Общерусское окно в Париж
В международный музейный проект Беларусь пригласил президент-директор Лувра Руководитель крупнейшего музея мира лично прилетал в Минск, чтобы на месте убедиться, сохранились ли в здешних кунсткамерах раритеты православной культуры. В Лувре готовится выставка «Святая Русь», к ее созданию приглашаются музеи всех трех восточнославянских стран.
В международный музейный проект Беларусь пригласил президент-директор Лувра
Руководитель крупнейшего музея мира лично прилетал в Минск, чтобы на месте убедиться, сохранились ли в здешних кунсткамерах раритеты православной культуры. В Лувре готовится выставка «Святая Русь», к ее созданию приглашаются музеи всех трех восточнославянских стран. В Минске Анри Луаретт был впервые. Более того, это первый визит главы западного музея такого уровня в Беларусь. В первую очередь гость посетил Национальный художественный музей. Сопровождал шефа Жанник Дюранд, хранитель Лувра, один из крупнейших знатоков византийского и славянского искусства. У парижского музея есть амбициозная идея – заново открыть для западной публики восточнославянский мир, который раньше воспринимался лишь как российское пространство. Но в Минске господин Луаретт в буквальном смысле ахнул: «Беларусь – это целая цивилизация!» И решение последовало незамедлительно: Восточную Европу нужно изучать тщательнее, а по возможности представить произведения художников «новооткрытой» страны в галереях Парижа.
Лувр славится тем, что это универсальный музей: здесь есть все со всех уголков планеты. Но до сей поры не хватает белорусского зала или для начала хотя бы нескольких работ местных мастеров. В частности, Анри Луаретта заинтриговал Язеп Дроздович – художник первой половины ХХ века, рисовавший пейзажи Марса, Сатурна задолго до первого полета человека в космос и первых шагов по Луне. А тут такая невидимая невооруженным глазом даль! Французскому специалисту взгляд белоруса на небо показался чем-то экстраординарным и стоящим того, чтобы записать фамилию живописца-фантазера в свой блокнот. Учитывая, что выходцы из Беларуси Марк Шагал и Хаим Сутин – теперь подлинная гордость Франции, стоит полагать, и Дроздовича может ожидать пусть и посмертное, но широкое признание.
Но главное внимание гостей из Парижа было сосредоточено на двух основных темах: классической живописи и иконописи.
Осматривая экспозицию минской национальной галереи, Луаретт и Дюранд подолгу простаивали у картин русских художников XVIII-XIX веков и белорусских икон XVI-XVIII столетий. Директор Лувра – специалист по русскому искусству XIX века, а мсье Дюранд хорошо разбирается в иконописи. Поэтому они смогли подтвердить, что главный музей Беларуси располагает действительно бесценными сокровищами. Даже создалось впечатление, что на некоторые произведения искусства французы смотрели глазами настоящих коллекционеров-аукционщиков. Если бы не рамки музейной экспозиции, они, наверное, с радостью бы кое-что купили для своей галереи. Господин Луаретт больше всего задерживался у больших полотен: портрета Екатерины Второй анонимного автора, «Неравного брака» Василия Пукирева, «Болгарских мучениц» Константина Маковского.
– Русскую живопись здесь собирали сразу после Великой Отечественной войны, скупая картины на выделенные государством средства у коллекционеров Москвы и Ленинграда, – пояснил Владимир Прокопцов, директор художественного музея, своему коллеге из Парижа.
– А иконы мы спасали из разрушенных храмов в 70-е годы, – сообщила шокировавшую французов новость Елена Карпенко, заведующая отделом древнебелорусского искусства.
Иконы, царские врата, созданные на Полесье, под Гродно, Минском, показались гостям из Парижа стоящими того, чтобы быть включенными в совместную выставку Лувра, музеев Украины и России «Святая Русь».
– Я увидел в Беларуси свидетельства существования здесь цивилизации, протяженной по времени с древнейших времен. Произведения местных художников полны жизненной силы. Но мы ничего не знаем об этой культуре. Нам ее придется открывать заново, изучать с чистого листа. Я уже начинаю обдумывать разные формы и проекты нашего сотрудничества, – заявил впечатленный увиденным директор Лувра.
К слову, древнерусское наследие – не единственная тема, которая интересовала гостей из Парижа в Беларуси. Директор Лувра с коллегами посетил также берега Березины, где проходили решающие сражения между русской и французской армиями в 1812 году. В 2012 году исполнится 200-летие войны, ставшей для России первой Отечественной. В Беларуси уцелело немало свидетельств той эпохи – не только места боев, но и здания, связанные с пребыванием в них исторических деятелей, а в музеях хранится много экспонатов.
У французов, питающих слабость ко всему славянскому, видимо, появился еще один объект для восхищения. Правда, Беларусь им придется открывать не за один приезд. Ведь и сами белорусы порой не знают, каким богатством обладают. В Национальном художественном музее недавно «открыли» для публики неизвестные иконы, хранившиеся десятилетиями в запасниках. Даже специалисты удивились: «И это «наше все» где-то пропадало?!» А вот парижские посетители галереи не сразу поверили, что пояса, ткавшиеся мастерами из белорусского Слуцка в XVIII веке, затем копировались во французском Лионе. Кстати, французам показали как раз те пояса, которые на временное хранение в Минск передал московский Государственный исторический музей. Так что, очевидно, будущее музейного дела – за международными проектами, и даже не двусторонними, а многосторонними. Тогда и рядовых ценителей искусства, и специалистов ожидает, несомненно, еще больше открытий чудных!
