Татьяна Валовая: Саммит в Пекине показал, как высок интерес к евразийской интеграции
Член Коллегии (министр) по интеграции и макроэкономике Евразийской экономической комиссии (ЕЭК) Татьяна Валовая прокомментировала итоги пекинского форума «Один пояс и один путь»
Фото: БЕЛТА
- Всецело поддерживаю слова российского президента Владимира Путина на саммите о необходимости выстраивания Большого евразийского партнерства. При этом мы не будем отворачиваться от Европы. Следует налаживать с ней нормальный диалог. Нам также нужно делать все, чтобы углублять интеграцию внутри самого Евразийского союза. Мы сейчас представляем большой интерес – с ЕАЭС хотят сотрудничать многие страны.
Союз существует всего третий год – с 2015-го. Большинство коллег понимают, что возраст интеграции больше – с начала 1990-х. После распада СССР новые республики быстро осознали, что поодиночке их просто сомнут. Но при этом молодые государства не хотели возвращаться в Советский Союз. В то время вся Европа была увлечена темой интеграции. Это повлияло и на нас. В итоге мы взяли новую модель Европейского союза.
Мы многое изучили в ЕС и что-то попросту решили не брать и поэтому мы сейчас для многих привлекательны. В ЕС у крупных государств больше голосов в Европейском совете, Европарламенте, Еврокомиссии. Если б мы придерживались такого же принципа в Евразийском союзе, то почти все голоса оказались бы у России. И это бы явно не пошло на пользу, так как никто не захотел бы быть на вторых и третьих ролях. Вместо этого мы приняли решение, что в ЕАЭС у нас равноправие и у всех стран-членов одинаковое количество голосов.
Мы увидели в ЕС также валютную и политическую составляющую. Но это брать пока не стали и ограничились экономикой. Мы, конечно, можем сотрудничать и в других сферах, но пока для этого есть иные форматы – Союзное государство, СНГ, ОДКБ.
И благодаря тому, что эти вещи мы перенимать не поспешили, мы стали притягивать внимание многих. Первыми, кто увидел реальную выгоду, стали Армения и Кыргызстан. «Тройка», в которую входили Беларусь, Россия и Казахстан, сочла, что эти республики готовы и мы быстро провели переговорный процесс. Теперь нас пятеро.
Не крутишь педали - падаешь
Интересны итоги прошлого года по Армении. Экспорт республики на территорию ЕАЭС вырос на 70 процентов, по некоторым позициям рост произошел в разы. В этом году ожидаем хорошие цифры по Киргизии.
Но расслабляться нельзя. Как говорят в Европе: интеграция – это езда на велосипеде, перестаете крутить педали - и падаете.
По товарам у нас уже есть свобода передвижения. Сохраняются некоторые изъятия, но в целом свобода обеспечивается. Нефть, газ, электроэнергия, алкоголь – в этих сферах еще нет единого рынка. В ближайшие годы мы должны решить вопрос. Недавно мы приняли все документы для создания единого фармацевтического рынка. Будем действовать по схожей схеме.
До 2015 года у нас не было единого рынка услуг. Теперь он действует по 43 секторам. Предприниматели могут быть зарегистрированы в одной стране, а оказывать услуги по всему союзу.
Достигнута высокая степень либерализации валютного рынка и свободы передвижения капитала, но нам этого мало – к 2025 году хотим создать единый финансовый рынок. Тогда, например, белорусские банки смогут работать в Казахстане и т.д.
Уже признаются дипломы, принимаются акты по пенсионному обеспечению. Но, наверное, мы можем сделать больше и тут важно мнение экспертного и бизнес-сообщества.
Глобализация с человеческим лицом
На самом деле в мире есть только два подлинных союза – это ЕС и ЕАЭС. Все другие региональные объединения не поднялись выше уровня таможенного союза, и то с большими ограничениями.
И, конечно, мы притягательны для многих. Есть желающие вступить в ЕАЭС. Мы пока не форсируем события, но в будущем расширение союза возможно. Есть формат наблюдателя. Например, Молдова недавно попросила этот статус.
Проявляют интерес даже такие далекие страны, как Чили, Перу, Камбоджа. Почему? Раньше все договоренности шли в двусторонних форматах со странами ЕАЭС, но теперь многие вопросы уже нельзя обсуждать без Евразийской комиссии.
Готовится торгово-экономическое соглашение с Китаем. Это не зона свободной торговли, но там будет много полезного для бизнеса. С Вьетнамом ЗСТ уже действует. У нас уже скопилось около сорока заявок на создание зоны свободной торговли от разных стран. Мы не можем вести переговоры сразу со всеми, но проработка этих инициатив идет.
Есть понимание, что наступил кризис глобализации. Чего стоит только провал Транстихоокеанского партнерства. На наш взгляд, это просто поиски нового пути к реальной глобализации. Но теперь она уже будет строиться на базе сотрудничества между крупными региональными игроками. Понятно, что нужно выстраивать тесные отношения с ЕС, с азиатскими союзами. И если будет сеть партнерств, то мы не разрушим глобальное сотрудничество, а наоборот его создадим.
Укрепляя наш ЕАЭС, можно встраивать его в сеть глобальных партнерств. Международный бизнес уже подталкивает к тому, что надо относится к Евразийскому союзу, как к реально существующему геополитическому игроку и выстраивать с ним выгодные взаимоотношения.
