Все у нас получится
Беларусь и Россия участвуют в разнообразных интеграционных проектах на постсоветском пространстве. Но именно Союзное государство стало ключевым фактором, определяющим развитие наших стран. Последние события показывают исключительную важность и значимость этого проекта для будущего наших народов. И хотя развивается он не такими быстрыми темпами, как было задумано изначально, председатель Постоянной комиссии Совета Республики Национального собрания Беларуси по экономике, бюджету и финансам, член Комиссии Парламентского Собрания Союза Беларуси и России по вопросам внешней политики Вадим ПОПОВ уверен, что руководству двух стран удастся определить баланс национально-стратегических интересов.
Беларусь и Россия участвуют в разнообразных интеграционных проектах на постсоветском пространстве. Но именно Союзное государство стало ключевым фактором, определяющим развитие наших стран. Последние события показывают исключительную важность и значимость этого проекта для будущего наших народов. И хотя развивается он не такими быстрыми темпами, как было задумано изначально, председатель Постоянной комиссии Совета Республики Национального собрания Беларуси по экономике, бюджету и финансам, член Комиссии Парламентского Собрания Союза Беларуси и России по вопросам внешней политики Вадим ПОПОВ уверен, что руководству двух стран удастся определить баланс национально-стратегических интересов.
– Вадим Александрович, последние года два белорусско-российские отношения на политическом уровне, мягко говоря, были натянутыми, как струна. Скептики говорили даже о некой точке невозврата, которую, дескать, прошли лидеры двух государств. Однако визит российского премьера Владимира Путина в Минск в середине марта и итоги заседания союзного правительства многие оценили как прорыв. Откуда такой поворот? Насколько закономерны итоги минских встреч?
– Если абстрагироваться от сделанных раньше эмоциональных заявлений, высказанных обид и претензий, то ничего удивительного не произошло. Снова возобладал прагматизм и здравый смысл. У нас в рамках Союзного государства есть союзный бюджет, определен перечень из почти 40 программ и мероприятий. За последние два года не отмечено ни одного срыва в их реализации. Только по союзным программам примерно пять миллионов человек в Беларуси и России получили работу. А в целом производственная кооперация позволила создать 15 миллионов рабочих мест. И руководители, конечно же, должны учитывать это обстоятельство.
При всех имеющихся проблемах экономические показатели дают основания для оптимизма. Если в 1999 году наш двусторонний товарооборот составлял около 7 миллиардов долларов, то в рекордном 2008-м он превысил 34 миллиарда долларов. Правда, в 2009 году в условиях мирового кризиса торговля сократилась почти на треть, но в прошлом году наметилась тенденция восстановления и объем торговли товарами и услугами превысил 29 миллиардов долларов.
На мой взгляд, импульсом к дальнейшему продвижению по пути интеграции станет действующий Таможенный союз и формирование Единого экономического пространства. Судите сами: в январе 2011 года Беларусь увеличила объем экспорта товаров в страны ТС почти на 45 процентов. В целом же наш товарооборот со странами ТС за второе полугодие 2010 года вырос на 46 процентов. Конечно, говорить о том, что все проблемы позади, было бы заблуждением. Но общий фон положительный, и неслучайно Кыргызстан, Таджикистан, Армения проявили заинтересованность в новом объединении. Небезразлично повели себя и в Брюсселе, ведь там вовсе не горят желанием иметь у себя под боком сильного конкурента.
– Примером оживления интеграции, наверное, служит и тот факт, что впервые за десять лет бюджет Союзного государства исполнили на 97 процентов. Мы уже привыкли к отсутствию границ между нашими странами, обеспечены и равные социальные права граждан, достигнут высокий уровень взаимодействия в военно-технической сфере. В то же время возникает немало разногласий в экономике. Например, до сих пор не получается создать равные условия для хозяйствующих субъектов. Почему за 12 лет не удалось реализовать все то, что прописано в союзном договоре?
– Что касается интеграционных процессов на уровне регионов и предприятий, тут нет никаких вопросов. Они появляются по мере поднятия по управленческой лестнице. Я вижу здесь целый комплекс причин, в том числе и внешнего порядка. Сегодня уже не секрет, что развал Советского Союза был хорошо спланированной и скоординированной акцией. Конечная цель авторов этой стратегии – распад России. И вдруг на этом фоне появляется Союзное государство. Представляете, затрачены огромные силы, ресурсы, время на то, чтобы устранить конкурента, и тут возникает новое объединение. Естественно, на Западе у Союзного государства немало противников. Определенные силы всячески пытаются поссорить Беларусь с Россией, не раз обещали «озолотить» нас, если мы отвернемся от нее.
