Владелец av.by Антон Дмитриев: Жить и работать в Беларуси — мой осознанный выбор

Если вы продавали или покупали машину в Беларуси — значит, хоть раз заходили на сайт av.by, главный национальный агрегатор по автомобильной тематике. Владелец этого сервиса (и ряда других активов общей стоимостью более $200 млн) Антон Дмитриев в интервью для «СВ» рассказал о секретах бизнеса и преимуществах Союзного государства. 

СВОЙ ПЕРВЫЙ МИЛЛИОН Я НЕ ЗАМЕТИЛ 

  — Антон, вы человек состоятельный. И при этом — без второго гражданства или хоты бы захудалого замка в Шотландии. Неправильный вы олигарх! 

  — Меня смущает слово «олигарх», к ним я точно не отношусь. Такова моя картина мира: после более чем 20 лет в бизнесе (сейчас мне уже 40), наблюдая за жизнью и попробовав силы в разных странах, я сделал осознанный выбор. Хочу вести дела и жить у нас в Беларуси. Поэтому у меня только белорусское гражданство. 

  — Чем РБ лучше западных «аэродромов», в том числе для ведения бизнеса? 

  — Для меня Беларусь — это место, где можно последовательно, по понятным правилам развиваться: получать качественное образование, знакомиться с грамотными специалистами и просто хорошими людьми, затем под привлекательной системой налогообложения заниматься бизнесом, каким бы он ни был: финансы, IT, реальный сектор. 

  — Позвольте перейти к штампам жанра интервью: как вы заработали первый миллион? 

  — На вопрос «как» отвечу: последовательно, долго и сфокусированно. В какой момент это произошло — не знаю, отметку в календаре не ставил. Но помню, что это был продолжительный, последовательный труд создания бизнеса, накопления прибыли и капитала. Речь сейчас о старейшей из наших компаний — белорусской лизинговой фирме «Открытая Линия», ей почти 20 лет. Думаю, если вы будете заниматься предпринимательством такой срок, вероятность заработать первый миллион более чем реальна. 

  — Говорят, миллион заработать не очень сложно, а вот десять миллионов — уже ОЧЕНЬ сложно. Другой масштаб. 

  — Успех в бизнесе — это производная функция от настойчивости и дисциплины. Если взять число «1» и умножать на коэффициент «1,1» — будет очень маленькое изменение. Но если ты это делаешь последовательно 10, 15, 20 раз подряд — то на каком-то этапе график стоимости актива начнёт резко возрастать. Сначала ты будешь долго-долго расти по чуть-чуть, а затем включается «математика сложных процентов». То есть даже при планке в 10 миллионов у меня не было везения или удачной сделки — это был всё тот же результат продолжительного процесса в течение долгого времени. 

  — Вернемся к первому дню: где вы взяли начальный капитал? 

  — 20 лет назад мы с партнёрами сложили несколько тысяч долларов, я поехал на минском метро регистрировать компанию — как сейчас помню, возле парка Горького старое здание, комнатка, где я получил уставные документы. Так возникла та лизинговая фирма «Открытая Линия» — из неё выросла наша группа компаний с тысячами сотрудников. 

МЕНТАЛИТЕТ КИТАЙЦЕВ И АМЕРИКАНЦЕВ — НЕБО И ЗЕМЛЯ 

  — Вы учились на Западе — в Англии, США. Бизнес-образование и бизнес-модели там другие?
 
  — У них очень длинный временной горизонт. В английском или американском университете тебе могут дать финансовую задачу с 30- или даже 50-летним интервалом. «Вот тебе пласт данных, сделай прогноз». И ты высчитываешь: если не будет кризиса, войны или пандемии — то всё будет происходить достаточно линейно и можно строить долгосрочную стратегию. Это сильно отличается от нашего подхода, мы на столько времени вперёд — хотя бы в студенческих задачах — смотрим редко. 

