Классика – лучшая валюта

Вслед за Владимиром Мулявиным, Наталией Гайдой Светлана и Владимир Петровы внесли свой вклад в укрепление белорусско-российских культурных связей. А продолжатель династии, их сын Илья стал лауреатом международных фортепианных конкурсов. Нет сомнения, Беларусь принесла Петровым удачу. 

– Не думаю. Беларусь всегда собирала лучшие музыкальные кадры. Талантливых солистов отслеживали, за них велась борьба. Владимира позвали в Минск после победы в 1992 году в одном из конкурсов в Москве. И он с радостью принял предложение. Сначала его пригласили в оперетту, потом – на партию Евгения Онегина в Большой театр Беларуси. Он исполняет ведущие партии мирового репертуара. Ему всегда шли навстречу, говорили – делай, работай. А ему есть с чем сравнить. Когда к творческому человеку относятся бережно, он растет как солист. Володя, кстати, наполовину белорус: у него мама – белоруска, родом из Могилевской области. Во время войны поехала в Челябинск на строительство тракторного завода. 

– На редкость. Я преподавала в свое время в Омске и думала пойти по педагогической стезе, но неожиданно мне предложили должность хормейстера в Театре музкомедии в Минске.

– Были в сентябре прошлого года с гастролями нашего театра. Наш хор, помимо того что участвовал в спектаклях, подготовил специальную акапельную программу. Принимали очень хорошо. Хотя поначалу мы побаивались туда ехать. Ведь Екатеринбург – музыкальная столица Урала. Во время войны в Уральскую консерваторию эвакуировали музыкантов из Санкт-Петербурга. Многие там и остались. Уровень педагогов высочайший. Академия музыки в Минске – одна из лучших. 

– В Свердловской музкомедии делают ставку на мюзикл. Классическая оперетта постепенно уходит из репертуара. Когда они были у нас на гастролях, их классические спектакли, честно говоря, меня не впечатлили. Но в мюзикле они чувствуют себя как рыба в воде и гораздо увереннее нас. Свердловчане понимают и чувствуют этот жанр. У них потрясающий главный режиссер Кирилл Стрежнев, который умудряется не повторяться и всегда ставит спектакли, наполненные поэтикой. Труппа театра хорошо ориентируется в мировом мюзикле, у них есть спецкурс для артистов этого жанра. Мы же по-прежнему ставим классическую оперетту – Легара, Штрауса, Кальмана. Сегодня в Беларуси ее можно услышать только в нашем театре. Мы этим сильны и будем это беречь. Классика -лучшая валюта, не подверженная инфляции. Год от года она только растет в цене. 

– Обязательно! Из оперы и оперетты сегодня уходит условность. Все предметно и конкретно. Чувства обнажены, страсти кипят. Поэтому нужно уметь играть. Опера ушла очень далеко в изображении страстей человеческих. Можно сказать, перешла на территорию драмы. Посмотрите европейские постановки – там все наотмашь. Пение, естественно, не обсуждается – петь надо хорошо. 

– Повлияли, и конкретно (смеется). Я хотела, чтобы Илья занимался музыкой, а он и не сопротивлялся. Отдали в музыкальную школу с шести лет. Сын оказался на редкость музыкальным ребенком, ему все давалось легко. Илья любит музыку и чувствует себя в профессии комфортно, играет серьезный репертуар. 

– Он пребывает в таком счастливом периоде своей жизни, что пока может себе позволить не думать о материальном. Живет вместе с нами, а родители – тыл надежный. Конечно, сложности в музыкальной профессии есть. Но в какой их нет? Более того, я уверена, что любимое дело, если ему отдаваться всей душой и не ради денег, рано или поздно начинает приносить достойный доход.