Деформация вместо реформ
Необходимость реформирования системы образования в России всегда диктовалась тремя сферами государственных забот. Это экономика, наука и оборона. Именно в этой части государственных приоритетов наиболее остро ощущается борьба наций за место под солнцем. Сейчас это называют конкуренцией в условиях технологических революций. А в конкуренции, как известно, подготовленные кадры решают все.
Из пункта А в пункт В
В перестройку с ускорением новая элита приняла за аксиому, что все советское порочно и недостойно новой грядущей эпохи. В том числе советская система образования, основанная на гимназических традициях и советской идеологии «воспитания нового человека». Переделке сразу же подверглись общественные науки. Особенно пострадала как предмет история. Но идеологическое засилье в обучении не уменьшилось, поскольку перемены были обоснованы исключительно новой идеологией быстрой наживы, а не перспективой экономического развития. Система образования скорехонько стала приватизироваться, упрощаться, а государственные храмы науки и образования – разваливаться.
В итоге качество обучения стало падать – из системы образования из-за низких зарплат стали уходить ведущие специалисты и педагоги, либерализация нравов и правил расслабила учеников, студентов и оставшихся преподавателей. На этой почве стала процветать коррупция в учебных заведениях. Квалифицированные кадры в науке и на производстве катастрофически таяли. Что делать?
В поисках ответа на извечный вопрос правящая элита привычно обратила взор на Запад. Опыт «ведущей цивилизации» был объявлен очередной аксиомой. Институты стали университетами и академиями, техникумы – колледжами… Потом пришло время бакалавров и магистров. Квалификационная болонская система якобы должна обеспечить признание российских дипломов на Западе, как будто ожидается массовая миграция их обладателей. На самом деле, говорят, возникла правовая необходимость в признании зарубежных дипломов в России, с которыми отпрыски реформаторов возвращаются из престижных университетов в Москву делать карьеру. А с ними – европейские гуру. Для такого дела свой опыт можно и в отвал.
А вот вам и ЕГЭ как панацея от коррупции в системе образования. Трудно внедряется, но внедряется. Под прессом чиновничьей власти. Ученая профессура теперь получит втемную стандартизованную аудиторию, большинство которой пришло лишь бы учиться, разослав сертификат ЕГЭ почтовым веером по разным вузам – где повезет и где отсрочка от призыва в армию. Конечно, кое-какие таланты и здесь найдутся. Но преемственность научной и производственной элит оказывается под угрозой, так как у наставников нет выбора.
В сущности, если не считать запоздалого привития в учебный процесс информатики по целевой государственной программе, само образование не улучшилось. Оно просто деформировано по сравнению с советским, многое утрачено, а вместо реформы лишь наводится европейский, далеко не лучший, макияж. Для реляций. А что требовалось-то достичь реформой изначально? От чего увели учащихся и к чему ведем? Ответ все еще дискутируется.
Вузы становятся одним из конвейеров стандартного товара – «корочек» и «поплавков». Специалист, окончивший за государственный счет вуз, теперь может работать не по специальности или вообще остаться без работы. Таких более 50% среди выпускников и около 80% от имеющих высшее образование. Только 10% выпускников спортивных вузов и около 15% педагогов работают по специальности. Медики уходят в частный бизнес. Зачем учили?
После революции большевики открывали на селе школы, детсады и поликлиники, а демократы в ходе перестройки их закрывают. Нерентабельно это при капитализме, не те прибыли в расчете. Получивших бесплатное высшее образование специалистов в советское время распределяли поработать на общество и вернуть ему долг. Демократы это отменили как советский пережиток. Теперь частично «реформируют» обратно.
Альтернатива реформам
Альтернативы у нынешних реформ две. Одна – теоретическая – обсуждалась в начале 80-х годов, когда, собственно, и вызрела необходимость реформирования системы образования. Тогда предлагался вариант многоступенчатого по уровню и разветвленного по профилю образования. Предполагался обязательный практический стаж по специальности на пути от одного уровня к другому.
Смыслом такой системы была самореализация каждого человека в соответствии с его способностями и личностными качествами, снижение неоправданной учебной нагрузки. Уже на стадии среднего образования прирожденный гуманитарий не мучил бы себя глубоким изучением математики, сосредоточив внимание на главном, а математик не страдал бы от гуманитарных неопределенностей, хотя возможности получения широких знаний для того и другого не снижались. Личность развивалась в соответствии с ее, так сказать, природой и духовными запросами.