В торпедировании союзных договоренностей, выстраивании барьеров, введении заградительных мер заинтересован и крупный олигархический капитал. Модернизированные белорусские предприятия, выпускающие конкурентоспособную продукцию, представляют серьезную конкуренцию частным российским компаниям. Многие из них не прочь прибрать к рукам перспективные белорусские заводы и компании. Но позиция официального Минска в данном вопросе неизменна: выгода от приватизации должна быть обоюдной.
– Так может, действительно вся проблема – в несовместимости наших стратегий и моделей развития? Беларусь ориентируется на сохранение крупных предприятий в госсобственности, серьезный контроль за ценообразованием, банковской системой, валютными потоками во внешнеэкономической области. В России ставку сделали на неолиберальную модель рыночной экономики, упразднили многие ключевые функции государства в экономической и социальной сферах. Можно ли вообще прийти к общему знаменателю при таких подходах?
– Болты точат одинаково как на российских, так и на наших предприятиях. В Беларуси тоже много предприятий частной формы собственности, которые имеют устойчивые позиции не только на внутреннем, но и на внешнем рынке. Возьмите, например, обувную компанию «Марко», владельцем которой является сенатор Николай Мартынов. Выпускают добротную, качественную обувь, и у государства к ним нет никаких претензий, никто не чинит препятствий.
Весь вопрос в том, как управлять экономикой и распределять ресурсы. Можно ведь заработанные деньги рассовать по карманам, вывезти за границу, а можно вложить в развитие производства, направить на социальную сферу, строительство жилья, дорог, школ.
Сейчас на повестке дня и в Беларуси, и в России главный вопрос – модернизация экономик, и здесь неважно, у кого какая модель. Задачи ведь общие: привлечение инвестиций, развитие современных наукоемких технологий. Вот где непаханое поле для сотрудничества. Беларусь всегда была на ведущих позициях в таких отраслях, как оптика, электроника, лазерные технологии. И сегодня совместными усилиями нам надо наращивать инновационный потенциал, создавать элементную базу для новых мощных суперкомпьютеров, сотрудничать в сфере космических и ядерных технологий, развивать дизельное автомобилестроение. Мы должны не выяснять отношения, кто кому должен за газ и нефть, а вместе выходить на мировые рынки с высокотехнологичной продукцией.
– Видимо, не так просто все это осуществить. Вот, например, идея слияния МАЗа и КамАЗа воспринята в экспертных кругах неоднозначно. Высказывается, в частности, мнение, что в образовании холдинга заинтересован российский завод с позиции роста биржевых котировок акций или перспективного упразднения конкурента с рынка стран СНГ…
– Все новое почти всегда воспринимается в штыки, тем более когда речь идет о собственности. Тут же со всех сторон летят возгласы: «Караул, нас хотят ограбить». Но давайте смотреть на вещи трезво. Да, сегодня МАЗ практически ни в чем не уступает КамАЗу, даже превосходит своего российского конкурента. Скажем, в прошлом году КамАЗ продал всего на 3 тысячи автомобилей больше, чем МАЗ, несмотря на то что российская компания значительно больше. Но технологии не стоят на месте, и всегда надо видеть перспективу на пять-десять лет. В современном мире нельзя замыкаться в собственной «скорлупе». Гораздо выгоднее делать общий бизнес, конкурировать и состязаться в рамках крупных корпораций. Создание машиностроительного холдинга предусматривается и по линии союзных программ. Процесс идет, но его надо ускорять. Объединив усилия, намного легче выйти на западный рынок. А это не просто рынки сбыта, но и доступ к передовым технологиям и ресурсам, а также гарантированные рабочие места. Убежден, что в перспективе появятся объединения и по другим направлениям.
– Вероятно, многие вопросы белорусско-российских отношений решались бы более оперативно, если бы существовала правовая основа интеграции. Странно получается: есть Союзное государство, но нет Конституции, Конституционного Акта. Еще года три назад с разных трибун нас уверяли в его готовности и скором принятии. Возможно, тогда автоматически исчезли бы и многие вопросы с повестки дня. Почему же Конституционный Акт положили в долгий ящик?
