Как подзарядить батарейки души
«Для меня нет разделения: моя и ваша страна. Тем более что работаю теперь чаще в Минске, чем в Москве», – говорит председатель Телерадиовещательной организации Союзного государства.
«Для меня нет разделения: моя и ваша страна. Тем более что работаю теперь чаще в Минске, чем в Москве», – говорит председатель Телерадиовещательной организации Союзного государства.
Молодые люди, детство которых пришлось на советское время, мало помнят созданные Угольниковым программы «Оба-на», «Добрый вечер», «Фитиль». Многие с неожиданностью для себя открыли, что именно в этих рейтинговых по тому времени передачах зародились такие телевизионные проекты, как «Смак», «Городок», «Новые русские бабки», начали свою карьеру Сергей Безруков, Нонна Гришаева, Мария Аронова. Хотя преподавать Угольников не любит, все же отметил, что делиться своими знаниями и опытом с подрастающим поколением приятно. Но обо всем по порядку…
Хорошее дело - веселить людей
– В молодости был всеядным: всему хотел научиться. Поэтому и поступил сразу в три вуза, хотя продолжил образование лишь в ГИТИСе. Там давали двойной диплом – актера и режиссера. Родители-инженеры мой выбор не одобрили. Однако сделать ничего не смогли. Ведь за моими плечами уже были съемки в фильме «Джентльмены удачи», где мне досталась роль мальчика Игорька, читавшего стихотворение «Я злой и страшный серый волк, я в поросятах знаю толк». Преподаватель ГИТИСа, режиссер театра и кино Петр Фоменко на протяжении четырех лет учебы говорил: важно быть интересным прежде всего самому себе, стремиться стать мастером своего дела.
К комедийному жанру тяготел с институтских времен. Меня спрашивали: «Что ты постоянно пародируешь? Своего голоса у тебя не будет». И оказались правы. Я так запародировался, что, когда стал записывать свои песни, голос пришлось ставить заново. Чтобы убедиться в моих способностях играть не только комедийные роли, Петр Фоменко заставил меня играть одного из персонажей в выпускном спектакле «Борис Годунов» и предупредил: если хоть одна ухмылка на лице мелькнет, зачета не будет. Я выходил на сцену в холщовой рубашке, с нищенской плошкой в руках. Это было мучение, конечно. Но зачет все же получил!
Впрочем, я всегда был готов к авантюрам. Благодаря программе «Это несерьезно», которая состояла из музыкальных пародий, стал усиленно заниматься вокалом. Успел даже поучиться в Америке. В театре Грегори Хайнса в Нью-Йорке постигал мастерство степа. Жил в общежитии Колумбийского университета. Чтобы выжить, приходилось за считаные доллары мыть посуду в ресторане, а по вечерам выступать с танцевальным номером в ночном клубе. Днем бежал на канал «Эн-би-си», чтобы смотреть, как делаются телевизионные программы. Три месяца жуткого голода и жажды познания чего-то нового. Но я понимал, что все равно уеду, потому что Америка – не мое.
Похороны еды
– В 90-х, когда в стране не было продуктов и по телевизору все время показывали похороны советских руководителей, во втором выпуске «Оба-ны» решили снять сюжет «Похороны еды». До перестроечного времени представить себе это было невозможно. Поначалу не верил, что пришла новая эра в развитии телевидения. Я хриплым голосом сказал «Мотор!» – и все в моей жизни переменилось. Тогда в один день руководитель авторского телевидения Анатолий Малкин предложил мне стать автором передач-капустников, а Владислав Листьев попросил меня вести «Поле чудес». Я выбрал первое. Это мне ближе. Тогда я был просто театральным актером. Часто выступал на сцене Дома актеров. Деньги нам тогда были не нужны, потому что на них нельзя было что-то купить. Эпическое было время! Потом все изменилось в несколько секунд. С гибелью Влада Листьева. За три недели до его смерти мы с ним шли по коридорам «Останкино», и я спрашивал у него: «Влад, ты не боишься?» А он мне отвечал: «Слушай, Угол, мы с тобой любимцы нации. Кто нас тронет?» После его гибели думал, что телевидением больше не буду заниматься.
«Ощущение человека должно быть в каждом из нас»
– Потом в моей творческой биографии наступило время программы «Добрый вечер». Каждый день с понедельника по пятницу выходил в эфир и общался со зрителями и гостями. И однажды услышал от своего зрителя такие слова: «Спасибо вам за хорошую передачу. Теперь я стал лучше засыпать». Сразу хотел было обидеться на старичка. Но потом понял, что лучшей похвалы для меня нельзя придумать! 1997 год был не самым счастливым в жизни страны. И если людям после просмотра программы становилось спокойнее, значит, я работал правильно.
На российском телевидении все имеет свойство заканчиваться. В Америке представить себе, что полюбившаяся многим телевизионная передача будет закрыта, невозможно. Если у американца забрать передачу, к которой он привык, то он будет требовать ее возвращения. У нас же, если зритель к чему-то привык, – долой! Мы ненасытны! Потом был «Доктор Угол», который вместил в себя 48 юмористических сюжетов. В одном из них впервые на экране появились Сергей Безруков, Гарик Мартиросян, Нонна Гришаева, Новые русские бабки.
Позже настало время для сатирического журнала «Фитиль».
– Во время работы над ним устал, будто трудился на заводе, – продолжает свой рассказ Игорь Станиславович. – Каждый день вставал к станку и до позднего вечера точил детали: создавал сатирико-юмористические истории. В субботу отсыпался. А дома все ходили на цыпочках и говорили шепотом. К сожалению, сейчас на телевизионных каналах юмор абсолютно площадный. Еще чуть-чуть, и мы начнем потешаться над тем, как бьют закованного в цепи медведя. На мой взгляд, с юмором у нас ситуация катастрофическая.
Зажги свечу памяти!
В последнее время Угольников не снимается в кино. Он его создает. