03 Октября 2010 года / К номеру: 45  (342)

Васильки на воде


Они продолжают плыть и плыть по грустным лесным речкам и озерам, мимо тех берегов, на которых неутомимые поисковые отряды парней и девчонок, не «выбравших пепси» в наше рехнувшееся время,  продолжают находить останки павших солдат минувшей Великой войны.

...Дело было в конце лета на Смоленщине, на глухих лесных болотах, что лежат между маленькой деревушкой Коробец и уже калужским городком Спас-Деменском, совсем неподалеку от границы  с Беларусью. Московским поисковикам из отряда Вадима Кирьянова (а тогда это движение только зарождалось) стала известна удивительная и загадочная история. Местные старожилы рассказали, что наблюдали, как во время Великой Отечественной войны над ними шел ожесточенный воздушный бой. Один из сбитых самолетов в крутом пике пошел к земле за речку Грохот, на те самые болота. Чей это был самолет, мужики с земли так и не распознали. Вспомнили о нем только после войны, когда государство объявило о кампании по сбору цветных металлов и сдаче их во Вторчермет.  Шустрые деревенские мальчишки добрались до тех болот и обнаружили там торчавший из воды примерно по середину фюзеляжа хвост самолета с красной звездой на нем. Кликнули взрослых, те привели лошадей. Мужики завели на хвост крепкую веревочную петлю и попытались дернуть. Но при  рывке фюзеляж разломился и вытащить удалось только сам хвост самолета. И тут болото булькнуло, пошло пузырями и на поверхности закачались зеленая довоенная трехрублевка и... обрывок немецкой (!) газеты. Откуда у советского летчика немецкие газеты?! Интриги во всю эту историю добавила учительница местной сельской школы, сказав, что газета та вовсе не на немецком, а на... французском языке! В общем, почесали тогда озадаченно мужики затылки, да и забыли про самолет.
Вспомнили про него потомки уже несколько десятилетий спустя. Случайно узнавшие об этой истории Кирьянов и его товарищи-поисковики сначала засели в архивах, где постепенно прояснилась и истина. Правда, оставалось одно неизвестное. В те дни в небе над Смоленщиной вела бои 303-я Гвардейская истребительная авиадивизия, в состав которой входил и легендарный французский авиаполк «Нормандия-Неман», воевавший на советских «яках». Так вот, в день того боя на аэродром не вернулись две машины. Пилотом одной  был аспирант (первое офицерское звание во французских ВВС) де Сибур, второй – майор де Форж. В том, что под Коробцом лежит именно Як «Нормандии», сомневаться уже не приходилось. Вот только кто в пилотской кабине? Ведь сельчане в один голос заявляли, что купола парашюта никто не видел.
Идею поисковой экспедиции тогда поддержали ЦК ВЛКСМ и газета «Комсомольская правда». Связались с армией, и на помощь отряду Вадима Кирьянова Гвардейская Кантемировская танковая дивизия отрядила  целую роту из своего инженерно-саперного батальона со всей штатной техникой.
Был целый месяц каторжных работ. Армейцы в первый же день установили, что большой металлический предмет, похожий на самолет, есть, но его засосало в болото уже на глубину в несколько метров. Чтобы хоть что-то достать, болото придется практически осушать. Солдаты вместе с поисковиками развернули спецтехнику, подключили мощные насосы. Работа шла и днем, и ночью и наконец была вознаграждена.
Сначала показалось крыло, потом – остатки фюзеляжа и вот наконец – пилотская кабина с останками летчика. По номерам ордена Красной Звезды и пистолета ТТ определили, что за штурвалом сидел командир эскадрильи полка «Нормандия-Неман» майор Поль де Форж...
Его останки с отдачей воинских почестей были переданы французской стороне и захоронены на Родине героя.
А годом раньше нашей «французской» экспедиции в «Комсомольской правде» был опубликован мой материал «Убит под Гжатском». Вся стана была в шоке: в те времена не принято было вспоминать на официальном уровне о том, что в смоленских, калужских, белорусских лесах десятки лет лежат останки десятков, а может быть, и сотен тысяч наших незахороненных погибших солдат, чьи семьи получили казенные извещения, дарившие, правда, хоть какую-то, крохотную искорку надежды. Ведь не «пал в бою за Родину», а «пропал без вести». Правда, ждать, молиться и верить многим семьям «пропавших без вести» приходилось уже в солончаках Казахстана – как семьям изменников Родины, так как приказ «Ни шагу назад!» объявлял пропавших без вести именно таковыми. А их жены, матери, детишки, лишенные продовольственных карточек и денежных аттестатов, вышвырнутые из родных домов на чужбину, так и не узнали, что их сын, муж и батька лежит, забытый всеми, в глухом смоленском лесу, стиснув трехлинейку со всеми расстрелянными патронами, как пел Высоцкий, «лицом на Запад и ногами на Восток»...
Гжатск, Вязьма, Ржев. Если на карте соединить эти города прямой линией, то получится треугольник. В войну его называли «треугольником смерти». У местных даже бытует поверье, что начавшиеся после войны обильные урожаи подосиновиков-красноголовиков в здешних глухих лесах – это капли крови наших павших солдат.