И там отношение к капиталу другое. Вот вы спросили про «первый миллион» — но на Западе эти слова не несут никакого волшебного флёра и по эмоциональной окраске стоят в одном ряду с вопросами «как ты настроил первый станок» и «где арендовал первый офис». 

— В США деловой подход отличается? 

— Система ведения бизнеса у американцев куда более прямолинейная, чем у нас или на Востоке: тебе четко говорят, что хотят, сразу переходят к делу, составляют понятный план, быстро работают юристы; то есть даже где-то и хотелось бы еще поговорить, людей поближе узнать — но этот важный для нашего менталитета этап опускается. 

— А в Китае? 

— Для китайцев (если речь о длительном партнерстве, а не о единичной сделке), — очень важно выстраивание отношений. Это длительный и поначалу удивительный для меня процесс: к примеру, в течение дня можно пить чай, разговаривать о семье, о Конфуции, о том, покушал ли ты, о погоде. Ты в нетерпении: когда перейдём к делу? Но со временем понимаешь, что для твоих партнеров это и есть дело; а то, что для тебя «дело» — обсудить параметры контракта — это для них малая часть.
 
Ну и языковой барьер имеет значение, потому что прямой перевод с китайского на русский или с китайского на английский может сильно искажать смыслы. На Востоке часто используются идиомы, и иероглифическое мышление отличается от нашего цифрового. 

ГОРОД ЕЩЁ НЕ ГОТОВ К БЕСПИЛОТНЫМ АВТО 

— Вы одно время продавали китайские электромобили. Но потом вернулись к старым добрым ДВС (двигателям внутреннего сгорания). 

— Сперва ты видишь утопическую картину: экология, низкая стоимость пользования (для электромобиля нужно меньше запчастей и масел), простота приобретения, лучшие тяговые характеристики. Очень хотел бы жить в таком будущем! 

Но вместе с тем я как практик понимаю: первый вау-эффект проходит, что-то ломается, прошивка в бортовом компьютере «вдруг» перестаёт обновляться, на обычной СТО ты этот аппарат не отремонтируешь, заказать запчасти долго и дорого — электромашина вместе с твоим бизнесом простаивает. Для неё ещё нет инфраструктуры. Поэтому я пересел обратно на ДВС. 

— На столичных дорогах испытывается всё больше автомобилей под управлением искусственного интеллекта. Миллионам таксистов пора искать новую работу? 

— Не в этом году и даже не в следующем. Для полноценного перехода на автомобили под управлением ИИ нужен переход на новую совокупность инфраструктуры — датчиков, дорожной разметки, которую мозг такой машины сможет прочитать в любой ситуации. Как быть, когда разметка исчезнет в первый же снегопад (а наш климат всё-таки отличается от Калифорнии, по которой катаются «Теслы» с автопилотом) — вопрос ещё не решён. 

ЗАЧЕМ ТВОРИТЬ ДОБРО 

— Вы ведёте целый ряд благотворительных проектов для одаренной молодежи. 

— Я бы говорил не о «благотворительности» — в ней я не эксперт, — а о «социальных инвестициях». Я поддерживаю спорт, образование и молодёжь — например, в Беларуси мы помогаем национальной Федерацию триатлона, помогаем детям, которые занимаются с циклическими видами спорта (бег, плавание, велоспорт). 

— То есть ваша идеология — «помочь лучшим». Сколько примерно процентов от ваших доходов занимают эти социальные инвестиции?
 
  — 20 процентов от доходов нашей компании, — это налог на прибыль, который юрлицо оставляет государству; затем я плачу еще примерно 20-25 процентов налога с доходов, которые получаю с компании как физлицо. И с того, что остается, мы с партнерами несколько процентов осознанно направляем в социальные инвестиции. Как я уже сказал, у меня есть несколько именных стипендий для молодых спортсменов в Беларуси, а в российском МГИМО мы учредили стипендию для студентов, которые ведут исследования в сфере экономической интеграции двух наших стран. 