– Комиссия Союзного государства по данному вопросу существует, ее сопредседатели – Борис Грызлов и Владимир Андрейченко, так что этот вопрос логичнее задать им. Когда я был сопредседателем, работа над данным документом была завершена и Конституционный Акт направили Высшему Госсовету.
В том варианте Конституционный Акт в принципе мог работать до тех пор, пока не выработали бы Конституцию Союзного государства. Разумеется, это очень сложная работа, которая требует в том числе и унификации законодательной базы наших стран.
Так или иначе, Конституционный Акт нам необходим, чтобы упростить и ускорить решение многих вопросов. Сейчас, например, завершается работа по подготовке механизма учета союзной собственности. Соглашения эти уже ратифицированы. Но ведь предстоит еще и принимать законы прямого действия по союзной собственности. Кто этим должен заниматься? Парламентское Собрание не имеет на то полномочий, а парламента Союзного государства у нас не создано. И таких нестыковок еще много.
– Так что же мешает нам сегодня провести референдум по Конституционному Акту?
– Сначала этот документ должен рассмотреть и одобрить Высший Госсовет Союзного государства. Он же дает согласие вынести вопрос на референдум.
Но мне кажется, что в ближайшее время этого не случится по причинам, о которых мы говорили выше.
– По каким еще направлениям союзного строительства мы отстаем?
– В свое время в рамках Союзного государства было разработано 54 комплексных направления развития. По большинству из них, к сожалению, сроки исполнения не выдержаны. Кроме того, необходимо сокращать сроки рассмотрения и прохождения программ Союзного государства, поскольку это прямой путь к увеличению объемов работ. Нынешний механизм согласования очень громоздкий и занимает до трех лет. За это время многие вопросы элементарно устаревают. Наше предложение заключается в том, что в течение года программа должна пройти экспертизу, и в следующие полгода получить «добро» на реализацию. Тогда союзный бюджет можно было бы увеличить на порядок.
Бюджет нынешнего года составляет 4,9 миллиарда российских рублей. Однако проблемой по-прежнему остается низкая финансовая дисциплина отдельных государственных заказчиков. Решать эту проблему надо через дальнейшее совершенствование нормативно-правовых актов, и в первую очередь это касается Порядка формирования и исполнения бюджета Союзного государства.
– И все же разговор предлагаю закончить на оптимистичной ноте. По мнению некоторых аналитиков, на основе Союзного государства, Таможенного союза и ЕЭП на постсоветском пространстве может сформироваться мощное интеграционное сообщество с участием Украины, Кыргызстана, Армении и других государств. Насколько вероятен такой сценарий?
– Если будет на то политическая воля нынешних руководителей, если объединительные процессы не станут искусственно тормозить, то, вне всякого сомнения, у нас все получится. Потому что в этом заинтересованы простые граждане, и сама интеграция в своей основе, все эти тонны, кубометры, километры подразумевают прежде всего улучшение благосостояния людей.
Евгений КОНОНОВИЧ
– Вадим Александрович, последние года два белорусско-российские отношения на политическом уровне, мягко говоря, были натянутыми, как струна. Скептики говорили даже о некой точке невозврата, которую, дескать, прошли лидеры двух государств. Однако визит российского премьера Владимира Путина в Минск в середине марта и итоги заседания союзного правительства многие оценили как прорыв. Откуда такой поворот? Насколько закономерны итоги минских встреч?
– Если абстрагироваться от сделанных раньше эмоциональных заявлений, высказанных обид и претензий, то ничего удивительного не произошло. Снова возобладал прагматизм и здравый смысл. У нас в рамках Союзного государства есть союзный бюджет, определен перечень из почти 40 программ и мероприятий. За последние два года не отмечено ни одного срыва в их реализации. Только по союзным программам примерно пять миллионов человек в Беларуси и России получили работу. А в целом производственная кооперация позволила создать 15 миллионов рабочих мест. И руководители, конечно же, должны учитывать это обстоятельство.
При всех имеющихся проблемах экономические показатели дают основания для оптимизма. Если в 1999 году наш двусторонний товарооборот составлял около 7 миллиардов долларов, то в рекордном 2008-м он превысил 34 миллиарда долларов. Правда, в 2009 году в условиях мирового кризиса торговля сократилась почти на треть, но в прошлом году наметилась тенденция восстановления и объем торговли товарами и услугами превысил 29 миллиардов долларов.