Под ногами сухо трещат сосновые ветки. Самая глухомань. Слева, в лесном распадке, черные полуразвалившиеся скелеты изб вымершей деревушки Груздево. Справа – лесная луговина с заросшими бурьянами фундаментами довоенного Сорокино. Тишина. Только перестук дятла да бесполезный кукушкин отсчет времени – ведь оно здесь давно остановилось. Я стою на самой линии фронта. Из леса на луг выбегают полузаросшие траншеи, тянутся по околице ныне упокоившегося Сорокина и снова исчезают в лесной чащобе. Время словно раздвигается – и ты видишь трагическое черно-белое кино. Вот разбитая наша сорокапятка, а перед ней на линии прямой наводки, в густом орешнике – ржавые немецкие винтовки, кованые подошвы сапог, солдатские ременные бляхи с выдавленным «С нами Бог». С убойной дистанции, уже не надеясь на собственное спасение, орудийный расчет бил, бил и бил по врагу! А вот здесь, перед ручьем, возле полусгнившей колючей проволоки – черепа, кости, истлевшие обрывки шинелей и наши, советские, каски.
Я зажмуриваюсь и вижу, как наяву: вод здесь наши пошли в контратаку, вот здесь она захлебнулась в крови, а вот здесь... Стоп – из густой травы, среди белых костей мы достаем маленький черный текстолитовый пенальчик. Это – солдатский медальон, в котором на скатанной в трубочку длинной бумажке записаны фамилия, имя и отчество, военкомат, который призывал бойца и кому сообщить в случае гибели. Красноармеец Сергеенков Василий Антипович, год рождения – 1922-й, призван Орским РВК Чкаловской (ныне Оренбургской) области. Мать – Сергеенкова Евдокия Ивановна...
Потрескивают дрова у ночного лесного костра. В котелке вот-вот закипит крепкий чай. Мы сидим тесным кружком, и каждый по-своему молча осмысливает прожитый день. «И упал он в траву позаместо нас, было мальчику двадцать лет. Эх, судьба, не срослась ты на этот раз – он промедлил, а снайпер – нет...»
Утром мы пошли дальше по бывшей линии фронта, нанося на карту места обнаружения останков наших воинов, чтобы вскоре вернуться за ними с людьми и техникой для захоронения. Замшелая траншея увела нас в березняк, что раскинулся по обе стороны поросшего густым диким малинником ручья. И тут, у ветвистой березы, мы наткнулись на останки еще одного бойца. «Смотрите, каблуки на сапогах совсем не стертые, – заметил кто-то из наших ребят, – видно, только переодели в форму и в первом же бою положили...» В петлицах полуистлевшей гимнастерки были эмалевые треугольнички младшего сержанта. А вот оружия не нашли. Сделав очередную отметку на карте, пошли дальше, и вдруг кто-то, оглянувшись, крикнул: «Ребята! Гляньте на березу!»
На березе, под которой лежал погибший младший сержант, на высоте почти в три метра, висел вросший в развилку ветвей пулемет Дегтярева с оставшимися в диске восемнадцатью патронами. Картина боя стала ясна: пулеметчик вел огонь, пристроив «дегтяря» между сучьев молоденькой березки, а когда его настигла смертельная пуля, откинулся навзничь. Пулемет же остался в той развилке и за пятьдесят лет поднялся на трехметровую высоту.. Сейчас этот ручной пулемет хранится в музее боевой славы одной из московских школ.
Существует еще один неожиданный аспект поисковой работы. Работа поисковика далеко не безопасна. Во-первых, в лесу можно напороться на «черных копателей», которые рыщут в поисках военных регалий и предметов обихода войны. Звучащие иногда по телевизору байки про банды, вооруженные добытым «черными копателями» оружием тех лет, – полная ерунда. Я думаю, любой служивший в армии согласится, что пролежавший более полувека в земле автомат может использоваться в лучшем случае как дубина. А вот, скажем, немецкий «Железный крест», знак «Десять танковых атак» или советский орден имеют цену на своем рынке по всему миру, причем цена эта от года к году только растет.
Особая тема – тяжелая техника. Здесь на кону уже совсем другие ставки, и это порой приводит к настоящим трагедиям. Например, в 1996 году убили Сережу Цветкова  (преступники так и не были найдены), командира поискового отряда «Экипаж», который занимался поиском и восстановлением танков. По Ново-Рижскому шоссе есть поселок Снегири, где действует созданный им танковый музей. Таких людей, как Сергей, называют «не от мира сего», он был человеком абсолютно бескорыстным и равнодушным к деньгам. «Экипаж» поднял со дна Дона тяжелый немецкий танк «Тигр», причем редкой модификации, и отреставрировал его до возможности самостоятельного хода. Тут же стаей слетелись покупатели, предлагая цену, как говорят знающие люди, до миллиона долларов. Но Цветков был непреклонен – только в Снегири, в музей. Вскоре его нашли мертвым в своей квартире, а «Тигр» бесследно (!) исчез. Искали? Искали. Пятидесятисемитонная махина оказалась для наших правоохранительных органов иголкой в стоге сена...
...По лесным речкам все плывут васильковые венки. Вообще-то это – флотская традиция, которую поисковики переняли у моряков, – боевые корабли спускают на воду венки над местом гибели своих боевых собратьев разных эпох. Так будет до тех пор, пока в российских и белорусских лесах не останется ни одной белой косточки, ведь как говорил великий Суворов, «война считается законченной только тогда, когда погребен последний павший солдат...».