— Вы как бизнесмен чувствуете позитивный экономический эффект от Союзного государства? 

— И чувствую, и вижу. Свобода перемещения, простота трудовых отношений и финансовых расчетов. Бизнес между Минском и Москвой вести хорошо и удобно. 

КАЖДЫЙ ЛИ ДОЛЖЕН ИДТИ В ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ? 

 — Вы окончили экономфак БГУ. Как всё-таки выучить из человека нормального экономиста? 

 — Не знаю, мне кажется, из меня хорошего экономиста не получилось, вот так. 

 — Но вы дебет от кредита отличаете. 

  — Отличаю; но если вы меня разбудите ночью и потребуете «рассказать кейнсианскую модель» — я не расскажу. Предприниматель из меня получился, финансист получился; но экономист — то есть человек, который мыслить категориями экономики, как физик мыслит категориями физических процессов и «постоянной Планка», — это не про меня. То есть, к счастью для нашей экономики, я в ней присутствую не как плохой экономист, а как, смею надеяться, неплохой предприниматель. 

— Который умеет вести бизнес даже в условиях дорогих кредитов? 

— Если мы берем высокий банковский процент как данность, на которую повлиять не можем, — то делаем две вещи. Первое — по возможности увеличиваем процент собственной жировой прослойки, чтобы в бизнес было привлечено больше денег не из банковских источников. И второе — точность нашего исполнительского мастерства должна быть высокой. Допустим, раньше маржа была 30 процентов, а банковская ставка 20 процентов, и диапазон между ними велик, — то сейчас маржа меньше, а процент больше, значит, и мы должны работать грамотнее, эффективнее. 

— Что бы вы посоветовали молодежи: идти в свой бизнес — или работать на кого-то? 

— Я бы не стал противопоставлять оба варианта. Получение любого профессионального опыта в какой-то компании или на фрилансе, особенно когда только университет закончил, — это всё в копилку. Поэтому нужно много, жадно и умно собирать опыт, который потом через несколько лет и поможет ответить на ваш вопрос. Точно воздержусь от слов «да, всем надо идти в бизнес и открывать свои компании» — все-таки должен быть соответствующий внутренний позыв, без которого — незачем брать на себя такие риски. 

И О ЛИЧНОМ 

 — Помимо материальной, у бизнеса должна быть и духовная составляющая? 

  — Есть исследование российского историка Максима Калинина о сирийском мистицизме, о ближневосточном христианстве ранних веков. Он отстаивает мысль, что предпринимательство может быть твоим предназначениям, в том числе если ты веришь Бога. И если оно является частью твоего служения (создание школ или институтов) и работает во благо общества — то всё правильно. 

— Республика Беларусь и Россия приняли законы о недопустимости отрицания геноцида советского народа в годы Великой Отечественной Войны. Ваши предки тоже сражались в Великой Отечественной? 

— Да, мои бабушка и дедушка — Михаил и Наталья — прошли всю войну. Дед был в звании младшего офицера в войсках ПВО, а бабушка — медсестрой. У них свадьба состоялась 9 мая 1944 года, поэтому мы всегда поздравляли их одновременно и с днем семьи, и с Днем Победы. 

— Ваши любимые места в Минске? 

— Мне нравится район Золотой Горки, где прошло мое детство: филармония, школа №19; мне нравится, наверное, старые части города, улица Карла Маркса. 

— Для вас счастье в деньгах? 

— О нет, точно не в деньгах. Счастье в правильном целеполагании — когда у тебя мурашки по коже от того, что задумка тебе откликается, а потом претворяется в жизнь.
 
— Три любимых книги Антона Дмитриева? 

  — Раз — «Приключения Тома Сойера», он хороший предприниматель; два — Библия: я ее прочитал осознанно за последние несколько лет, это целый пласт знаний; и три — мне сейчас нравится Томас Пикетти «Капитал в XXI веке»: большое исследование о том, как выглядит макроэкономический и финансовый взгляд на мир.