[46] «Я вернулся на Дон»
Нет сомнения, в эти дни сошлись какие-то звезды на небе. Судите сами: 13 октября на Войсковом литературно-музыкальном фестивале «Я вернулся на Дон…» в станице Старочеркасской Ростовской области была открыта мемориальная доска крупнейшему казачьему поэту-эмигранту Николаю Туроверову; 16 октября (наконец-то!) в родном городе Михаила Булгакова – Киеве рядом с его музеем на Андреевском спуске, 13, появился памятник Мастеру (и без всякой воландианы); а 22 октября (тоже наконец-то!) на улице Поварской, 30, в Москве открыт памятник Ивану Алексеевичу Бунину.
Нет сомнения, в эти дни сошлись какие-то звезды на небе. Судите сами: 13 октября на Войсковом литературно-музыкальном фестивале «Я вернулся на Дон…» в станице Старочеркасской Ростовской области была открыта мемориальная доска крупнейшему казачьему поэту-эмигранту Николаю Туроверову; 16 октября (наконец-то!) в родном городе Михаила Булгакова – Киеве рядом с его музеем на Андреевском спуске, 13, появился памятник Мастеру (и без всякой воландианы); а 22 октября (тоже наконец-то!) на улице Поварской, 30, в Москве открыт памятник Ивану Алексеевичу Бунину. Среди дыма и огня
В сознание миллионов соотечественников, и знать не знавших еще имени Туроверова, один из главных его поэтических образов вошел с фильмом «Служили два товарища». Помните, как герой Высоцкого, покидая Крым на корабле в эмиграцию, стреляет в своего коня?
Уходили мы из Крыма
Среди дыма и огня,
Я с кормы все время мимо
В своего стрелял коня.
А он плыл, изнемогая,
За высокою кормой,
Все не веря, все не зная,
Что прощается со мной.
Этот образ был рожден кровью сердца, и стрелял в своего коня подъесаул Лейб-Гвардии Атаманского полка Николай Туроверов. Его судьба характерна для большинства донских казаков, прошедших путь изгнания в начале 20-х годов ХХ века. Туроверов родился в станице Старочеркасской, а в окружной станице Каменской, где его отец служил судебным следователем, окончил реальное училище. Добровольцем ушел на фронт Первой мировой войны. Воевал в партизанском отряде есаула Василия Чернецова, чья героическая смерть описана в романе «Тихий Дон». После гибели командира ушел в легендарный «Степной поход».
Мы отдали все, что имели,
Тебе, восемнадцатый год,
Твоей азиатской метели,
Степной – за Россию – поход.
В составе Атаманского полка сражался на Дону, на Кубани, в Новороссийске, под командованием генерала Врангеля на берегах Сиваша. В первых числах ноября 1920 года в числе 140 тысяч русских военных, в том числе 50 тысяч казаков, навсегда покинул Родину.
На чужбине прошел беженские лагеря в Турции и на греческом острове Лемнос в Эгейском море. В македонском городе Велосе у них с Юлией, донской казачкой, родилась дочь Наташа. И почти полвека Туроверов прожил во Франции. Работал в крупнейшем парижском банке и даже был награжден медалью «За долгую и безупречную службу».
Так и жил – днем был озабочен продвижением финансовых потоков, а в остальное время писал стихи. Издал за границей пять сборников стихов, поэму «Сирко», повесть «Суворов». Опубликовал десятки статей, рассказов, очерков в казачьих изданиях разных стран, был составителем сборников «Казачьи песни» и «Наполеон и казаки». Именно Туроверов взял на себя заботу о чудом сохранившемся при исходе из России архиве Атаманского полка. Он ведет поиск новых материалов и документов, приобретает их на всевозможных аукционах и, наконец, открывает у себя на квартире музей полка. Сгруппировавшиеся вокруг музея однополчане Туроверова создали «Общество чинов Лейб-Гвардии Атаманского полка», выпускали «Вестник Общества Атаманцев», и главным редактором был, конечно, Николай Николаевич.
Туроверов собрал уникальную библиотеку из книг о казаках и авторов-казаков, издававшихся в России и за рубежом, коллекцию произведений искусства и предметов русской и казачьей старины. В 1937 году Туроверов стал инициатором создания «Кружка казаков-литераторов» в Париже, принимал участие в проведении выставок «Казаки», «Суворов», «1812 год» и «Пушкин и его эпоха», которая произвела настоящий фурор. По его инициативе в 1946 году был создан «Кружок любителей русской военной старины» и выпускался тематический сборник. Почти 20 лет Туроверов был главным редактором журнала «Родимый край». С 1947 по 1958 год руководил правлением «Казачьего Союза».
