В репинском зале

Второй этаж. Всего два зала. «Репинских», как говорят сотрудники Третьяковки. Картины - постоянные обитатели этих мест - на гастролях. До 29 августа гостят в Хельсинки. Уехали туда не случайно. Репин прожил в финском поселке Куоккала (ныне Репино) почти тридцать лет: с 1903-го по 1930-й. В усадьбе «Пенаты» на берегу Финского залива провел последние годы жизни. Там и похоронен. Из Хельсинки картины уедут в Париж.

А в репинских залах пока поселилось чуть больше тридцати других работ художника. Живописных и графических.

- Понятно, что после той выставки, которая с невероятным успехом прошла в 2019 году на Крымском Валу, всех тянуло на творчество Репина, - говорит директор Государственной Третьяковской галереи Зельфира Трегулова. - Интерес высок. И тут предложили новые современные интерпретации работ Репина, в том числе и поздних.

В основном они - «неизвестные», как называют их сотрудники Третьяковки. Относятся к «пенатскому» периоду творчества Репина. Много портретов. Художник любил их писать и не повторялся в технике исполнения. Картины не выставляли в 2019 году.

ИЗМУЧИТЬ МЯСОЕДОВА

Тянет, конечно, к одной из главных «неизвестных» работ - полотну «Сыноубийца». Его вывесили в дальнем зале. Это вторая версия той самой печально знаменитой картины «Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года». Создана в 1909 году по заказу банкира Степана Рябушинского. Такая маленькая, что кажется эскизом. Работу привезли из Воронежского областного художественного музея имени Крамского. И на ней - то же самое, что и на большой картине. Иван Грозный, сильно разозлившись, наносит смертельный удар сыну - царевичу Ивану.

- Лев Толстой рассказывал о том, что был потрясен образом не Грозного, а царевича, в котором его привлекла прекрасная смертная красота, - отмечает куратор экспозиции «Илья Репин: известный и неизвестный» Татьяна Юденкова. - На этой картине, как писал сам Репин, он изображает следующий этап осознания Грозным содеянного преступления. Это уже не тот крик деспота, который есть на главной работе, а понимание того, что он погубил наследника, Бог есть и акт возмездия неизбежен.

Рядом с «Сыноубийцей» висят эскизы начала 80-х годов. Они рассказывают об этапах работы над полотном «Иван Грозный и сын его Иван». Можно проследить поиски образов. Вот, например, портрет «Мужская голова» - будущая голова царя. Репин писал его с художника Григория Мясоедова. И совсем недавно были обнаружены воспоминания «модели» о том, как это происходило. Репин долго приставал к Мясоедову и просил, чтобы тот позировал ему в образе Грозного. Художник всячески отказывался. Говорил, что есть портрет Бларамберга (композитор изображал царевича. - Ред.), который недавно написан. Но Репина этот вариант не устраивал. Он считал, что композитор для Грозного слишком мягок. И наконец Мясоедов сдался.

- Лишь только Репин получил его согласие, стал относиться как к своей собственности, - продолжает Юденкова. - Ваял по 10 - 15 этюдов головы Мясоедова в день. Красил ее сажей, киноварью, имитируя кровь. Злил Мясоедова, чтобы добиться от него зверского выражения лица. Старался разгневать настолько, чтобы тот на него набросился. Заставлял подолгу сидеть в одной и той же позе.

Два других этюда - к голове царевича - повесили рядом. Это писатель Гаршин, которого Репин очень любил в качестве модели, и художник Менк. В одном эскизе важно было проработать цвет, в другом - психологическое состояние убиенного царевича.

Там же, рядом с картиной «Сыно-убийца», можно посмотреть ролик о том, как идет реставрация главного полотна об Иване Грозном.

«КРОВАВОЕ» ПОЛОТНО... ЗАБОЛЕЛО

Та самая легендарная картина до сих пор на реставрации. Она создана в 1883 году. Любопытно, что Репина вдохновил на нее в том числе бой быков.

«Несчастья, живая смерть, убийства и кровь составляют… влекущую к себе силу, - писал художник. - В то время на всех выставках Европы в большом количестве выставлялись кровавые картины. И я, заразившись, вероятно, этой кровавостью, по приезде домой сейчас же принялся за кровавую сцену «Иван Грозный с сыном». И картина крови имела большой успех».

И не знала покоя. Не понравилась императору Александру III и его окружению, запретили показывать. В результате полотно стало первой работой в Российской империи, которая подверглась цензуре. Третьякову, купившему грозную во всех смыслах картину, не разрешали ее выставлять.

Два раза картина подвергалась нападению. Впервые - в 1913 году. Тогда ее трижды пырнул ножом 29-летний иконописец, старообрядец Абрам Балашов. Второй раз - в 2018 году. Вандалом стал 37-летний безработный Игорь Подпорин. Повредил картину и раму металлической стойкой ограждения. И вновь, как и в случае с Балашовым, холст оказался разорван в трех местах. Ущерб составил больше тридацати миллионов рублей, а злоумышленника отправили в колонию на 2,5 года.

- К моменту нападения картина была уже больной, - отмечает главный хранитель Третьяковской галереи Татьяна Городкова. - Год ушел на масштабный комплекс исследовательских работ. По поводу реставрации советовались с коллегами из Великобритании, Дании, Голландии и Италии. Крепежи на стене сохранились. Ждут возвращения.

В том же зале есть еще неизвестные работы Репина 90-х годов. Это тоже портреты. Графические. На них - княгиня Мария Тенишева углем, поэт и писатель Александр Введенский, один из любимых учеников Репина Валентин Серов.

Вдохновение

ПОД СЛОЕМ КРАСКИ

В первом зале - еще одна работа «неизвестного Репина» - «Неверие Фомы».

- Невероятно сильно исполненная, она продолжает нас волновать и заряжает энергией света, мазка и интерпретацией сюжета, - рассказывает Юденкова. - Репин всегда стремился давать собственную интерпретацию евангельским сюжетам.

Картину «Неверие Фомы» художник создавал довольно долго и мучительно. На полотне несколько слоев краски. Таков стиль работы Репина. Он писал полотно и на следующий день приходил в мастерскую. Увиденное не устраивало, потому что воплощенный образ никогда не достигал того, что было в голове, и художник счищал слои краски и приступал к работе снова. Так поступил, например, с оливковым лицом в «Неверии Фомы».

- По воспоминаниям Корнея Чуковского, таких счисток было от 15 до 20, - говорит Юденкова. - И это происходило почти с каждой картиной.

На картине «Неверие Фомы» образ мужчины, который схватился за голову, автобиографичен. Этот человек, как и Репин, каялся в том, что отошел от церкви, считал себя бессовестным, потому что не верил в Христа и его воскрешение.

- У Репина был настолько неуемный темперамент, что невозможно не прикоснуться к нему снова, - улыбается Юденкова. - В такое сложное время маленькие выставки - пауза для нас. Можем остановиться, медленно смотреть. И немножечко отдохнуть от безумного бега, который, к сожалению, окрашивает нашу московскую жизнь.

Выставка продлится долго - до марта следующего года.