся девять миллионов - так называемые демографические потери. То есть это те, кто просто не родился, хотя родился бы, будь наши условия мирными, те, кто преждевременно умер от непосильного труда или, скажем, от того, что значительная часть медицины была перенацелена на военные нужды.

Кстати, для справки. Немецкий учет военных потерь поставлен намного хуже нашего. Достаточно сказать, что у нас боевой потерей считался любой, кто умер в госпитале или во время отпуска для поправки здоровья. Когда медики пришли к выводу, что они все, что могли, сделали, а дальше надо просто, чтобы организм постепенно пришел в себя. Отпуск давали на срок до шести месяцев. Если медики считали, что за шесть месяцев не восстановится, тогда увольняли из рядовой армии. А если надеялись на восстановление, давали такой отпуск. Так вот у нас любой умерший, находясь в этом отпуске, считался боевой потерей, а вот у немцев боевой потери считался тот, кто провел в госпитале менее трех суток. Если больше, он уже зачислялся в гражданские жертвы, и по учету военных потерь не проходил.

Кроме того, значительная часть немецкой документации по учету раненых и убитых погибла в ходе боевых действий. Скажем, если воинская часть попадала в окружение, то у нас считалось необходимым до последней минуты пытаться вывести документацию, а у немцев полагалось сжигать ее, как только обозначилось окружение.

Кое-что погибло прямо вместе с воинскими частями и так далее. Но если считать немецкие потери демографическим методом, то есть посмотреть, сколько было в вооруженных силах к началу войны, сколько осталось к концу, сколько было по ходу дела призвано, сколько уволено из вооруженных сил по разным причинам, не обязательно по ранению. Бывало, что увольняли и у нас, и у них просто потому, что данный специалист срочно нужен в хозяйстве. Так вот, если считать демографическим методом, то немецкие потери от боевых действий на нашем фронте примерно семь-восемь миллионов человек.

Плюс еще потери союзников Германии, это еще где-то от миллиона до полутора, так что боевые потери у них практически те же, что у нас.

И легенда о том, что мы, мол, их пулеметы своими телами завалили, идет, на самом деле, от действий французов и англичан в первой фазе мировой войны, когда они на полном серьёзе штурмовали в плотном пехотном строю немецкие пулеметы, турецкие пулеметы во время высадки на полуострове Галлиполи и так далее. Есть даже французский фильм, не помню уж как называется, где очень точно, судя по мнениям специалистов, воспроизведен такой вот мясной штурм.

У нас до такой дури никогда не доходило. Грубо говоря, если ротный командир погонит роту на пулеметы, то уже батальонный командир его в самом лучшем случае отстранит от службы и пошлет на переподготовку.

ЭФФЕКТНО И ЭФФЕКТИВНО

- Понятно, что США такие малообразованные. Уж немцы-то знают, кто кого брал, освобождал. Но вот после этого Олаф Шольц благодарит США за то, что они справились с нацизмом и вывели Германию на демократический путь развития. Это что такое?

- Это его западно-германский опыт. Дело в том, что программа денацификации, проведенная американцами в своей оккупационной зоне, была очень эффектна. Насчет эффективности ее до сих пор спорят, но это было очень эффектно, когда местных обывателей заставляли своими руками выкапывать захоронения в концлагерях. Когда их силком загоняли в кинотеатры, где показывали документальные фильмы о деятельности нацистов.

Спорить об эффективности можно, потому что, судя по всему, наша программа денацификации была не столь эффектна, но ничуть не менее эффективна. Но, естественно, американская программа запомнилась гораздо больше. Плюс к тому еще американское понимание демократии тоже было старательно там насаждено.

Должен заметить, что в Конституции, принятой в 1919 году в городе Ваймар, демократии было формально даже больше, чем в Америке. И те изрядно ограничили демократию по сравнению с ваймарской конституцией, но ограничили, пожалуй, оправданно, потому что ваймарская конституция привела к крайней неустойчивости власти. Так что Шольц благодарил за то, о чем знал.

Ну и та же самая странность с юбилеем освобождения Освенцима, на которой, кроме, собственно, поляков были приглашены представители Германии, Украины, в которой проповедуются культ запрещенного в РФ экстремиста и террориста Бандеры. И на котором не было представителей Израиля и России. Тут даже многие западные политики возмутились, а у нас, я видел, завирусились хорошие мемы относительно того, что это была закрытая вечеринка только для организаторов.

Что касается Израиля, до прихода к власти национальной социалистической немецкой рабочей партии самыми большими антисемитами в Европе несколько веков подряд были поляки и более того после свержения этой партии поляки вернулись на первое в Европе место.

Во-первых, там тех евреев, кто выжил и хотел вернуться на прежнее жительство, выгоняли, а то и убивали те, кто завладел их имуществом. Во-вторых, в 1956, если не ошибаюсь, году, тогдашний глава Польской Объединенной Рабочей Партии Гомулка выселил практически всех евреев, еще остававшихся в Польше, в Израиль. Сейчас поляки, евреи, конечно, в Польше еще есть, но, как говорят химики, в следовых количествах.

- Мало кто знает, что последний крупный еврейский погром состоялся в Варшаве уже после Второй мировой войны, не с нацистами, а с поляками.

- Ну, а последний поляк, живший в Польше, о котором я точно знаю, что он еврей, это Станислав Герман Самуилович Лемб, умерший, если не ошибаюсь, лет десять назад. Великий писатель, великий мыслитель. Он остался, наверное, потому что успел хорошо засветиться еще до того, как Гамулка устроил изгнание остатка евреев.

Так что у поляков нет причин особо любить Израиль. Ну, а нам они до сих пор не могут простить того, что из-за череды собственных ошибок они так и не заняли желаемое имя места лидера славянского мира. Зато его
заняли мы, хотя у нас, в общем-то, достаточно долго шли споры о том, стоит ли нам вообще создавать что-то цельное славянское, и даже если создадим, стоит ли нам выдвигаться там на первое место. Но так часто бывает, что если ты слишком хочешь что-то возглавить, шансов на это у тебя убавляется.

Соответственно, это не нынешние выборки, это проявление очень давних польских традиций.