В своих стихах поэт называл Францию «веселой мачехой», а о России говорил только с такой интонацией:
Непрекращающийся ветер
Меня уверит, что одна
Лишь есть чудесная на свете
Моя далекая страна…
Судя по стихам, мысли о далекой родине никогда не покидали поэта. А еще он постоянно размышлял о том «неизвестном брате», который «видит эти степи и разливы и поет про ветер и закат».
Будем незнакомы с ним до гроба,
И, в родном не встретившись краю,
Мы друг друга опознаем оба,
Все равно, в аду или в раю.
1937 г.
И это его личный памятник Примирению и согласию – в Новочеркасске бронзовую казачку с сыном-кадетом, застывшим перед будёновкой и фуражкой белого офицера, поставили совсем недавно.
Воля поэта
Фестиваль «Я вернулся на Дон…» начался с панихиды в Войсковом Вознесенском соборе станицы Старочеркасской по казакам, упокоенным на донской земле и на чужбине. Затем в Старочеркасском историко-архивном музее-заповеднике была открыта и освящена мемориальная доска Николаю Туроверову.
– Весь творческий путь Николая Туроверова был связан с батюшкой Доном, – сказал на открытии доски Верховный атаман Союза казачьих войск России и Зарубежья, атаман Всевеликого Войска Донского, казачий генерал Виктор Водолацкий, – и все его произведения пронизаны болью за судьбу казачества. Его творчество актуально для современных казаков, и особое значение имеет оно для подрастающего поколения, для наших кадетов, которые учатся в кадетских корпусах. Для этого мы и переиздаем циклы стихов Туроверова из казачьего зарубежья, для этого и проводим фестиваль.
В каждом стихотворении поэта звучит желание вернуться на Дон. Похоронить себя он также завещал на Дону. Сегодня поэт упокоен на кладбище Сент-Женевьев дю Буа под Парижем. Недавно там побывал Святейший Патриарх Алексий II и провел богослужение в память о соотечественниках. А сегодня, считаю, Николай Николаевич вернулся к нам на Дон, чтобы уже не уходить никогда. Возвращая в Россию духовное наследие казаков-эмигрантов, мы делаем важное дело. Недавний пример – кубанцы вернули в Краснодар войсковые реликвии из Америки. Именно так можно укрепить ту незримую тонкую нить, которая связывает разные поколения памятью о сотнях тысяч загубленных казачьих жизней.
Например, на втором Казачьем конгрессе участвовало гораздо больше казаков из зарубежья, были и родственники Туроверова. А на празднование 365-летия Азовского осадного сидения в этом году прибыл его племянник Иван Александрович Туроверов с супругой, и с ним велись переговоры о том, что воля казачьего поэта – быть похороненным на донской земле – должна быть исполнена.
Как выяснилось, творческое наследие Туроверова, а также немалые художественные ценности, принадлежавшие ему, хранятся у другого племянника поэта, к переговорам с ним донцы пока готовятся.
Сам фестиваль состоялся в культурно-историческом туристическом комплексе «Казачий Дон» в станице Старочеркасской – на сцене под открытым небом на фоне Тихого Дона. Николай Туроверов на огромном портрете слушал свои стихи, а также песни на них, сложенные земляками. Артисты из Азова, Новочеркасска, Донецка пели и народные казачьи песни, отплясывали кадриль. В который раз в этот день звучала любимая Туроверовым песня – «Дон ты вольный, Дон раздольный». Среди зрителей были казаки, кадеты, местные жители. Ближе к финалу, по традиции, кадеты выпустили голубей. Словно чьи-то души вспорхнули в небо…
Директор некоммерческого фонда «Казачье зарубежье» Константин Хохульников рассказал, что героями следующих фестивалей могут стать генерал Петр Краснов, автор 23 романов и повестей, или Павел Поляков, автор 8 сборников стихов и поэм, а также романа «Смерть Тихого Дона», который, по отзывам специалистов из Института мировой литературы, не уступит лучшим советским романам. А возможно, поэты – Александр Келин, живший в Чехословакии, Николай Евсеев… Погодина и др.
Завершили фестиваль показательные выступления муниципальной конной дружины.