В результате высококлассные мастера и новаторы производства были бы не менее ценными для общества, чем научная элита или люди высокого искусства. Каждый был бы на своем месте. От этого конкурентоспособность нации в мировом сообществе повысилась бы, а образовательный потенциал обеспечивал прогрессирующий рост экономики за счет качества труда.
Проект был глубоко социальным, с перспективой. Болонская квалификационная система легко бы вписалась в отечественную, не вызывая никаких отрицательных последствий для самого образования. Нынешняя же реформа ориентирована прежде всего на рынок труда, в том числе и на рыночные, антисоциальные пороки.
Вторая альтернатива – практическая и сугубо рыночная по-российски. В Москве она наглядно демонстрируется в пешеходных переходах, в метро и в Интернете. За деньги можно купить любой диплом – от бакалавра до доктора наук. Купив диплом, достаточно поступить на соответствующие курсы для профориентации – и «дипломированный специалист» готов. Вариантов «повышения квалификации» много. Поддельные сертификаты ЕГЭ, как промежуточные документы, похоже, не понадобятся, если есть в продаже дипломы. А вот торговля шпаргалками по ЕГЭ уже процветает.
Могут сказать, что черный рынок поддельных документов всегда был. Но разница, во-первых, в масштабах и открытости этого рынка сейчас по сравнению с прошлым, в новых возможностях. И во-вторых, самореализация личности и выживание – вещи разные. Качество подготовки специалистов сегодня невысокое. На фоне серого серость не видна, и подделка вполне сгодится для формальностей. А вот среди настоящих профессионалов от Бога дилетант был бы виден, и подделка ими обнаруживается практически с ходу, поэтому себя не оправдывает.
Отсюда вывод: процветание рынка поддельных дипломов является индикатором качества образования, соответствия его спросу на рынке труда. Знатоки предсказывают, что бакалавров и магистров после реформы станет больше, чем студентов. При этом подмечают, что трое из пяти высоких чиновников и политиков являются докторами и академиками, а бизнесмены почти поголовно дипломированные ученые. То ли еще будет!
«Делай как я!»
Один из принципов педагогики гласит: «Обучая – воспитывай, воспитывая – обучай». Советский лозунг: «Все лучшее – детям» – актуален как никогда и означает не пирожные с мороженым, а передачу молодым поколениям лучшего опыта, передовых знаний, высоких нравственных принципов. Иначе неизбежна деградация общества, нации, государства. Это главное условие преемственности элит, без чего общество обречено исторически.
Что же предлагается в этом плане реформой образования? В общем, ничего. Воспитание – дело родителей, полагают мастера дидактики. Но родители очень разные и не у всех детей они есть. Потому и растут они как трава. Детей воспитывает улица во всех отношениях. Здесь вам и право по понятиям, и нравственность, и «свобода совести». Узнав тайны взрослых, дети, в силу своей природной любознательности, стремятся попробовать запретное, и до уроков ли им? Школа спохватилась и вместо полового воспитания (подготовка к семейной жизни) стала пропагандировать защищенный секс. Как бороться с детским алкоголизмом и наркоманией. педагоги пока не знают. Им некогда, они заняты реформами, а этими проблемами пусть занимаются медики и милиционеры.
Будущая элита страны получает уроки коррупции еще в вузах. Это не зависит от поступления в вуз по ЕГЭ или вступительным экзаменам. Именно здесь студенты учатся решать свои карьерные проблемы. Кто деньгами, а кто иными способами. Нравы-то либеральные. Учатся выживать любыми путями, ведь общежитие им не гарантируется, а стипендии символические. Хорошо, если родители обеспеченные, а если нет? На разгрузке вагонов нынче много не заработаешь. А студенткам что делать?
Есть положительный момент в том, что некоторым вузам разрешили зарабатывать, участвуя в научных разработках и проектах. Но это полумера. Центры занятости для студенчества пока единичные, а жаль. Умы амбициозных студентов надо бы загружать, «пока желанием горят, пока сердца для чести живы, пускай Отчизне посвятят души прекрасные порывы». Результат преподавания был бы налицо, а по результату и вознаграждение. Или у реформ другие принципы, которыми нельзя поступиться?
