«Левиафан» – пан или пропал?

Звягинцева поздравляют, за Звягинцева радуются, «Левиафана» ждут в российском прокате. Правда, не все, в новогодние праздники в сети появилась пиратская копия фильма, который вызвал настоящий бум обсуждений – горячих, заинтересованных, с диаметрально противоположными оценками. Мечта любого художника, чтобы о его творении так спорили зрители – это еще одно свидетельство успеха. Но тем огорчительнее читать в сетевых обсуждениях обвинения режиссера в русофобстве, в нелюбви к Родине, в антипатриотизме, в конъюктурных изысках ради мировых премий. 

Что тут можно сказать – любой каннский лауреат в таком случае, включая Ханеке, Дарденнов, Вима Вендерса, Джейлана, Мунджу, Ким Ки Дука, а особенно американцы – все фобы по отношению к своим странам, о которых они рассказывают жесткие, порой кровавые истории, выступая против режима, властей, всевозможных институтов. И только Россия почему-то должна быть исключением – ах, Звягинцев показал мэра-коррупционера, ах, над его столом в кабинете висит портрет президента, ах, он покусился на саму РПЦ!.. И что из этого – человек, который способен в кинообразах показать свою боль за человека, растоптанного машиной государства, за землю, на которой живет, за людей, предавших идеалы братства, он и есть первый патриот и защитник человечности. (Я уж не называю здесь имена Толстого и Достоевского, Салтыкова-Щедрина, Гоголя, Чехова, Булгакова…) 

В «Левиафане» что только не обсудили, обсосали все косточки. Вот только о диалоге главного героя Николая (Алексей Серебряков) с отцом Василием (Игорь Сергеев), рядовым священником, почему-то никто не вспомнил. А именно в нем играет протосюжет фильма, в котором Звягинцев сравнивает библейского Иова с Колей, погубившим свою жизнь по причине отказа от смирения и обретения внутренней свободы. А в чем заключалось обретение свободы? В том, что Коля оказался слишком привязан к материальному своему проявлению на этой земле, и потому Левиафан возобладал над ним. А вот и сам диалог. «Можешь ли ты удой вытащить Левиафана и веревкой схватить за язык его? – спрашивает отец Василий Николая. – Будет ли он тебя умолять, будет ли разговаривать с тобой кротко? На земле нет подобного ему, он – царь над всеми сынами гордости». Николай кочевряжится, а священник рассказывает ему, что Иов так же, как Коля, задавался вопросами о смысле жизни и до того себя довел, что коростой покрылся. И как ни упрашивали Иова жена и друзья «не гневить Бога», он их не слушал. «И тогда Господь сжалился, и Сам, в виде урагана, явился Иову и в картинках показал ему, что с ним происходит. И – смирился Иов, и Господь все ему вернул, и прожил Иов 140 лет. И увидел сынов своих сыновей…» 

О гордыне – о самом страшном грехе идет речь в этом фильме, которому современный человек не придает значения. И каннские журналисты, уверена, постигли этот смысл на самом первом просмотре – такой звенящей тишины не припомню в этом зале… Человек на грешной земле – вот тема «Левиафана». Успех и удача Андрея Звягинцева. И не важно, получит он «Оскара» или нет – он сделал великое дело, снял фильм, который поможет обрести истину многим его современникам.