Примирение
В день праздника Покрова Пресвятой Богородицы на месте расстрела казаков в годы Гражданской войны, в Новочеркасске был открыт и освящен Поклонный крест. И теперь каждый, кто въезжает в Новочеркасск через Триумфальную арку, видит этот символ веры и мощи казачества. Стоит Крест за Войсковым Вознесенским Кафедральным собором, неподалеку от памятника героям Гражданской войны – Подтёлкову и Кривошлыкову, а также памятника Примирению и согласию. А перед собором, как известно, высятся памятники Ермаку Тимофеевичу, атаману Платову и казаку Бакланову. Вот такой хоровод теперь возле собора. И попасть в него будет полезно потомкам казаков с обеих сторон. В ХХI веке «неизвестные братья» должны понять друг друга.
Нина КАТАЕВА
Станица Старочеркасская – Новочеркасск Ростовской области – Москва
В сознание миллионов соотечественников, и знать не знавших еще имени Туроверова, один из главных его поэтических образов вошел с фильмом «Служили два товарища». Помните, как герой Высоцкого, покидая Крым на корабле в эмиграцию, стреляет в своего коня?
Уходили мы из Крыма
Среди дыма и огня,
Я с кормы все время мимо
В своего стрелял коня.
А он плыл, изнемогая,
За высокою кормой,
Все не веря, все не зная,
Что прощается со мной.
Этот образ был рожден кровью сердца, и стрелял в своего коня подъесаул Лейб-Гвардии Атаманского полка Николай Туроверов. Его судьба характерна для большинства донских казаков, прошедших путь изгнания в начале 20-х годов ХХ века. Туроверов родился в станице Старочеркасской, а в окружной станице Каменской, где его отец служил судебным следователем, окончил реальное училище. Добровольцем ушел на фронт Первой мировой войны. Воевал в партизанском отряде есаула Василия Чернецова, чья героическая смерть описана в романе «Тихий Дон». После гибели командира ушел в легендарный «Степной поход».
Мы отдали все, что имели,
Тебе, восемнадцатый год,
Твоей азиатской метели,
Степной – за Россию – поход.
В составе Атаманского полка сражался на Дону, на Кубани, в Новороссийске, под командованием генерала Врангеля на берегах Сиваша. В первых числах ноября 1920 года в числе 140 тысяч русских военных, в том числе 50 тысяч казаков, навсегда покинул Родину.
На чужбине прошел беженские лагеря в Турции и на греческом острове Лемнос в Эгейском море. В македонском городе Велосе у них с Юлией, донской казачкой, родилась дочь Наташа. И почти полвека Туроверов прожил во Франции. Работал в крупнейшем парижском банке и даже был награжден медалью «За долгую и безупречную службу».
Так и жил – днем был озабочен продвижением финансовых потоков, а в остальное время писал стихи. Издал за границей пять сборников стихов, поэму «Сирко», повесть «Суворов». Опубликовал десятки статей, рассказов, очерков в казачьих изданиях разных стран, был составителем сборников «Казачьи песни» и «Наполеон и казаки». Именно Туроверов взял на себя заботу о чудом сохранившемся при исходе из России архиве Атаманского полка. Он ведет поиск новых материалов и документов, приобретает их на всевозможных аукционах и, наконец, открывает у себя на квартире музей полка. Сгруппировавшиеся вокруг музея однополчане Туроверова создали «Общество чинов Лейб-Гвардии Атаманского полка», выпускали «Вестник Общества Атаманцев», и главным редактором был, конечно, Николай Николаевич.
Туроверов собрал уникальную библиотеку из книг о казаках и авторов-казаков, издававшихся в России и за рубежом, коллекцию произведений искусства и предметов русской и казачьей старины. В 1937 году Туроверов стал инициатором создания «Кружка казаков-литераторов» в Париже, принимал участие в проведении выставок «Казаки», «Суворов», «1812 год» и «Пушкин и его эпоха», которая произвела настоящий фурор. По его инициативе в 1946 году был создан «Кружок любителей русской военной старины» и выпускался тематический сборник. Почти 20 лет Туроверов был главным редактором журнала «Родимый край». С 1947 по 1958 год руководил правлением «Казачьего Союза».
В своих стихах поэт называл Францию «веселой мачехой», а о России говорил только с такой интонацией:
Непрекращающийся ветер
Меня уверит, что одна
Лишь есть чудесная на свете
Моя далекая страна…
Судя по стихам, мысли о далекой родине никогда не покидали поэта. А еще он постоянно размышлял о том «неизвестном брате», который «видит эти степи и разливы и поет про ветер и закат».
Будем незнакомы с ним до гроба,
И, в родном не встретившись краю,
Мы друг друга опознаем оба,
Все равно, в аду или в раю.
1937 г.
