Кристина Воробьёва: Ограбление по-европейски

Пожалуй, нет сегодня в международной экономике темы жарче вопроса, как спереть российские активы. При этом именно Россия, по крайней мере – в публичном поле, говорит о них меньше всего. Мы тут внешне более-менее спокойны: лежат – и лежат себе, мы без них пока как-то обходимся. В конце концов, это же стратегический запас, так сказать – на чёрный день. Который ещё не наступил. Дай Бог, чтобы и не понадобились.

А вот вся Европа аж слюной на них изошла. И тут их тоже понять можно: обязательство помогать Украине они дали, а вот тратить на это свои деньги – на хочется. Они же свои! Зачем давать свои 90 млрд. когда тут рядом лежат 200 млрд чужих?

И Бельгию, которая категорически против изъятия, вернее будет сказать – грабежа этих активов, тоже понять не сложно. Ведь это именно с Бельгией Российское правительство заключало договор о помещении денег на хранение. И юридически, это она отвечает за их сохранность. И Бельгия обязана вернуть их по нашему требованию. То есть, изъятие активов – на самом деле – ограбление этой страны – столицы Евросоюза.

Сейчас наши счета арестованы, но когда-нибудь арест будет снят. И тогда мы потребуем вернуть отданное на хранение. Потребуем вполне официально, на основании юридических договоров, и никто не сможет оспорить наши доводы. Так что отдавать деньги Бельгии придётся. Ну, или признавать себя страной-банкротом, объявлять дефолт. Разумеется, такой выход страну, для которой финансовые операции – одна из главных статей дохода – не хочется от слова «совсем».

Впрочем, у Евросоюза есть абсолютно законный способ, как можно абсолютно законно забрать наши деньги. Для этого надо всего лишь собрать международный трибунал, который признает Россию виновной в том, что сейчас происходит на Украине и вынесет приговор конфисковать активы и передать их «пострадавшей стране» для восстановления.

Но вот незадача: процесс этот должен быть открытым, и наша страна должна будет иметь в нём все права на защиту. И вот тут у лидеров стран Евросоюза есть очень большие сомнения в том, что им удастся этот процесс выиграть. Потому что нашим адвокатам (можно не сомневаться, что это будут хорошие адвокаты) не составит большого труда доказать, что противостояние начала не Россия, и не в 2022 году, а Украина в 2014-м. Когда подписала договора, выполнять которые отказалась. Тут не надо даже вспоминать об обещании НАТО не расширяться на восток, такое обещание, и правда, документально оформлено не было. Хотя, опять же, по законам, даже документально не заверенное, но произнесённое, с чем Запал не спорит, оно имеет силу. Но в случае с Минскими договорами всё было написано, заверено и подписано по всем самым строгим правилам. У руководства Евросоюза стоят совсем не дураки, и они понимают, что суд признает виновной в конфликте именно Украину. Нас не получится обвинить даже в эскалации, ибо мы много раз требовали соблюдать договора и гарантировать нам, что Украина в НАТО не примут. Ответ же всегда был диаметрально противоположным. Так кто тогда эскалировал?

Для Евросоюза такой трибунал неприемлем ещё по одной причине: его не получится провести втихую. Информация о нём должна быть широко доступна, а значит граждане недружественных стран узнают, наконец, истинную подоплёку конфликта. Сегодня они живут, сами того часто не зная, в условиях жесточайшей цензуры, представляющей Россию кошмарной страной-монстром, Мордером, раздирающим бедную и несчастную, но героическую Украину и мечтающим следующим шагом напасть на оставшиеся Европейские государства. И вдруг им покажут, что всё совсем не так, и раньше им показывали происходящее в жутко изогнутых кривых зеркалах.

Впрочем, есть ещё один вариант, на котором сейчас настаивает Бельгия. Она требует от ЕС дать её юридически оформленную бумагу о том, что руководство Евросоюза, ну – или отдельные страны, согласны в случае необходимости отдавать деньги, ответить по её обязательствам. Опять же, если бы руководство было уверенно в том, что ничего отдавать не придётся, оно бы такую бумагу дало легко. Но ни оно, ни какая-либо отдельная страна-член ЕС ни за какие коврижки не согласны на такой шаг.

Это означает только одно: все, кто кричит, что Россия – агрессор, понимают, что доказать этот посыл у них не получится. Потому что он изначально ложный. Как вывод: ввязываясь в конфликт, Европа имела цель вовсе не помочь Украине, которая ей глубоко пофиг, а развалить Россию. Расчёт был сделан на то, что лишённая своих активов (которые арестовали почти сразу после начала СВО) и раздавленная санкциями Россия просто рухнет, как Колосс на глиняных ногах. Что Чечня, Татарстан, Бурятия, Якутия, Калмыкия, Дагестан объявят о независимости, а Калининград и Сахалин присоединятся к Германии и к Японии соответственно. Что лишённые французского Куршевеля, итальянского пармезана, немецкого Мерседеса и американского Макдональдса россияне сами снесут «тоталитарную диктатуру» и бросят в ноги к европейским господам миллиарды баррелей нефти, тонны золота, алмазов, редкозёмов, кубокилометры леса и прочих российских богатств. Что позволит этим европейским странам ещё ни одно столетие жить припеваючи. Что Европа победит, а победителей – не судят.

Не получилось. Ноги Колосса только казались глиняными, на самом деле глиной было обмазано порочное и армированное сталью бетонное основание. Но дело было уже сделано, и теперь у Европы нет другого выхода, как только тянуть войну как можно дольше. а для этого нужны деньги, которых уже нет. А чтобы они появились – надо забрать чужие деньги.

А для этого нужна самая малость – сказать на весь мир: да, ребята, всё наше благосостояние, весь наш «райский сад» построен на том, что мы умеем хорошо грабить другие страны. Раньше мы открыто грабили Китай, Индию, Африку. Сейчас так уже не получается, но мы можем присвоить себе деньги, которые нам когда-то дала на сохранение Россия. И это будет вполне соответствовать законам. Не тем. правда, о которых мы объявляем де-юре, а тем, по которым живём де-факто: по нашим, европейским воровским законам.