Из пункта А в пункт В
В перестройку с ускорением новая элита приняла за аксиому, что все советское порочно и недостойно новой грядущей эпохи. В том числе советская система образования, основанная на гимназических традициях и советской идеологии «воспитания нового человека». Переделке сразу же подверглись общественные науки. Особенно пострадала как предмет история. Но идеологическое засилье в обучении не уменьшилось, поскольку перемены были обоснованы исключительно новой идеологией быстрой наживы, а не перспективой экономического развития. Система образования скорехонько стала приватизироваться, упрощаться, а государственные храмы науки и образования – разваливаться.
В итоге качество обучения стало падать – из системы образования из-за низких зарплат стали уходить ведущие специалисты и педагоги, либерализация нравов и правил расслабила учеников, студентов и оставшихся преподавателей. На этой почве стала процветать коррупция в учебных заведениях. Квалифицированные кадры в науке и на производстве катастрофически таяли. Что делать?
В поисках ответа на извечный вопрос правящая элита привычно обратила взор на Запад. Опыт «ведущей цивилизации» был объявлен очередной аксиомой. Институты стали университетами и академиями, техникумы – колледжами… Потом пришло время бакалавров и магистров. Квалификационная болонская система якобы должна обеспечить признание российских дипломов на Западе, как будто ожидается массовая миграция их обладателей. На самом деле, говорят, возникла правовая необходимость в признании зарубежных дипломов в России, с которыми отпрыски реформаторов возвращаются из престижных университетов в Москву делать карьеру. А с ними – европейские гуру. Для такого дела свой опыт можно и в отвал.
А вот вам и ЕГЭ как панацея от коррупции в системе образования. Трудно внедряется, но внедряется. Под прессом чиновничьей власти. Ученая профессура теперь получит втемную стандартизованную аудиторию, большинство которой пришло лишь бы учиться, разослав сертификат ЕГЭ почтовым веером по разным вузам – где повезет и где отсрочка от призыва в армию. Конечно, кое-какие таланты и здесь найдутся. Но преемственность научной и производственной элит оказывается под угрозой, так как у наставников нет выбора.
В сущности, если не считать запоздалого привития в учебный процесс информатики по целевой государственной программе, само образование не улучшилось. Оно просто деформировано по сравнению с советским, многое утрачено, а вместо реформы лишь наводится европейский, далеко не лучший, макияж. Для реляций. А что требовалось-то достичь реформой изначально? От чего увели учащихся и к чему ведем? Ответ все еще дискутируется.
Вузы становятся одним из конвейеров стандартного товара – «корочек» и «поплавков». Специалист, окончивший за государственный счет вуз, теперь может работать не по специальности или вообще остаться без работы. Таких более 50% среди выпускников и около 80% от имеющих высшее образование. Только 10% выпускников спортивных вузов и около 15% педагогов работают по специальности. Медики уходят в частный бизнес. Зачем учили?
После революции большевики открывали на селе школы, детсады и поликлиники, а демократы в ходе перестройки их закрывают. Нерентабельно это при капитализме, не те прибыли в расчете. Получивших бесплатное высшее образование специалистов в советское время распределяли поработать на общество и вернуть ему долг. Демократы это отменили как советский пережиток. Теперь частично «реформируют» обратно.
Альтернатива реформам
Альтернативы у нынешних реформ две. Одна – теоретическая – обсуждалась в начале 80-х годов, когда, собственно, и вызрела необходимость реформирования системы образования. Тогда предлагался вариант многоступенчатого по уровню и разветвленного по профилю образования. Предполагался обязательный практический стаж по специальности на пути от одного уровня к другому.
Смыслом такой системы была самореализация каждого человека в соответствии с его способностями и личностными качествами, снижение неоправданной учебной нагрузки. Уже на стадии среднего образования прирожденный гуманитарий не мучил бы себя глубоким изучением математики, сосредоточив внимание на главном, а математик не страдал бы от гуманитарных неопределенностей, хотя возможности получения широких знаний для того и другого не снижались. Личность развивалась в соответствии с ее, так сказать, природой и духовными запросами.