И это его личный памятник Примирению и согласию – в Новочеркасске бронзовую казачку с сыном-кадетом, застывшим перед будёновкой и фуражкой белого офицера, поставили совсем недавно.
Воля поэта
Фестиваль «Я вернулся на Дон…» начался с панихиды в Войсковом Вознесенском соборе станицы Старочеркасской по казакам, упокоенным на донской земле и на чужбине. Затем в Старочеркасском историко-архивном музее-заповеднике была открыта и освящена мемориальная доска Николаю Туроверову.
– Весь творческий путь Николая Туроверова был связан с батюшкой Доном, – сказал на открытии доски Верховный атаман Союза казачьих войск России и Зарубежья, атаман Всевеликого Войска Донского, казачий генерал Виктор Водолацкий, – и все его произведения пронизаны болью за судьбу казачества. Его творчество актуально для современных казаков, и особое значение имеет оно для подрастающего поколения, для наших кадетов, которые учатся в кадетских корпусах. Для этого мы и переиздаем циклы стихов Туроверова из казачьего зарубежья, для этого и проводим фестиваль.
В каждом стихотворении поэта звучит желание вернуться на Дон. Похоронить себя он также завещал на Дону. Сегодня поэт упокоен на кладбище Сент-Женевьев дю Буа под Парижем. Недавно там побывал Святейший Патриарх Алексий II и провел богослужение в память о соотечественниках. А сегодня, считаю, Николай Николаевич вернулся к нам на Дон, чтобы уже не уходить никогда. Возвращая в Россию духовное наследие казаков-эмигрантов, мы делаем важное дело. Недавний пример – кубанцы вернули в Краснодар войсковые реликвии из Америки. Именно так можно укрепить ту незримую тонкую нить, которая связывает разные поколения памятью о сотнях тысяч загубленных казачьих жизней.
Например, на втором Казачьем конгрессе участвовало гораздо больше казаков из зарубежья, были и родственники Туроверова. А на празднование 365-летия Азовского осадного сидения в этом году прибыл его племянник Иван Александрович Туроверов с супругой, и с ним велись переговоры о том, что воля казачьего поэта – быть похороненным на донской земле – должна быть исполнена.
Как выяснилось, творческое наследие Туроверова, а также немалые художественные ценности, принадлежавшие ему, хранятся у другого племянника поэта, к переговорам с ним донцы пока готовятся.
Сам фестиваль состоялся в культурно-историческом туристическом комплексе «Казачий Дон» в станице Старочеркасской – на сцене под открытым небом на фоне Тихого Дона. Николай Туроверов на огромном портрете слушал свои стихи, а также песни на них, сложенные земляками. Артисты из Азова, Новочеркасска, Донецка пели и народные казачьи песни, отплясывали кадриль. В который раз в этот день звучала любимая Туроверовым песня – «Дон ты вольный, Дон раздольный». Среди зрителей были казаки, кадеты, местные жители. Ближе к финалу, по традиции, кадеты выпустили голубей. Словно чьи-то души вспорхнули в небо…
Директор некоммерческого фонда «Казачье зарубежье» Константин Хохульников рассказал, что героями следующих фестивалей могут стать генерал Петр Краснов, автор 23 романов и повестей, или Павел Поляков, автор 8 сборников стихов и поэм, а также романа «Смерть Тихого Дона», который, по отзывам специалистов из Института мировой литературы, не уступит лучшим советским романам. А возможно, поэты – Александр Келин, живший в Чехословакии, Николай Евсеев… Погодина и др.
Завершили фестиваль показательные выступления муниципальной конной дружины.
Примирение
В день праздника Покрова Пресвятой Богородицы на месте расстрела казаков в годы Гражданской войны, в Новочеркасске был открыт и освящен Поклонный крест. И теперь каждый, кто въезжает в Новочеркасск через Триумфальную арку, видит этот символ веры и мощи казачества. Стоит Крест за Войсковым Вознесенским Кафедральным собором, неподалеку от памятника героям Гражданской войны – Подтёлкову и Кривошлыкову, а также памятника Примирению и согласию. А перед собором, как известно, высятся памятники Ермаку Тимофеевичу, атаману Платову и казаку Бакланову. Вот такой хоровод теперь возле собора. И попасть в него будет полезно потомкам казаков с обеих сторон. В ХХI веке «неизвестные братья» должны понять друг друга.
Нина КАТАЕВА
Станица Старочеркасская – Новочеркасск Ростовской области – Москва
вк
ок
youtube
telegram
ru–by
MAX
