С особым цинизмом

На упреки в неадекватной жестокости при разгоне «Маршей несогласных» власть ответила, по словам самих митингующих, тонко рассчитанным гуманизмом».
Сломав все сокровенные надежды оппозиции, в минувшее воскресенье милиция действовала цивилизованно: протестующие не получили ни одного удара дубинкой. На митинге корреспондент СВ увидел много людей в пиджаках и при галстуках. Стало ясно, что бить сегодня не планируется. Дресс-код дресс-кодом, а на бой кровавый одеваются попроще.
Но вообще действия нынешней российской оппозиции неизвестно кому и по какому поводу напоминают мазохиста из старого анекдота, который умоляет садиста: ну ударь меня, ну ударь!.. Садюга заносит кулак, но потом медленно опускает: а вот и не ударю… помучься еще…
Хотя, если называть вещи своими именами, то все не так уж и смешно. Имевшие место марши показали: попы гапоны из «Объединенного гражданского фронта» намеренно провоцируют власть на репрессии, толкая под милицейские дубинки сопливых лимоновцев и прочую откосившую от армии молодежь, – и этим надеются из искры кровавых соплей возжечь пламя «оранжевой» революции – которая большинству граждан России не очень-то и нужна.
Например, минувшей весной корреспондент СВ наблюдал один из маршей в Нижнем Новгороде. Безотносительно к справедливости и логичности выдвинутых требований, несогласные упрямо хотели пройти именно мимо нижегородского Кремля, а когда собственно марш запретили, разрешив митинг, отказались митинговать на просторной площади у памятника Ленину, предпочитая место в тесном сквере у памятника Горькому. И дело было не в памятниках, а в принципе: «А вот я так хочу!» Ладно, вот вам ваш Горький. Итог: на митинг пришли 30 несогласных и 186 журналистов. Сами оппозиционеры на своем сайте и объявили: «Задержаны около тридцати участников марша и десятки журналистов».
И так раз за разом.
В минувшее воскресенье в Москве мэрия раздавала журналистам приметные оранжевые жилетки перед рамками металлоискателей у входа в Новопушкинский сквер, где был назначен очередной митинг несогласных. Скверик расцвел. Митинг стал немного похож на съезд таджикских дворников. При этом оказалось, что «дворников» как минимум не меньше, чем людей под оппозиционными флагами «Объединенного гражданского фронта» Каспарова, запрещенной НБП Лимонова, «Гражданской обороны» и т.п.
И вряд ли количество собственно участников акции протеста дотягивало до заявленного числа 500 человек. Только разве если милицию присчитать.
В то воскресенье власти, отринув силовые действия, пошли на нестандартные ходы. Вокруг митинга курсировала машина, которую милиционеры называли «хохотушка»: тентованный КамАЗ с мощной звукоаппаратурой. Из него раздавалось мерзкое хихиканье, прерываемое мужским басом: «Да я не согласен!» Получалось смешно. Всякий раз на «хохотушку» отвлекались журналисты – хоть какое-то развлечение посреди бесконечных нудных и пустых речей.
Другое развлечение получили журналисты, когда несогласные удаляли с митинга «провокаторов». Несогласные сами обыскивали и пинали несогласных с ними, без всякого стеснения, ничуть не хуже милиционеров – изымали подрывные, с их точки зрения, листовки. Вообще, терпимость не является отличительной чертой несогласных.
В то же воскресенье Гарри Кимович Каспаров дважды высокомерно проигнорировал вопрос корреспондента СВ – играет ли он теперь в шахматы (да мы и так знаем – он играет в другие игры). А на марше в Екатеринбурге с позором изгнали трансвеститов. То ли в рядах несогласных сплошь гомофобы, то ли несогласие чем-то регламентировано. Какими-то внутренними правилами, которые до простых людей пока не довели.
Страшно далеки они все от народа, да и от России в целом. Именно поэтому, наверное, всякое новое их публичное лицедейство вызывает все большее омерзение. Политический цинизм и лицемерие все-таки не должны быть беспредельными…