На мой взгляд, импульсом к дальнейшему продвижению по пути интеграции станет действующий Таможенный союз и формирование Единого экономического пространства. Судите сами: в январе 2011 года Беларусь увеличила объем экспорта товаров в страны ТС почти на 45 процентов. В целом же наш товарооборот со странами ТС за второе полугодие 2010 года вырос на 46 процентов. Конечно, говорить о том, что все проблемы позади, было бы заблуждением. Но общий фон положительный, и неслучайно Кыргызстан, Таджикистан, Армения проявили заинтересованность в новом объединении. Небезразлично повели себя и в Брюсселе, ведь там вовсе не горят желанием иметь у себя под боком сильного конкурента.
– Примером оживления интеграции, наверное, служит и тот факт, что впервые за десять лет бюджет Союзного государства исполнили на 97 процентов. Мы уже привыкли к отсутствию границ между нашими странами, обеспечены и равные социальные права граждан, достигнут высокий уровень взаимодействия в военно-технической сфере. В то же время возникает немало разногласий в экономике. Например, до сих пор не получается создать равные условия для хозяйствующих субъектов. Почему за 12 лет не удалось реализовать все то, что прописано в союзном договоре?
– Что касается интеграционных процессов на уровне регионов и предприятий, тут нет никаких вопросов. Они появляются по мере поднятия по управленческой лестнице. Я вижу здесь целый комплекс причин, в том числе и внешнего порядка. Сегодня уже не секрет, что развал Советского Союза был хорошо спланированной и скоординированной акцией. Конечная цель авторов этой стратегии – распад России. И вдруг на этом фоне появляется Союзное государство. Представляете, затрачены огромные силы, ресурсы, время на то, чтобы устранить конкурента, и тут возникает новое объединение. Естественно, на Западе у Союзного государства немало противников. Определенные силы всячески пытаются поссорить Беларусь с Россией, не раз обещали «озолотить» нас, если мы отвернемся от нее.
В торпедировании союзных договоренностей, выстраивании барьеров, введении заградительных мер заинтересован и крупный олигархический капитал. Модернизированные белорусские предприятия, выпускающие конкурентоспособную продукцию, представляют серьезную конкуренцию частным российским компаниям. Многие из них не прочь прибрать к рукам перспективные белорусские заводы и компании. Но позиция официального Минска в данном вопросе неизменна: выгода от приватизации должна быть обоюдной.
– Так может, действительно вся проблема – в несовместимости наших стратегий и моделей развития? Беларусь ориентируется на сохранение крупных предприятий в госсобственности, серьезный контроль за ценообразованием, банковской системой, валютными потоками во внешнеэкономической области. В России ставку сделали на неолиберальную модель рыночной экономики, упразднили многие ключевые функции государства в экономической и социальной сферах. Можно ли вообще прийти к общему знаменателю при таких подходах?
– Болты точат одинаково как на российских, так и на наших предприятиях. В Беларуси тоже много предприятий частной формы собственности, которые имеют устойчивые позиции не только на внутреннем, но и на внешнем рынке. Возьмите, например, обувную компанию «Марко», владельцем которой является сенатор Николай Мартынов. Выпускают добротную, качественную обувь, и у государства к ним нет никаких претензий, никто не чинит препятствий.
Весь вопрос в том, как управлять экономикой и распределять ресурсы. Можно ведь заработанные деньги рассовать по карманам, вывезти за границу, а можно вложить в развитие производства, направить на социальную сферу, строительство жилья, дорог, школ.
Сейчас на повестке дня и в Беларуси, и в России главный вопрос – модернизация экономик, и здесь неважно, у кого какая модель. Задачи ведь общие: привлечение инвестиций, развитие современных наукоемких технологий. Вот где непаханое поле для сотрудничества. Беларусь всегда была на ведущих позициях в таких отраслях, как оптика, электроника, лазерные технологии. И сегодня совместными усилиями нам надо наращивать инновационный потенциал, создавать элементную базу для новых мощных суперкомпьютеров, сотрудничать в сфере космических и ядерных технологий, развивать дизельное автомобилестроение. Мы должны не выяснять отношения, кто кому должен за газ и нефть, а вместе выходить на мировые рынки с высокотехнологичной продукцией.