Виктор КОРБУТ
Руководитель крупнейшего музея мира лично прилетал в Минск, чтобы на месте убедиться, сохранились ли в здешних кунсткамерах раритеты православной культуры. В Лувре готовится выставка «Святая Русь», к ее созданию приглашаются музеи всех трех восточнославянских стран. В Минске Анри Луаретт был впервые. Более того, это первый визит главы западного музея такого уровня в Беларусь. В первую очередь гость посетил Национальный художественный музей. Сопровождал шефа Жанник Дюранд, хранитель Лувра, один из крупнейших знатоков византийского и славянского искусства. У парижского музея есть амбициозная идея – заново открыть для западной публики восточнославянский мир, который раньше воспринимался лишь как российское пространство. Но в Минске господин Луаретт в буквальном смысле ахнул: «Беларусь – это целая цивилизация!» И решение последовало незамедлительно: Восточную Европу нужно изучать тщательнее, а по возможности представить произведения художников «новооткрытой» страны в галереях Парижа.
Лувр славится тем, что это универсальный музей: здесь есть все со всех уголков планеты. Но до сей поры не хватает белорусского зала или для начала хотя бы нескольких работ местных мастеров. В частности, Анри Луаретта заинтриговал Язеп Дроздович – художник первой половины ХХ века, рисовавший пейзажи Марса, Сатурна задолго до первого полета человека в космос и первых шагов по Луне. А тут такая невидимая невооруженным глазом даль! Французскому специалисту взгляд белоруса на небо показался чем-то экстраординарным и стоящим того, чтобы записать фамилию живописца-фантазера в свой блокнот. Учитывая, что выходцы из Беларуси Марк Шагал и Хаим Сутин – теперь подлинная гордость Франции, стоит полагать, и Дроздовича может ожидать пусть и посмертное, но широкое признание.
Но главное внимание гостей из Парижа было сосредоточено на двух основных темах: классической живописи и иконописи.
Осматривая экспозицию минской национальной галереи, Луаретт и Дюранд подолгу простаивали у картин русских художников XVIII-XIX веков и белорусских икон XVI-XVIII столетий. Директор Лувра – специалист по русскому искусству XIX века, а мсье Дюранд хорошо разбирается в иконописи. Поэтому они смогли подтвердить, что главный музей Беларуси располагает действительно бесценными сокровищами. Даже создалось впечатление, что на некоторые произведения искусства французы смотрели глазами настоящих коллекционеров-аукционщиков. Если бы не рамки музейной экспозиции, они, наверное, с радостью бы кое-что купили для своей галереи. Господин Луаретт больше всего задерживался у больших полотен: портрета Екатерины Второй анонимного автора, «Неравного брака» Василия Пукирева, «Болгарских мучениц» Константина Маковского.
– Русскую живопись здесь собирали сразу после Великой Отечественной войны, скупая картины на выделенные государством средства у коллекционеров Москвы и Ленинграда, – пояснил Владимир Прокопцов, директор художественного музея, своему коллеге из Парижа.
– А иконы мы спасали из разрушенных храмов в 70-е годы, – сообщила шокировавшую французов новость Елена Карпенко, заведующая отделом древнебелорусского искусства.
Иконы, царские врата, созданные на Полесье, под Гродно, Минском, показались гостям из Парижа стоящими того, чтобы быть включенными в совместную выставку Лувра, музеев Украины и России «Святая Русь».
– Я увидел в Беларуси свидетельства существования здесь цивилизации, протяженной по времени с древнейших времен. Произведения местных художников полны жизненной силы. Но мы ничего не знаем об этой культуре. Нам ее придется открывать заново, изучать с чистого листа. Я уже начинаю обдумывать разные формы и проекты нашего сотрудничества, – заявил впечатленный увиденным директор Лувра.
К слову, древнерусское наследие – не единственная тема, которая интересовала гостей из Парижа в Беларуси. Директор Лувра с коллегами посетил также берега Березины, где проходили решающие сражения между русской и французской армиями в 1812 году. В 2012 году исполнится 200-летие войны, ставшей для России первой Отечественной. В Беларуси уцелело немало свидетельств той эпохи – не только места боев, но и здания, связанные с пребыванием в них исторических деятелей, а в музеях хранится много экспонатов.
У французов, питающих слабость ко всему славянскому, видимо, появился еще один объект для восхищения. Правда, Беларусь им придется открывать не за один приезд. Ведь и сами белорусы порой не знают, каким богатством обладают. В Национальном художественном музее недавно «открыли» для публики неизвестные иконы, хранившиеся десятилетиями в запасниках. Даже специалисты удивились: «И это «наше все» где-то пропадало?!» А вот парижские посетители галереи не сразу поверили, что пояса, ткавшиеся мастерами из белорусского Слуцка в XVIII веке, затем копировались во французском Лионе. Кстати, французам показали как раз те пояса, которые на временное хранение в Минск передал московский Государственный исторический музей. Так что, очевидно, будущее музейного дела – за международными проектами, и даже не двусторонними, а многосторонними. Тогда и рядовых ценителей искусства, и специалистов ожидает, несомненно, еще больше открытий чудных!
Виктор КОРБУТ
вк
ок
youtube
telegram
ru–by
MAX
