Валерий Чумаков: «Белая лошадь» человеческого вдохновения

В Голубую бухту я приехал не случайно. Давняя подруга нашей семьи подсказала: «Там, под Геленджиком, женщина творит чудеса из того, от чего все обычно отворачиваются». И чудеса начались ещё до того, как я зашёл в «Белую лошадь». Идешь по Взлётной улице, справа шумят деревья, где-то неподалеку плещет морской прибой. А слева – забор. Необычный, сверкающий, собранный из тысяч пластиковых бутылок. За ним — обратный мир.

В галерее меня встретил белоснежный ангел, моющий Землю. Огромный, собранный из полиэтиленовых пакетов и старого санаторского белья, он согнулся над тазиком, в котором, в голубой пене бережно мыл нашу планету. Осторожно, почти нежно он окунал хрупкий, почти хрустальный, зелёно-голубой шар, смывая с поверхности то, что мы, люди, на нее накидали. Я замер. Несколько секунд просто смотрел, пока не понял: вот оно, весь смысл этого места — в одном жесте.

Нина Борисовна Никифорова, создательница галереи, вышла навстречу. Лёгкая, быстрая, с ясными глазами. Когда то, во Владивостоке хирург Никифорова спасала детские жизни, теперь же она спасает человеческие души.

— Здравствуйте, — сказала она просто. — Вы в первый раз здесь?

— В первый. И уже не могу оторваться от вашего ангела.

Она улыбнулась:

— Он всех останавливает. Я делала его из того, что накопилось дома. Пакеты, простыни… А смысл понятен даже пятилетнему. Мы все в ответе за эту голубую каплю. И если уж накопили столько лишнего — давайте хотя бы превратим его в красоту.

– Это моя любимая работа, – рассказала автор. – Все мои работы — как дети. Я их не выпускаю из мастерской, пока не подружусь с каждой. А с этим ангелом мы подружились особенно крепко. Он стоит на коленях и купает Землю. Тело — сплошные полиэтиленовые пакеты. Слоёв не счесть: наматывала, укрепляла строительным феном, снова наматывала. Сверху — хлопковая ткань, списанные пододеяльники и простыни из санатория. Как раз банные.

А родился он за семь дней. Меня пригласили на большой банный фестиваль в Сочи, на Красную Поляну. Ехать хочется, но что я там буду делать? Люди учатся парить, массировать, а я? С шайкой и веником? До фестиваля оставалось ровно семь дней. И вдруг родилась мысль: всем нам надо напоминать, что не только себя любимого надо холить и мыть, нужно и за Землёй ухаживать.

Идея вспыхнула так сильно, что я уже не могла от неё оторваться. Времени почти не было. Пакеты, ткань, фен… А он должен был сохнуть. Мы едва втаскивали его в баню — не влазил. Когда растопили печь, полиэтилен сжался, голова стала маленькой, фигура согнулась. Не таким я его задумывала. Пришлось ставить противовес. Но получилось именно то, что нужно: он встал на колени.

Сырого, ещё тёплого, повезли в Сочи. Фестиваль был огромный. Фотографии разлетелись по интернету. Не прошло и трёх дней — нас пригласили в Москву. Управляющая компания, которая работает с отходами, праздновала своё пятилетие. Впервые к нам отнеслись так серьёзно: оплатили дорогу, упаковку, встретили, дали настоящий гонорар. Двадцать маленьких работ я ещё взяла с собой, а ангела — как главного.

Теперь, когда привозят детей, я веду их прямо к нему. Спрашиваю: «Кто это?» — «Ангел!» — хором. «А что он делает?» Тут они чуть замирают, глядя на голубой шар. Я показываю на пену: «Моет Землю. И на коленях стоит — чтобы нам пример подать». Даже пятилетние всё понимают, они же с открытой душой. Бывает, родители уже устали, хотят уходить, а ребёнок ходит и ходит вокруг ангела. «Мы такого сроду не видели, — говорят. – Думали – нашего ничем не удивишь, а тут — в первый раз такое».

