Кто получит премию союзного государства?

Представляем номинантов Премии Союзного государства в области литературы и искусства за 2007-2008 годы от России. На соискание выдвинуты: спектакли «Три сестры» А. Чехова, «Месяц в деревне» И. Тургенева, «Ревизор» Н. Гоголя в Театре на Покровке, «Карамазовы» по Ф. Достоевскому (пьеса В. Малягина), «Мертвые души» по Н. Гоголю (пьеса В. Малягина) и «Женитьба» Н. Гоголя в Московском академическом театре имени Вл. Маяковского (1991-2005 годы) в постановке художественного руководителя Театра имени Вл. Маяковского и Театра на Покровке, народного артиста России Сергея Арцибашева, он же исполнитель роли Чичикова в спектакле «Мертвые души»; роман «Открытый ринг» Ивана Сабило (Санкт-Петербург, издательство «Дума», 2000 год); спектакль «Искушение» А. Николаи, творческий коллектив ЗАО «Арт-партнер ХХI» в составе режиссера, заслуженного деятеля искусств Таджикской ССР Валерия Ахадова, актеров – заслуженного артиста РФ Сергея Безрукова, народных артистов РФ Любови Полищук (посмертно) и Бориса Щербакова. Роман Ивана Сабило «Открытый ринг» охватывает более чем полвека нашей жизни. Становление личности молодого человека, его возмужание, непростой путь в литературу даны на фоне картин нашего бытия, в котором судьба героя тесно связана с судьбой его страны. – Иван Иванович, с «открытым рингом» в вашем романе ассоциируется перестройка. Скажите, по вашему мнению, были победители в этом бое? – Открытый ринг – термин из бокса, которым я много лет занимался. На этот бой выходят обычно спортсмены, которые приглядывают себе место в сборной команде или хотят повысить класс мастерства. На открытом ринге спортсмены держат экзамен на техничность, умение выбирать тактику, моральную крепость. Открытый ринг – беда для тех, кто не подготовлен, они оказываются избиваемыми. Вот такими мешками для избиения и оказались большинство людей в стране, когда началась перестройка. Толчком к написанию романа стал приход к власти Горбачева. Его сладкоречие обмануло многих. Вот и моя мама, простая белорусская женщина, интуитивно умевшая разбираться в политиках, сказала: «А мне, сынок, нравится этот хлопец». Я же за этим многословием сразу угадал какой-то обман. Горбачев звал всех «заглянуть в окно», чтобы увидеть мир, но я знал, что эти реки, горы и солнце на самом деле ненастоящие – рисунок, витраж! Писать роман я начал в 1988 году, но жизнь вносила в него свои коррективы, поэтому печатал я его по частям. Так, в 1996 году в журнале «Аврора» была опубликована глава «Человек, которого не было» – о взаимоотношениях с Довлатовым. Завтра, к слову сказать, на улице Рубинштейна, на доме, где жил Довлатов, откроют мемориальную доску. – Вы родом из Белоруссии, но учились и как писатель состоялись в России. Чувствуете ли сегодня разницу в духовном облике наших стран? – Да, есть отличия. Мне очень мил духовный облик минчан. Вот из последних наблюдений. Входим с женой в троллейбус, погода солнечная, тепло, все настроены благожелательно. На остановке входит г-н и начинает бурно выступать. Две женщины поднимаются, уступают ему место. «Чего вдруг?» – удивляется тот. «А мы всегда уступаем место приезжим», – ответили те. Вот вам и мораль – в Минске не принято грубить в общественном транспорте. Или в составе делегации города-героя Ленинграда приезжал на вручение Минску Знака отличия за мужество горожан. Жили в гостинице «Беларусь». И в день отъезда у церквушки в первый раз увидели женщину, похожую на нищую. Дали ей деньги, а одна дама – крупную купюру, другой не было. Так что вы думаете, женщина догнала нас и пыталась дать сдачу. «С одного человека так много взять не могу, это не по-божески». Иногда задаюсь вопросом – кому принадлежит власть в России. При всем уважении к ВВП – отнюдь не высшим должностным лицам или народу, как записано в Конституции. Думаю, и ответ есть – принадлежит она буржуазии. А буржуазия, как известно, совестью и правдой не руководствуется в своих делах. Вот сейчас в экономике России произошли изменения к лучшему, возможно, это поспособствует выздоровлению общества. И тогда можно будет ответить на вопрос, когда состоится объединение Белоруссии и России. В течение 13 лет я возглавлял писательскую организацию в Санкт-Петербурге, и почти все писатели высказывались за объединение с Белоруссией. Очевидно одно: если Россия потеряет Белоруссию – замкнется Балтийско-Черноморская дуга, и она окажется отторгнутой от Европы. Крошечное окно в Калининграде вряд ли будет удержано. Так что тем, кто думает лишь о том, как разбогатеть, напомню два изречения: «Там, где кончается бедность, там начинается жадность» и «Постоянно стремиться к богатству – все равно что пытаться наполнить бездонную бочку». Думать нужно об экономике, а еще больше – о культуре России. Если падет культура, из кризиса будет выходить еще труднее. Одна отрада – театральный зритель снова заполняет залы, убедился в этом вчера, на премьере «Веселой вдовы» Легара в Санкт-Петербургском театре оперетты. – Вы вводите в романе понятие «межняка» в литературе и жизни. Поясните читателям – кого вы так называете? – Слово это происходит от агрономического термина «межник» – пустое пространство между грядами и полями, где гуще всего растут сорняки, агрессивно наступающие на полевые культуры. Межняк в моем понимании – это человек, живущий вроде в России, а вроде и за границей. До перестройки таких не было, а теперь у них по нескольку гражданств. Независимо от национальности, межняк преследует исключительно корыстные цели, стараясь подстроить под них чувство правды, верности, справедливости. Студенты университета спрашивали меня на встречах, не межняки ли, с моей точки зрения, Тургенев, Герцен и Огарев. «Конечно, нет, – сказал я. – Тургенев жил во Франции, любил француженку, но он не написал ни одного произведения по-французски и до корней волос оставался русским человеком. А Герцен и Огарев предавали критике многое в России, но остались верны Отечеству, как и поклялись в том когда-то». А вот Александр Исаевич Солженицын для меня типичный межняк. И здесь в свое время был обласкан, и в Америке пригодился, и снова сюда вернулся. Все его творчество построено на том, чтобы «разобраться» со страной. А в русской литературе не принято было мстить обидчикам. Достоевский безвинно попал на каторгу, но все впечатления использовал только для того, чтобы наиболее полно выразить беду, а не мстить царю. – Вы второй год живете в Москве, руководите исполкомом Московского сообщества писательских союзов. Расскажите, как собираете писательские силы? – Проводим совместные вечера, участвуем в работе писательских съездов. В июне я был гостем Съезда писателей Казахстана. Прошел он в критическо-созидательном ключе. Мы говорили о необходимости сотрудничества, о переводческой школе, которая гибнет. Все меньше появляется переводов на русском языке, а этим самым отсекается путь казахским, киргизским, белорусским писателям в мировую литературу. Сейчас работаем над совместным с Министерством информации Белоруссии и Агентством по печати РФ проектом по выпуску 50-томной «Библиотеки русской и белорусской литературы». Выйдет по 25 томов с произведениями русских и белорусских классиков, а также современных писателей.