В результате высококлассные мастера и новаторы производства были бы не менее ценными для общества, чем научная элита или люди высокого искусства. Каждый был бы на своем месте. От этого конкурентоспособность нации в мировом сообществе повысилась бы, а образовательный потенциал обеспечивал прогрессирующий рост экономики за счет качества труда.
Проект был глубоко социальным, с перспективой. Болонская квалификационная система легко бы вписалась в отечественную, не вызывая никаких отрицательных последствий для самого образования. Нынешняя же реформа ориентирована прежде всего на рынок труда, в том числе и на рыночные, антисоциальные пороки.
Вторая альтернатива – практическая и сугубо рыночная по-российски. В Москве она наглядно демонстрируется в пешеходных переходах, в метро и в Интернете. За деньги можно купить любой диплом – от бакалавра до доктора наук. Купив диплом, достаточно поступить на соответствующие курсы для профориентации – и «дипломированный специалист» готов. Вариантов «повышения квалификации» много. Поддельные сертификаты ЕГЭ, как промежуточные документы, похоже, не понадобятся, если есть в продаже дипломы. А вот торговля шпаргалками по ЕГЭ уже процветает.
Могут сказать, что черный рынок поддельных документов всегда был. Но разница, во-первых, в масштабах и открытости этого рынка сейчас по сравнению с прошлым, в новых возможностях. И во-вторых, самореализация личности и выживание – вещи разные. Качество подготовки специалистов сегодня невысокое. На фоне серого серость не видна, и подделка вполне сгодится для формальностей. А вот среди настоящих профессионалов от Бога дилетант был бы виден, и подделка ими обнаруживается практически с ходу, поэтому себя не оправдывает.
Отсюда вывод: процветание рынка поддельных дипломов является индикатором качества образования, соответствия его спросу на рынке труда. Знатоки предсказывают, что бакалавров и магистров после реформы станет больше, чем студентов. При этом подмечают, что трое из пяти высоких чиновников и политиков являются докторами и академиками, а бизнесмены почти поголовно дипломированные ученые. То ли еще будет!
«Делай как я!»
Один из принципов педагогики гласит: «Обучая – воспитывай, воспитывая – обучай». Советский лозунг: «Все лучшее – детям» – актуален как никогда и означает не пирожные с мороженым, а передачу молодым поколениям лучшего опыта, передовых знаний, высоких нравственных принципов. Иначе неизбежна деградация общества, нации, государства. Это главное условие преемственности элит, без чего общество обречено исторически.
Что же предлагается в этом плане реформой образования? В общем, ничего. Воспитание – дело родителей, полагают мастера дидактики. Но родители очень разные и не у всех детей они есть. Потому и растут они как трава. Детей воспитывает улица во всех отношениях. Здесь вам и право по понятиям, и нравственность, и «свобода совести». Узнав тайны взрослых, дети, в силу своей природной любознательности, стремятся попробовать запретное, и до уроков ли им? Школа спохватилась и вместо полового воспитания (подготовка к семейной жизни) стала пропагандировать защищенный секс. Как бороться с детским алкоголизмом и наркоманией. педагоги пока не знают. Им некогда, они заняты реформами, а этими проблемами пусть занимаются медики и милиционеры.
Будущая элита страны получает уроки коррупции еще в вузах. Это не зависит от поступления в вуз по ЕГЭ или вступительным экзаменам. Именно здесь студенты учатся решать свои карьерные проблемы. Кто деньгами, а кто иными способами. Нравы-то либеральные. Учатся выживать любыми путями, ведь общежитие им не гарантируется, а стипендии символические. Хорошо, если родители обеспеченные, а если нет? На разгрузке вагонов нынче много не заработаешь. А студенткам что делать?
Есть положительный момент в том, что некоторым вузам разрешили зарабатывать, участвуя в научных разработках и проектах. Но это полумера. Центры занятости для студенчества пока единичные, а жаль. Умы амбициозных студентов надо бы загружать, «пока желанием горят, пока сердца для чести живы, пускай Отчизне посвятят души прекрасные порывы». Результат преподавания был бы налицо, а по результату и вознаграждение. Или у реформ другие принципы, которыми нельзя поступиться?
вк
ок
youtube
telegram
ru–by
MAX