Мы прошли дальше. Летний павильон, зал под стеклом, двор в тени сосен. Повсюду — картины, скульптуры, инсталляции. Рыбы, птицы, кони, цветы, целые города. Всё создано из того, что обычно называют отходами, что найдено на берегу: бутылок, пробок, упаковок, обрезков ткани, старых газет. Но слова «отходы» здесь не подходит. Здесь это — сырьё, материал, возможность для творчества.

— Нина Борисовна, я про вас прочитал, что вы врач, детский хирург, — сказал я. — Как случилось, что скальпель сменили на… вот это?

Женщина остановилась у большой рыбы, собранной из прозрачного пластика.

— Мы с мужем переехали сюда в самом начале тысячелетия. Я ещё работала в медицине, но уже чувствовала, что внутри что-то меняется. А потом была страшная авария, долгая борьба за жизнь. И вдруг я поняла: времени-то у меня мало. А вокруг — красота, которую мы сами же уничтожаем. Я начала собирать то, что валялось на пляже. Сначала просто убирала, потом — смотрела. И увидела формы. Цвета, истории, идеи. Так родилось то, что я называю waste-magic-art. Волшебство вторичных материалов.

Она говорила спокойно, без пафоса, с улыбкой, уверенно, как человек, который давно знает свою правду.

— А «Белая лошадь»? Почему такое название?

— Я ещё в детстве сочинила сказку о девочке и белой лошади, которая всегда приходит на помощь. Лошадь — это свобода, сила, вера. Когда работ стало много, я поняла: нужна галерея. Чтобы люди видели, чтобы дети видели. В две тысячи шестом открыли «Белую лошадь». А потом у нее появился «Жеребёнок» — международный детский конкурс. Ребята присылают свои работы из десятков городов самых разных стран. Создают маленькие шедевры из того, что оказалось под рукой. И понимают: даже то, что мы выбросили, может стать предметом искусством. И может многому научить.

Мы стояли у изгороди из пятидесяти тысяч бутылок. Солнце играло в них, как в витраже.

– Ещё Маленький Принц у Экзюпери сказал: «Есть такое правило: утром встал, умылся, привёл себя в порядок — и сразу же убери свою планету», – вспомнил я.

— Главное, — продолжила Нина Борисовна, — не в том, чтобы просто убрать. Главное — изменить взгляд. И на планету, и на мир вокруг, и на себя. Посмотреть на то, что считал ненужным, и увидеть в нём возможность для творчества. Превратить то, что считал «отходом» в красоту. Наши отходы — это не конец, потому что любой конец это всегда одновременно и начало. То, что мы выбрасывали, от чего отказывались, становится объектом нашего творения. Каждый пакет, каждая крышечка — шанс создать что-то новое. И тем самым — вернуть гармонию.

Действительно, ведь и Господь создал нас не из золота и бриллиантов, а из самой примитивной глины. Фактически – из грязи, что под ногами. Но при этом – по образу своему и подобию.

Я вспомнил ангела у входа. Как он осторожно купает Землю, как будто говорит: «Смотрите, я мою вашу планету. А вы?»

В галерее Нины Никифоровой нет места отчаянию. Здесь всё дышит надеждой. Около тысячи работ, а еще – мастер-классы, книги, выставки, которые ездили по всей Европе. Французская премия «Земля женщин» от семьи Ив Роше. Но самое важное — не награды и признание, а то тихое изменение, которое происходит внутри, когда ты смотришь на скульптуру из пробок и вдруг понимаешь: это же могли выбросить. А потом – раздавить бульдозерами, разломать, закопать. А она — живёт. Красивая и мудрая.

Перед уходом я ещё раз подошёл к ангелу. Он по-прежнему склонился над тазиком, в котором мыл нашу общую планету. И мне показалось, что он чуть улыбается.

— Приезжайте ещё, — сказала Нина Борисовна. — Здесь всегда есть место для тех, кто готов видеть.

Я ушёл. А ангел остался со мной. И мысль осталась: всё, что мы оставляем после себя, может стать либо бременем, либо произведением. Каждый день. Каждый пакет. Каждый взгляд. Будет ли это отходом или украшением – выбираем мы.