Сергей Бабурин: Было желание исправить ошибки

На первой сессии Парламентского Собрания Сергей Бабурин был избран заместителем председателя, а до этого стал непосредственным участником событий, которые привели к объединению двух государств.

ПОЛУЧИЛИ ПОЛНУЮ ПОДДЕРЖКУ

- Чтобы это понять, нужно немного погрузиться в то время. 1991 год, как мы с вами помним, был годом распада Советского Союза - великой трагедии, которая застигла большинство граждан врасплох. Останавливались заводы, замирали целые города, экономика была парализована. Разрывались по живому экономические связи между бывшими союзными республиками и даже внутри Российской Федерации.

Поэтому, когда люди стали немножко приходить в себя, внутренняя потребность к исправлению сделанных ошибок возникла у многих.

Впервые это прозвучало в Беларуси, когда вновь избранный президент Александр Лукашенко вынес на референдум вопрос об экономическом объединении с Россией. Несколько пунктов были интеграционного типа и получили полную поддержку.

У нас в России в 1996 году при формировании второго созыва Государственной Думы возникло пусть и нестабильное, но патриотическое большинство. Это тоже привело к возможности задуматься о способах «склеить» страны обратно.

Мне довелось от имени Госдумы выступать на сессии Совета Федерации, чтобы объяснить позицию палаты - почему мы считаем необходимым ставить вопрос об объединении в Союз именно России и Беларуси. Тогда же мы с Григорием Тихоновым (депутат второго созыва, лидер движения «Союз». - Ред.) выехали в Минск поездом. Там шло заседание Верховного Совета РБ.

Руководители всех фракций на встречу с нами ушли в отдельный зал. Они сказали, что есть аналогичный российскому проект постановления. И Верховный Совет РБ готов его принять. Я тогда попросил: положите на согласование, пока не спешите, потому что вопросы внешней политики по Конституциям и Беларуси, и России - это прерогатива президентов.

В перерыве решили пройтись по Минску, на каком-то перекрестке случайно сели в стоявшую там машину и через пять минут оказались в загородной резиденции президента Лукашенко. Мы знакомы со времен, когда были народными депутатами. Разговор сразу стал предметным. Я предложил: «Александр Григорьевич, встречайтесь с Ельциным, объединяйтесь. Парламент - Госдума и Совет Федерации - вас поддержат.

- Встретились президенты?

- Встретились. Но я могу только сожалеть, что порыв Александра Лукашенко был нивелирован сразу же. Они вроде бы договорились с Борисом Ельциным о слиянии двух наших государств. Но в ночь перед подписанием, 2 апреля, текст этого документа заменили несколько другим.

У меня был на эту тему прямой разговор с Анатолием Чубайсом, главой администрации Ельцина. Он в ответ упрекнул меня, что я поддерживаю белорусов.

ОБОШЛОСЬ БЕЗ РАЗНОГЛАСИЙ

- Так или иначе, но парламентарии в 1996 году собрались. Какие тогда решения нужно было принять?

- Мы постоянно на Парламентском Собрании принимали документы о единстве прав граждан Беларуси и России, например, в сфере труда. Самое принципиальное, что уже на первой сессии, которая проходила в Смоленске, главный вопрос встал - о целях и задачах нашей работы, для чего мы это все затеяли. И тема создания общего государства легла в повестку дня.

Полемика была очень жесткой. Мой призыв отбросить лукавство и обозначить целью всего, что мы делаем, создание общей политической структуры, где жили бы российские и белорусские граждане, поддержали абсолютное большинство депутатов.

И конечно, даже формирование комиссий Парламентского Собрания было нацелено на то, чтобы создавать интеграционный механизм между парламентами и между государствами. Это комиссии и по экономической политике, и по международным делам, и по работе со СМИ - все они должны были не укреплять двусторонние отношения, как это делается сегодня, а формировать их внутри предстоящего единого целого.

И вообще среди российских и белорусских депутатов не было разногласий в вопросах объединения, мы лишь могли спорить, как лучше отладить тот или иной механизм. Поэтому мы были солидарны при подготовке совместного договора о создании СГ. Ведь не случайно в комиссии по его подготовке были депутаты Парламентского Собрания с обеих сторон, а не только представители правительства.

Мы безоговорочно приветствовали подписание и планировали успешно завершить процесс в 2000 году. Так, предполагалось, что пройдут выборы депутатов Союзного парламента. Сразу после этого должна была начаться подготовка Конституционного акта. Наметили провести референдумы по внесению изменений в Конституции РФ и РБ о создании Союза. Должны были появиться единые таможенный комитет и пограничная служба, несколько слитых в одно министерств. Ну и многие другие вещи, которые в тот момент можно было сделать гораздо легче, чем сегодня. К сожалению, эти намерения остались нереализованными.

- Россия и Беларусь сохраняли бы свои статусы в случае принятия такого Конституционного акта или новое образование ликвидировало бы их?

- Тогда он был только в модели. Союзное государство предполагалось как новое, состоящее из двух частей - Российской Федерации и Республики Беларусь. Юридически равноправных, конечно же.

Я как юрист прошу обратить внимание: пока в наших Конституциях нет интеграционных норм, акты Союзного государства не обладают полной силой. В то время как в Европейском Союзе все государства закрепили на законодательном уровне, что такое ЕС и как действуют акты этого союза на их территории.

ФОТО: kremlin.ru