Подвиг рядового Кудрявцева

Павел Кудрявцев родился в Костроме, как и большинство его сверстников, по призыву комсомола в грозные предвоенные годы старательно готовился «к труду и обороне». Занимаясь в машиностроительном техникуме, обучался в кавалерийской школе Костромы, которую курировал прославленный маршал Буденный. В аэроклубе получил звание пилота запаса гражданского воздушного флота. Затем поступил в Подольское артиллерийское училище. 22 июня сорок первого их построили и объявили: война! Наступили тяжкие дни.  Учебу совмещали с рытьем окопов, охраной мостов, выслеживали вражеских диверсантов. 

Когда гитлеровцы стали приближаться к Москве, из курсантов артиллерийского и пехотного училищ сформировали боевой отряд. Еще совсем молодые, стрелять они умели далеко не все. Их бросили под город Малоярославец – задержать гитлеровцев на несколько дней, пока не подойдут резервы…

На передовой поглубже вгрызались в землю, которая в те октябрьские дни была уже мерзлой. Смешались дни и ночи. Отбивали одну атаку за другой. Несли большие потери. Но держались. Через несколько дней из полтысячи недоученных артиллеристов в живых остались 12. Потом в Подольске установят памятник мужественным курсантам, а в музее училища сохранят списки погибших в боях под Малоярославцем. В них – и фамилия курсанта Кудрявцева. Мать Павла получила похоронку. Но солдат выжил и продолжал воевать.

Однажды Павла ранили в обе ноги. Кое-как добрался до санпункта. А немцы атаковали в это время жестоко, напористо. Павла и еще одного раненого оставили в землянке поддерживать связь.  Наложили свежие повязки и обещали после боя отправить в медсанбат. Благо подходило подкрепление, рядом разворачивали орудия новобранцы… 

Вдруг недалеко разорвалось несколько снарядов. Послышались панические крики. Превозмогая боль, Кудрявцев выглянул из землянки. Невдалеке, изрыгая из стволов огонь, к мосту через речку подходила колонна вражеских танков. Необстрелянные артиллерийские расчеты в страхе разбежались по укрытиям… 

Уже понюхавший пороха Павел прекрасно знал, чем это грозит: танки проскочат мост и гусеницами смешают с землей все: пушки, людей. Поэтому 

бросился к ближайшему орудию. Открыл замок – там уже находился снаряд. И  начал прицеливаться в передний танк.

– Из-за волнения, дефицита времени я просто не мог  использовать оптический прицел, поэтому наводил орудие прямо по стволу, как винтовку, – вспоминает Павел Дмитриевич. – И следующее мгновение осталось в моей памяти не всю жизнь. Снаряд снес башню немецкого танка, сдетонировал его боекомплект – мощный взрыв, огонь, столб черного дыма. Другие танки попробовали его обойти, но подорвались на минах. А тут и артиллеристы, оправившись от страха, вернулись на позиции. Подключились соседи…

Более десятка вражеских танков остались на поле боя. Несколько машин попятились… Павел Кудрявцев за этот подвиг был награжден первой боевой наградой – медалью «За отвагу»…

После одного из боев на Одере, уже в 1945-м, матери Павла чуть было не отправили вторую похоронку… В кирпичном доме засел и не давал поднять головы гитлеровский пулеметчик. А у наступающих красноармейцев – ни танков, ни орудий…. Командир приказал Кудрявцеву и еще одному солдату  пробраться в дом с тыла и уничтожить огневую точку. Ползком, короткими перебежками бойцы незаметно обошли строение. Рванулись во внутрь…

Оказалось, пулеметчик был не один. По выскочившему вперед другу Павла чуть ли не в упор резанула автоматная очередь. Смертельно раненный, солдат начал падать, Павел тут же швырнул в сторону автоматчиков заранее приготовленную «лимонку». Упал. Граната ухнула. Небольшое, замкнутое помещение усилило эффект взрыва. Вражеский пулемет замолчал. А Кудрявцев провалился в темноту, получив тяжелую контузию от собственной гранаты… 

Потом он узнал, что смертельно раненный товарищ завалился на него, беспомощного, и обильно полил кровью. Санитары второпях посчитала убитыми обоих и оставили их похоронной команде… 

В небольшом немецком городке Павел Кудрявцев был в тот майский день, когда из штаба примчался сияющий вестовой:

И передал приказ: водрузить над селением красное знамя. Рядом метров на сорок возвышалась мощная труба мармеладного завода. Страхуя друг друга, Павел с товарищем начали карабкаться по ней. Верх трубы, похоже, зацепил снаряд, кирпичи разбились и шатались. Тем не менее победное знамя закрепили на самой вершине…

А внизу солдат ждала награда… кружка самогона. Рабочие завода разбежались, масса, подготовленная для производства мармелада, прокисла, забродила. Нашим солдатам не откажешь как в храбрости, так и в смекалке… Разыскали емкости, изогнули змеевики, да и перегнали брагу на самогонку. 

Буйство весны, всеохватывающая радость победы сделали тот майский с бездонной голубизной неба день самым светлым, незабываемым в большой жизни ветерана…