Игорь Скляр: Если человек считает, что всего достиг, - у него душевная гангрена

БРОДВЕЙ ПЕРЕБЬЕМ ДРАМОЙ

- Говорят, вы человек настроения?

- А кто из нас не человек настроения? Настроение зависит от очень многого. Я встречал людей, которые от плохой погоды падают духом. На меня погода так не действует. Как говорится, чем ближе к смерти, тем погода лучше и лучше (улыбается). А так да, можно сказать, что я человек настроения.

- То есть вы утром один, днем другой?

- Думаю, это присуще всем, а я среднестатистический человек. Но если спрашивают: «Игорь Борисович, что вы такой замкнутый и молчаливый?» - меня это удивляет. Отвечаю: «Подождите, я еще не на сцене». Вне сцены имею право быть не каким вам надо, а таким, какой есть.

- Театр-фестиваль «Балтийский дом» поставил легендарный бродвейский мюзикл «Скрипач на крыше». Вы там играете Тевье. Давайте поговорим про это…

- С артистами не нужно говорить о ролях. Если бы я был журналистом, я бы с артистами не разговаривал на такие темы. Просто приходил на спектакль и смотрел. Потом бы рассказывал, что увидел. И тогда это был бы интересный разговор. А что мы, артисты, делаем, как, зачем, почем и во сколько - не нужно вам знать наших секретов.

- Но все-таки почему вы на эту роль согласились?

- История содержательная, философская. Главного героя мне легко и интересно соотнести с собой. Хотя роль скорее на сопротивление. Опять же - это мюзикл. Спеть и станцевать как на Бродвее мы не можем, зато как драматические артисты можем взять другим.

МЕЛОДИИ ВСЕГДА В ГОЛОВЕ

- Слышал, вы теперь играете с джаз-бандом, а дома поете?

- Я пою почти постоянно, про себя или вслух. Что-то просто нравится, что-то надо повторить. Или услышал по радио и напеваешь целый день - поэтому мелодии все время звучат в голове. Часто пою в концертах, на творческих встречах, иногда в кино. Музыка - это гармония, гармония - это счастье. А человеку часто, больше чем есть или пить, хочется чувствовать себя счастливым.

Как-то захотел сыграть на гитаре один проигрыш из фильма «Мы из джаза», нужна была аранжировка. Мне дали телефон педагога Кати Мыльниковой, это действующий джазовый гитарист. Она мне помогла и гитару хорошую купить. И я стал брать уроки. Замечательные музыканты из Jazz Classic Community приняли меня в свою банду. Ребята говорят, что-то у меня получается. Это вдохновляет.

ТЕАТР И СПОРТ ПОХОЖИ

- Наверно, много читаете?

- Конечно, читать люблю. А много ли - вопрос относительный. Мой друг Женя Водолазкин читает раз в пятьдесят больше, чем я. А кто-то не читает вообще, и я рядом с ним - Спиноза. Читать надо обязательно, но не все подряд. В детстве, бывало, читал запоем. Так сложилось, у меня было мало игрушек и детских книжек с картинками, зато была подписка на Библиотеку всемирной литературы. И читал я, чаще по ночам, Петрония и Апулея, «Дафниса и Хлою», Горького, Лондона, Цвейга… Иногда не все понимал. В том возрасте меня больше привлекали отношения полов.

- А еще вы в детстве чем только не занимались: настольный теннис, хоккей, футбол, легкая атлетика и даже бокс. Искали себя в спорте?

- Жизнь другая была. Лучшим подарком на день рождения были резиновый мяч, настоящая хоккейная клюшка или велосипед. Мы носились с утра до ночи с небольшим перерывом на уроки. В каждом дворе - минимум футбольная команда пацанов. Даже трудно перечислить, во что мы только не играли. Желание доказать свое первенство присутствовало постоянно. А это и есть не что иное, как спорт. К слову, футбол и театр очень похожи. Театр - тоже командная игра. Режиссер, художник, осветители, артисты и цеха вместе делают так, чтобы зрители одинаково с нами чувствовали и дышали.

