Стихи в такси

Минский поэт Юрий Боровицкий пишет стихи на трех языках и предпочитает общаться со своими почитателями в ночных клубах и через Интернет

Сам видел – многие поклонники рыдают от его стихов. Хотя Юрий Боровицкий пока еще не столь знаменит, как иные мастера пера. Первый сборник любовной лирики «Молюсь луне» он издал недавно, хотя сочиняет стихи 30 лет. Начинал писать по-белорусски, теперь пишет по-русски и пробует по-немецки. Необычно и то, что своих почитателей поэт находит в такси, ночных клубах, а порой по ошибочно набранному номеру телефона. Пишет на даче под Минском, а каждое новое творение сразу же публикует в Интернете – на популярном сайте русскоязычных поэтов stihi.ru. Возможно, именно поэтому о Юрии больше говорят не на родине, а за границей – всюду, где понимают и чтут русское слово. Боровицкий уверен: «Жизнью движет любовь. Поэтому другие темы меня не интересуют». Только в любви поэт видит смысл жизни и воспринимает ее как синоним счастья. А высшим человеческим счастьем считает то состояние, когда платоническая и физическая любовь сливаются в одно целое.
– Счастье – это когда человек достиг своей мечты, – говорит Юрий. – Вы не задумывались о том, почему многие поэты скверно заканчивали свою жизнь? Да потому что не могли сформулировать свою мечту, хотя она у всех одна – любить и быть любимым.
– Когда вы поняли, что обладаете поэтическим даром?
– Первое стихотворение я написал 30 лет назад, когда мне было 11, и я учился в четвертом классе в деревне Прокоповка Гомельского района. То стихотворение напечатала районная газета «Маяк», а я помню его до сих пор:
Родная вёска хваляй лагоднай
Сэрца калыша, і здаецца мне
казкаю
Гэты калодзеж каля Свістка,
Як ён прыемна парыпвае
зранку,
Пеўня задзірысты спеў каля
ганку...
І нібы салоўка, спявае душа.
– А почему издать книгу решились 30 лет спустя?
– Меня попросили об этом друзья, потому как лично я не придавал значения публикации своих стихов в сборниках. Я считал важным просто писать. Теперь, после выхода книги, ощущаю себя и впрямь необычно: я знаю своих поклонников уже не заочно, а встречаю их в жизни, они дарят мне цветы, плачут, читая мои строки. Хотя по-прежнему моя поэтическая жизнь более бурно протекает в Рунете: на сайте stihi.ru я узнаю много нового о себе – хорошего и плохого, через сайт общаюсь с коллегами.
– Будут ли новые книги?
– Будут. Уже сейчас со своей подругой Натальей Новожиловой, которой Беларусь обязана отечественным фитнес-движением, готовлю к изданию сборник «НЮ». Название объясняется из первых букв наших имен – Наталья и Юра. Правда, наши стихи в книге не будут подписаны. Читатель сам должен будет догадаться, кто автор тех или иных строк. Пусть это будет упражнением для мозга: угадать, где мужские строки, а где женские. Ведь мужская и женская поэзия разнятся, причем очень сильно.
– Свое первое стихотворение вы написали на белорусском языке, сейчас же пишете на русском. Почему?
– Пишу на родных мне языках. Ведь почти все белорусы говорят на двух языках, а также на смешанном – так называемой «трасянке». Но на русском сейчас рождается больше стихов, потому что c 1985 года живу городской жизнью и общаюсь почти все время на русском. А писать нужно на том языке, на котором в данный момент думаешь. Кроме белорусского и русского языков свободно владею голландским и немецким. На последнем, к слову, тоже начал писать стихи. Понимаю при этом, что я далеко не Гёте, но, думаю, эти строки тоже имеют право на жизнь. Ведь прекрасно, когда человек знает много языков и может на них высказывать свои мысли. Именно поэтому в свое время я поступил в минский иняз, преподавал в нем, работал переводчиком. В каждом языке есть своя изюминка.
– Откуда у поэта берутся рифмы?
– На стихи меня вдохновляют новые встречи с людьми, а так как подобные свидания происходят каждый день, то поводов обращаться к бумаге предостаточно.
– Новые стихи рождаются в муках?
– Отнюдь нет, тем более что я не поэт-затворник. Люблю писать в шумных местах, чтобы на меня в этот момент смотрело много людей. Пишу обычно за один присест. Иногда могу родить шесть стихотворений за день. Дома я лишь редактирую стихи. Со мной всегда сумка, в которой есть бумага. Причем мне нравится писать на бумаге, чистой только с одной стороны, с другой на ней уже что-то должно быть написано или напечатано.
– А почему даже зимой носите темные очки?
– Я люблю быть в центре внимания, но не люблю, когда мне смотрят в глаза. Но очки снимаю сразу, как только перестаю писать, так сказать, возвращаюсь из поэтического состояния в «нормальное».
– Кто такой, по-вашему, графоман?
– Графомания – это безудержная страсть к писанине. То есть когда человек марает бумагу даже тогда, когда нет вдохновения. Поэтому в произведениях графомана нет души, а значит и смысла.

Виктор КОРБУТ