Реформа по-императорски

Истошно вопящий. Топающий ногами. Маниакально жестокий, курносый самодур, при котором солдат драли нещадно шпицрутенами за самую пустяшную провинность. Таким еще со школьной скамьи у многих в сознании отпечатался образ царя Павла I.
Между тем сама фигура Павла, как и его деяния, отнюдь не столь однозначны, чтобы оценивать их исключительно в черно-белом спектре. Более того, ряд современных историков полагают, что реформы в армии, начатые Павлом, оказали непосредственное влияние на подготовку вооруженных сил России к нашествию Наполеона. «И совсем не случайно будущий император Александр I, занявший престол после убийства отца и обещавший своему окружению, что при нем, Александре, все будет как при бабушке Екатерине II, не отменит впоследствии ни одного из тех законов, что были приняты при Павле. В том числе  касающихся армии», – отмечает кандидат исторических наук Леонид Богданов.
Павел начал с оптимизации числа командных кадров, избавившись от балласта. Одним из первых своих указов он запретил содержать в полках генералов, офицеров и унтер-офицеров из дворян, которые, по существу, в эти полки никогда не являлись. Или являлись – наездами. А в остальное время находились в бессрочных отпусках по болезни или по устройству своих хозяйств. Всех таких офицеров из армейских рядов тут же отчислили, а для оставшихся была введена ежедневная обязательная служба в частях.
Всем дворянам отныне было предписано начинать службу с полевых армейских частей, а не с гвардии, куда многих отпрысков знатных фамилий прежде  записывали еще во младенчестве.
Император, кроме того, запретил использовать солдат для любых иных целей, кроме собственно службы. В то время многие генералы и старшие офицеры систематически вывозили целые подразделения, подчиненные им, в свои имения. И там солдаты  занимались обычным крестьянским трудом – сеяли, жали, пасли скотину или строили что-нибудь. И таких вот «растасканных» из полков нижних чинов к моменту восшествия Павла на трон  насчитывалось более пятидесяти тысяч человек, в то время как вся армия составляла четыреста тысяч. Злоупотребления высших чинов достигли такого размаха и стали настолько привычными, что многие воинские начальники смотрели на свои полки, как на выгодную статью дохода. Например, в кавалерийских полках нередко более половины лошадей использовались не по назначению, ежегодно принося полковым командирам до двадцати пяти тысяч рублей прибыли. Деньги по тем временам огромные. При Павле контроль за деятельностью войсковых начальников стал намного строже, особенно в хозяйственных вопросах. Результат – резко уменьшилось казнокрадство.
Именно при Павле был введен и так называемый признак вечности знамен. Решение – историческое. Ведь с момента появления регулярной армии при Петре I знамена относились к предметам вещевого снабжения, наряду с панталонами, башмаками и прочей амуницией. Срок выноски составлял примерно год. После чего полотнища выбрасывали и заменяли их новыми. Павел своим указом определил, что знамя является символом воинской части и государства, знаком чести, доблести, геройства солдат и вручается части на вечные времена. Боевые знамена обретали, таким образом, статус священной реликвии, сохраняемый и поныне.
Наиболее серьезным преобразованиям при Павле подверглась артиллерия. Изменилась прежде всего структура артиллерийских частей. «Основным подразделением становилась 12-орудийная рота с необходимым ей количеством лошадей. И артиллерия из вспомогательной силы, придававшейся пехотным и кавалерийским частям, превращалась в самостоятельный, мобильный род войск с собственной структурой, что позволило во многом усовершенствовать и артиллерийские системы в целом», – рассказывает старший научный сотрудник Музея артиллерии Евгений Пашковский.
Намного больше внимания стало уделяться индивидуальному обучению артиллеристов. Тогда же впервые появилось такое понятие, как номер орудийного расчета, с четким закреплением обязанностей – наводчик, заряжающий, фейерверкер и т.д. Павел лично занимался конструкцией орудий, прежде всего орудийных лафетов. И если раньше пушку обычно тащили шесть – восемь коней, то после модернизации лафетов, при непосредственном участии императора было достаточно  уже двух-четырех лошадиных сил. В последующем даже Наполеон вынужден будет признать, что русская артиллерия показала себя лучше французской во время сражений.
Павел прозорливо предвидел, что столкновение с набирающей мощь республиканской Францией, ведомой Бонапартом, абсолютно неизбежно. И произойдет уже в ближайшие годы.  Именно поэтому он стремился встряхнуть армию после екатерининской неги и превратить ее в безотказную военную машину по прусскому образцу, где дисциплина, порядок превыше всего. Вот откуда – шпицрутены, муштра, шагистика, бесконечные вахт-парады, которых даже бывалые ветераны страшились больше, чем атаки на неприятельскую цитадель. Потому что было неизвестно, вернешься ли ты с парада к себе в казарму или отправишься в каземат Петропавловки, а то и в Сибирь пешим ходом.
Тем не менее в павловское время армия заметно подтянулась, и это признавали многие современники. Эпоха дворянской вольницы, когда для офицеров строевая служба была всего лишь необременительной формальностью, а сами они разъезжали по Петербургу в золоченых каретах и роскошных шубах, грея руки в горностаевых муфтах, эта эпоха навсегда уходила в прошлое. Впереди были снега Сен-Готарда, Чертов мост, Аустерлиц, Прейсиш-Эйлау. А дальше – Смоленск, Бородино, Малоярославец, Березина, на берегах которой Великая армия Наполеона окончательно прекратит свое существование.

Борис ОРЕХОВ