Комментарии


Другие статьи раздела

Союзное государство

Николай Бурляев: Бюджет на науку, культуру, образование увеличили в три раза

Внимание к гуманитарным вопросам - залог процветания Союзного государства

Великолепная пятерка

Союзные депутаты обсудили финансирование действующих и новых интересных проектов


Прошел первый День Союзного государства

Первый из трех Дней Союзного государства прошел на «Славянском базаре в Витебске». И был невероятно насыщенным

Сергей Стрельченко: «Славянский базар» - наш самый яркий проект»

О деловой программе фестиваля, в которой будут участвовать депутаты, рассказал Ответственный секретарь Парламентского Cобрания Союза Беларуси и России

Программ станет больше

У Москвы и Минска на первом месте взаимная поддержка и координация

Дмитрий Мезенцев: Запад готов напрягать отношения до предела

Государственный секретарь Союзного государства - о том, что мы не собираемся посыпать голову пеплом. Чем опасна ситуация на Украине. И вернется ли «холодная война»

Читайте также

Экономика: интеграция

Ой, цветет «Регина»!

Черешня из Гродненской области может потеснить в России молдавскую и турецкую

Туризм

Пять причин погулять по экотропам Беларуси

Отдых на природе - это не только шашлыки, палатки и купание до синих губ. Прогулки по заповедным местам помогут по-новому взглянуть на привычные пейзажи

Политика

Александр Лукашенко - о том, какими темпами нужно работать: Только те выйдут из кризиса окрепшими, кто будет бежать

- Пойдем пешком - нас догонят и раздавят, затопчут, - Президент Беларуси рассказал о формуле успеха для предприятий

Культура

Лучше Бреста нету места!

В этом уверены не только местные жители, но и все, кто оказался в древнем городе на минувших выходных. Город над Бугом на прошлой неделе отметил 1003 -летие. Поздравить именинника приехали и гости из России

Трибуна депутата

Николай Бурляев: Пора остановить сползание в демографическую яму

Всемирная организация здравоохранения объявила, что «мужчина» и «женщина» теперь не единственные гендеры на планете

Общество

Один раз в год сады цветут

Москву не узнать - на Манежной площади вырос городок из петуний, по соседству - пшеничное поле, а у входа в ЦУМ - экзотический остров с пальмами, орхидеями и кувшинками



Общество

Один раз в год сады цветут

Москву не узнать - на Манежной площади вырос городок из петуний, по соседству - пшеничное поле, а у входа в ЦУМ - экзотический остров с пальмами, орхидеями и кувшинками

Туризм

Пять причин погулять по экотропам Беларуси

Отдых на природе - это не только шашлыки, палатки и купание до синих губ. Прогулки по заповедным местам помогут по-новому взглянуть на привычные пейзажи

Общество

Перекрестные полеты

Юлия Новицкая о старте экипажа Crew-5 на МКС

Спорт

Трезубцем по мечте

В отмене мастер-классов Александры Трусовой в Стокгольме обнаружен украинский след

Общество

От частного к общему

Среднее образование в Беларуси станет обязательным. Что еще изменится в школах республики в новом учебном году?

Общество

Оставь мобилу, всяк сюда входящий

На уроках запретят пользоваться гаджетами. И будут учить финансовой грамотности

Общество

Остров невезения

После американской провокации независимому Тайваню осталось существовать считаные месяцы

Общество

Громадина из Жодино

Первый «БелАЗ» без единой импортной детали - быстрый ответ на экономическую блокаду со стороны Запада

Трибуна депутата

Николай Бурляев: Пора остановить сползание в демографическую яму

Всемирная организация здравоохранения объявила, что «мужчина» и «женщина» теперь не единственные гендеры на планете

Трибуна депутата

Вячеслав Володин: США должны покаяться перед человечеством

Американцы совершили чудовищное преступление, уничтожив Хиросиму и Нагасаки