Яна Поплавская: "Не многим из детей-актеров удается вырваться из первого образа"

Актриса Яна Поплавская стала известной в возрасте одиннадцати лет, исполнив роль Красной шапочки в телевизионной сказке Леонида Нечаева. В этом году фильм отмечает юбилей - картине, снятой на национальной студии «Беларусьфильм», 31 декабря исполняется 40 лет. Главная «Красная шапочка» страны рассказала в интервью, почему именно ее и никого другого хотел видеть Леонид Нечаев в своей сказке.

- Ваша мама ведь тоже была актрисой. Это она вас привела на съемочную площадку «Красной шапочки»?

- Да, конечно. Как и всякого актерского ребенка меня частенько брали с собой. Уже в четыре года я впервые оказалась на съемках картины Сергея Колосова «Помни имя свое». К сожалению, эпизод с моим участием вырезали. Но после этого меня заметили, стали приглашать. В «Ералаш», в «Фантазии Веснухина», где звучит песня Аллы Пугачевой «Куда уходит детство». А уже позже была «Красная шапочка».

- Маша Лукова в «Фантазих Веснухина» - маленькая вредина, ябеда; Красная шапочка - тоже озорная хулиганка. Ваши героини похожи на вас в детстве?

- В детстве я была хулиганкой, и школа от меня стонала. Но я была добрым, общительным, жизнерадостным ребенком. Совсем не такой, как Маша Лукова. Я отлично совмещала школу и съемки. Детей, которые растут в актерских семьях, воспитывают несколько по-другому - в свободе. Но я неплохо училась.

- Вы, совсем юная девочка, снимались в «Красной шапочке» с легендами кино - Владимиром Басовым, Роланом Быковым, Риной Зеленой. Но были утверждены не сразу. Почему у худсовета были сомнения?

- Худсовет собирался по моему поводу целых четыре раза. Дело в том, что они представляли себе совершенно другую Красную шапочку, такую «голубую» героиню. А про меня говорили: «Она же хулиганка! Оторва!» Но Леонид Алексеевич был за меня горой: «Нет, это она!»

Когда мы с Леней встретились первый раз, он уже успел посмотреть восемь тысяч девочек. Мне было десять лет. Помню, встала перед ним и прочитала свои стихи. Только закончила, как он подхватил меня на руки, начал обнимать, кружить: «Рыжик! Я тебя нашел!» Почему он называл меня «рыжиком», до сих пор не знаю. Ведь рыжей я не была. В конце худсовет все-таки уступил, и я получила роль Красной шапочки.

- Леонид Нечаев, можно сказать, по-настоящему открыл вас зрителю. О вас узнала вся страна.

- Одна моя близкая подруга пошутила, что я стала для Нечаева «маленькой Галатеей». Действительно, после «Красной Шапочки» посыпались предложения. Через год я снялась в лирической комедии Аллы Суриковой «Суета сует». Потом снова у Леонида Алексеевича Нечаева в фильме «Примите телеграмму в долг». Следом в мелодраме «Переходный возраст». В то же время я играла два спектакля в театре на Таганке у Юрия Петровича Любимова - «Перекресток» и «Обмен». По тем временам это было невероятно для маленькой девочки!

- Но после «Красной шапочки» главных ролей у вас больше не было. Наверное, хотелось таких же знаковых «взрослых» картин?

- В моей кинобиографии много хороших картин. Я много снималась в фильмах и сериалах. Но, к сожалению, я попала в тот период, когда кино «стояло». Это были 90-е годы. В стране была разруха. Кино было «вырублено», это многих актеров подкосило.

Однажды я давала интервью «Русскому радио» в Нью-Йорке. Мне американцы тогда говорили, что если бы роль Красной шапочки случилась у них в стране, я бы обеспечила и себя, и внуков на всю оставшуюся жизнь. И в дальнейшем мне были бы гарантированы разноплановые предложения на протяжении моей картеры. Получилось так, что после «Красной шапочки мне предлагали играть ту же девочку, но на новый лад. То есть показывать в других фильма «кальку». Так часто бывает. А это очень скучно!

Вообще, в нашей стране судьба актеров, которые впервые появляются на экране в детстве, к сожалению, грустна. В отличие от Европы и от Америки. Не многим удается вырваться из первого образа. Вы посмотрите, кто из детей-актеров, позже остался в кинематографе во взрослом возрасте? Кто стал известным? Кино я никогда не бросала. Но к счастью, у меня был театр. Потом радио, телевидение, преподавание.

- Несколько лет назад именно благодаря вам на могиле режиссера Леонида Нечаева на Домодедовском кладбище наконец-то появился памятник. Как удалось этого добиться?

- Мне написала в социальных сетях незнакомая девушка Лариса Петрова. Она поинтересовалась, не знаю ли я, почему нет памятника на могиле Леонида. Я объяснила ей ситуацию с лёниными похоронами, с финансовой стороной. И она мне предложила: «Яна, давайте, попробуем что-то сделать! У меня есть несколько телефонов людей хороших, я позвоню...» И чудо случилось! Нашелся мастер, который бесплатно изготовил памятник из гранита. Единственное, что нужно было сделать, - придумать эскиз. Мой папа, а он у меня писатель, создал изумительную эпитафию, которая подходила в лёниной жизни. Вот так замечательные люди воплотили нашу идею в жизнь. За что им большое спасибо.

Лёнечка дождался! Это ведь важно для всех нас, его друзей, близких, поклонников. Теперь есть место - не просто могила, а памятник - куда можно прийти, положить цветы. Пока мы помним ушедших людей, они продолжают жить в наших сердцах.