Андрей Удальцов: Увидит ли «Кузя» вновь океан

Еще одна дата подоспела, хоть не круглая, но знаковая и очень злободневная. Итак – 29 сентября 1991 года на палубу недавно спущенного со стапелей авианосца «Адмирал Кузнецов» впервые совершил посадку военный летчик Тимур Апакидзе на палубной версии истребителя Су-27. А именно – Су-27К. «К» - значит корабельный. По большому, эту дату можно считать рождением в нашей стране полноценной палубной авиации, ну и в какой-то мере авианесущего флота. До Апакидзе на «Кузнецов» садились только летчики-испытатели. А предыдущие корабли – большие, океанские, с грозным вооружением – хоть и имели в названии также приставку «авиа», но, скорее, были полуфабрикатами, если уж так-то. Основу их авиакрыла составляли истребители-штурмовики вертикального взлета Як-38. Первая у нас серийная машина с такой технологией, к сожалению, так и не смогла избавиться от, как говорят в таких случаях, «детских болезней», за которые морские летчики платили своими жизнями. В конце концов производство ее прекратили. Зато следующая «вертикалка» - сверхзвуковой Як-141 – мог стать прорывной по-настоящему машиной. Его уже вовсю испытывали, готовили документацию для серийного выпуска, но после развала Союза все работы свернули.

По авианосцам также было планов громадье. Вслед за «Кузнецовым» на стапелях в Николаеве во всю шло строительство атомного исполина «Ульяновск» с паровыми катапультами. Он уже ни в чем не уступал американским «Нимицам», а в чем-то их превосходил. В том же вооружении. Но вместо того, чтобы бороздить океаны, единственный в истории СССР проект полноценного авианосца с ядерной силовой установкой пошел под резак прямо на стапелях практически сразу после развала Союза. Россия финансировать его достройку отказалась. А Украине он и подавно был не нужен.

И остался у нас один – «Кузнецов». Нес службу, как мог – в меру своих технических возможностей. Его слабым место были котлы, которые то и дело текли из-за чего корабль совершил по сути одну полноценную дальнюю службу – в Средиземном море в середине девяностых. А сейчас его будущее, а значит и будущее авианосного флота и палубной авиации России, как таковых, оказались под большим вопросом. С 2017 года «Кузя», как любовно зовут его моряки, находится в ремонте. Планировали заменить летную палубу, энергетическое оборудование и силовую установку, оснастить корабль новым продвинутым вооружением. Все шло по плану. В июле прошлого года в Минобороны России даже сообщили, что для авианесущего крейсера начали формировать летный состав полков. Летчики проводили тренировки над Кольским полуостровом и Баренцевым морем. И вдруг бац...  

- Мы считаем, что его нет смысла ремонтировать. Ему уже 40 лет с лишком, и вещь это крайне дорогостоящая. Я думаю, вопрос будет решен в том плане, что будет либо продан, либо утилизирован, - заявил в конце июля нынешнего года председатель совета директоров Объединенной судостроительной корпорации Андрей Костин.

Говорят, что все работы на «Кузнецове» уже приостановили. Временно или с концами – пока вопрос.

Возраст корабля – понятие весьма, надо заметить, относительное. Смотря как его эксплуатировать и поддерживать его состояние, разумеется. Фишка еще в том, предупреждают эксперты, что, лишившись «Кузнецова», мы можем, как сейчас говорят, утратить, компетенции не только в создании авианосцев, но и палубной авиации. Вот такая может получиться экономия.