– Видимо, не так просто все это осуществить. Вот, например, идея слияния МАЗа и КамАЗа воспринята в экспертных кругах неоднозначно. Высказывается, в частности, мнение, что в образовании холдинга заинтересован российский завод с позиции роста биржевых котировок акций или перспективного упразднения конкурента с рынка стран СНГ…
– Все новое почти всегда воспринимается в штыки, тем более когда речь идет о собственности. Тут же со всех сторон летят возгласы: «Караул, нас хотят ограбить». Но давайте смотреть на вещи трезво. Да, сегодня МАЗ практически ни в чем не уступает КамАЗу, даже превосходит своего российского конкурента. Скажем, в прошлом году КамАЗ продал всего на 3 тысячи автомобилей больше, чем МАЗ, несмотря на то что российская компания значительно больше. Но технологии не стоят на месте, и всегда надо видеть перспективу на пять-десять лет. В современном мире нельзя замыкаться в собственной «скорлупе». Гораздо выгоднее делать общий бизнес, конкурировать и состязаться в рамках крупных корпораций. Создание машиностроительного холдинга предусматривается и по линии союзных программ. Процесс идет, но его надо ускорять. Объединив усилия, намного легче выйти на западный рынок. А это не просто рынки сбыта, но и доступ к передовым технологиям и ресурсам, а также гарантированные рабочие места. Убежден, что в перспективе появятся объединения и по другим направлениям.
– Вероятно, многие вопросы белорусско-российских отношений решались бы более оперативно, если бы существовала правовая основа интеграции. Странно получается: есть Союзное государство, но нет Конституции, Конституционного Акта. Еще года три назад с разных трибун нас уверяли в его готовности и скором принятии. Возможно, тогда автоматически исчезли бы и многие вопросы с повестки дня. Почему же Конституционный Акт положили в долгий ящик?
– Комиссия Союзного государства по данному вопросу существует, ее сопредседатели – Борис Грызлов и Владимир Андрейченко, так что этот вопрос логичнее задать им. Когда я был сопредседателем, работа над данным документом была завершена и Конституционный Акт направили Высшему Госсовету.
В том варианте Конституционный Акт в принципе мог работать до тех пор, пока не выработали бы Конституцию Союзного государства. Разумеется, это очень сложная работа, которая требует в том числе и унификации законодательной базы наших стран.
Так или иначе, Конституционный Акт нам необходим, чтобы упростить и ускорить решение многих вопросов. Сейчас, например, завершается работа по подготовке механизма учета союзной собственности. Соглашения эти уже ратифицированы. Но ведь предстоит еще и принимать законы прямого действия по союзной собственности. Кто этим должен заниматься? Парламентское Собрание не имеет на то полномочий, а парламента Союзного государства у нас не создано. И таких нестыковок еще много.
– Так что же мешает нам сегодня провести референдум по Конституционному Акту?
– Сначала этот документ должен рассмотреть и одобрить Высший Госсовет Союзного государства. Он же дает согласие вынести вопрос на референдум.
Но мне кажется, что в ближайшее время этого не случится по причинам, о которых мы говорили выше.
– По каким еще направлениям союзного строительства мы отстаем?
– В свое время в рамках Союзного государства было разработано 54 комплексных направления развития. По большинству из них, к сожалению, сроки исполнения не выдержаны. Кроме того, необходимо сокращать сроки рассмотрения и прохождения программ Союзного государства, поскольку это прямой путь к увеличению объемов работ. Нынешний механизм согласования очень громоздкий и занимает до трех лет. За это время многие вопросы элементарно устаревают. Наше предложение заключается в том, что в течение года программа должна пройти экспертизу, и в следующие полгода получить «добро» на реализацию. Тогда союзный бюджет можно было бы увеличить на порядок.
Бюджет нынешнего года составляет 4,9 миллиарда российских рублей. Однако проблемой по-прежнему остается низкая финансовая дисциплина отдельных государственных заказчиков. Решать эту проблему надо через дальнейшее совершенствование нормативно-правовых актов, и в первую очередь это касается Порядка формирования и исполнения бюджета Союзного государства.
– И все же разговор предлагаю закончить на оптимистичной ноте. По мнению некоторых аналитиков, на основе Союзного государства, Таможенного союза и ЕЭП на постсоветском пространстве может сформироваться мощное интеграционное сообщество с участием Украины, Кыргызстана, Армении и других государств. Насколько вероятен такой сценарий?
– Если будет на то политическая воля нынешних руководителей, если объединительные процессы не станут искусственно тормозить, то, вне всякого сомнения, у нас все получится. Потому что в этом заинтересованы простые граждане, и сама интеграция в своей основе, все эти тонны, кубометры, километры подразумевают прежде всего улучшение благосостояния людей.
Евгений КОНОНОВИЧ
вк
ок
youtube
telegram
ru–by
MAX