- Всецело поддерживаю слова российского президента Владимира Путина на саммите о необходимости выстраивания Большого евразийского партнерства. При этом мы не будем отворачиваться от Европы. Следует налаживать с ней нормальный диалог. Нам также нужно делать все, чтобы углублять интеграцию внутри самого Евразийского союза. Мы сейчас представляем большой интерес – с ЕАЭС хотят сотрудничать многие страны.
Союз существует всего третий год – с 2015-го. Большинство коллег понимают, что возраст интеграции больше – с начала 1990-х. После распада СССР новые республики быстро осознали, что поодиночке их просто сомнут. Но при этом молодые государства не хотели возвращаться в Советский Союз. В то время вся Европа была увлечена темой интеграции. Это повлияло и на нас. В итоге мы взяли новую модель Европейского союза.
Мы многое изучили в ЕС и что-то попросту решили не брать и поэтому мы сейчас для многих привлекательны. В ЕС у крупных государств больше голосов в Европейском совете, Европарламенте, Еврокомиссии. Если б мы придерживались такого же принципа в Евразийском союзе, то почти все голоса оказались бы у России. И это бы явно не пошло на пользу, так как никто не захотел бы быть на вторых и третьих ролях. Вместо этого мы приняли решение, что в ЕАЭС у нас равноправие и у всех стран-членов одинаковое количество голосов.
Мы увидели в ЕС также валютную и политическую составляющую. Но это брать пока не стали и ограничились экономикой. Мы, конечно, можем сотрудничать и в других сферах, но пока для этого есть иные форматы – Союзное государство, СНГ, ОДКБ.
И благодаря тому, что эти вещи мы перенимать не поспешили, мы стали притягивать внимание многих. Первыми, кто увидел реальную выгоду, стали Армения и Кыргызстан. «Тройка», в которую входили Беларусь, Россия и Казахстан, сочла, что эти республики готовы и мы быстро провели переговорный процесс. Теперь нас пятеро.
Не крутишь педали - падаешь
Интересны итоги прошлого года по Армении. Экспорт республики на территорию ЕАЭС вырос на 70 процентов, по некоторым позициям рост произошел в разы. В этом году ожидаем хорошие цифры по Киргизии.
Но расслабляться нельзя. Как говорят в Европе: интеграция – это езда на велосипеде, перестаете крутить педали - и падаете.
По товарам у нас уже есть свобода передвижения. Сохраняются некоторые изъятия, но в целом свобода обеспечивается. Нефть, газ, электроэнергия, алкоголь – в этих сферах еще нет единого рынка. В ближайшие годы мы должны решить вопрос. Недавно мы приняли все документы для создания единого фармацевтического рынка. Будем действовать по схожей схеме.
До 2015 года у нас не было единого рынка услуг. Теперь он действует по 43 секторам. Предприниматели могут быть зарегистрированы в одной стране, а оказывать услуги по всему союзу.
Достигнута высокая степень либерализации валютного рынка и свободы передвижения капитала, но нам этого мало – к 2025 году хотим создать единый финансовый рынок. Тогда, например, белорусские банки смогут работать в Казахстане и т.д.
Уже признаются дипломы, принимаются акты по пенсионному обеспечению. Но, наверное, мы можем сделать больше и тут важно мнение экспертного и бизнес-сообщества.
Глобализация с человеческим лицом
На самом деле в мире есть только два подлинных союза – это ЕС и ЕАЭС. Все другие региональные объединения не поднялись выше уровня таможенного союза, и то с большими ограничениями.
И, конечно, мы притягательны для многих. Есть желающие вступить в ЕАЭС. Мы пока не форсируем события, но в будущем расширение союза возможно. Есть формат наблюдателя. Например, Молдова недавно попросила этот статус.
Проявляют интерес даже такие далекие страны, как Чили, Перу, Камбоджа. Почему? Раньше все договоренности шли в двусторонних форматах со странами ЕАЭС, но теперь многие вопросы уже нельзя обсуждать без Евразийской комиссии.
Готовится торгово-экономическое соглашение с Китаем. Это не зона свободной торговли, но там будет много полезного для бизнеса. С Вьетнамом ЗСТ уже действует. У нас уже скопилось около сорока заявок на создание зоны свободной торговли от разных стран. Мы не можем вести переговоры сразу со всеми, но проработка этих инициатив идет.
Есть понимание, что наступил кризис глобализации. Чего стоит только провал Транстихоокеанского партнерства. На наш взгляд, это просто поиски нового пути к реальной глобализации. Но теперь она уже будет строиться на базе сотрудничества между крупными региональными игроками. Понятно, что нужно выстраивать тесные отношения с ЕС, с азиатскими союзами. И если будет сеть партнерств, то мы не разрушим глобальное сотрудничество, а наоборот его создадим.
Укрепляя наш ЕАЭС, можно встраивать его в сеть глобальных партнерств. Международный бизнес уже подталкивает к тому, что надо относится к Евразийскому союзу, как к реально существующему геополитическому игроку и выстраивать с ним выгодные взаимоотношения.
вк
ок
youtube
telegram
ru–by
MAX