- Иногда говорят: холодный зритель?

- Это чушь. В МДТ я прослужил 25 лет. Мы гастролировали по всему миру. На спектаклях в Японии полтора месяца были полные залы, но зрителя не было слышно вообще. Казалось, либо они спят, либо ничего не понимают. Но в конце спектакля устраивали такие овации, что становилось ясно: все они видели, все поняли, только реагировали по-своему. А в Америке играли - после каждой сцены аплодисменты, свист, топот, а как спектакль кончается - два раза хлопнули, получили удовольствие на свои 50 долларов и ушли. Какие там цветы! Просто другое воспитание, другая ментальность. Бывает, коллеги говорят: тяжелый сегодня зритель. Я возражаю: почему тяжелый-то? Подумаешь, нет реакции. Может, наоборот, это хорошо, может, они так внимательно слушали. А вообще зрителя плохого не бывает. Если что-то не так, значит, с себя спроси.

ПОЗИЦИЯ

«НА СЕЛФИ УЖЕ ЖАЛКО ТРАТИТЬ ВРЕМЯ»

- Если вас попросят сделать селфи? «Можно, дочка с вами сфотографируется?» Неужели отказываете?

- Бывает, что отказываю, если просят слишком нагло или назойливо. Я этого не люблю. Эта дочка знать меня не знает - ей все равно. Зато у мамы есть телефон последней модели, и она его хочет использовать. Селфи - это мода, поветрие. Мне стало уже жалко тратить время на неважное и поверхностное. Если уж тратить его - то на сущее. Если жить, то не по моде, а по гармонии.

- Телефон в день рождения выключаете?

- Нет, нет. Даже интересно, кто меня поздравит. Не чтобы галочку поставить или внести в черный список. Так я узнаю, кому еще не то чтобы дорог, а кто хотя бы помнит. Если о тебе помнят, значит, ты вроде не зря и живешь.

- К юбилеям как относитесь?

- Я думаю, что юбилеи - это скорее для тех, кто вокруг, чем для того, кто празднует. Иногда бывает, что артиста уже двадцать лет не видно, не слышно, зато юбилей отбабахал - ого-го! С фейерверком и лебедями. И печально, если запомнят только этих лебедей. Уж если устраивать посиделки, то для того, чтобы увидеть тех, кто тебе и кому ты дорог. Я давно понял - «крутить педали» нужно постоянно и не требовать блага за прошлые заслуги. Когда человек считает, что всего достиг, что у него все есть и его пора носить на руках - он незаметно начинает заболевать душевной гангреной. На мой взгляд, человек и умирает тогда, когда у него не остается желаний и стремлений.

- В Беларуси бывали?

- Да, конечно. Я и сам отчасти белорус. Одна из моих бабушек оттуда. Бываю часто. Фильмы «Уходящая натура», «Лето волков» снимали в Беларуси. В Минске до сих пор много интерьеров «советского содержания», а под столицей - прекрасная площадка для воссоздания сюжетов из народной жизни вне времени. И со спектаклями приезжал, с концертами и творческими встречами.

СКАЗАНО

«ЗРИТЕЛЬ - НЕ ДУРАК»

- Я много езжу по России, застал десятилетие, когда бурно развивалась антреприза. Но в течение нескольких лет процентов восемьдесят этих спектаклей ушли со сцены. Зритель не дурак. Если он видит, что кроме известных имен и лиц в спектакле больше ничего нет - он вряд ли досмотрит такой «шедевр» до конца. А во второй раз точно не придет и знакомым не посоветует. Люди ходят в театр не на имя, а на душевные переживания. Иногда случается, что знакомое имя эти переживания им дает. И наоборот - публика быстро чувствует, что ее обманывают и артисты просто приехали заработать денег.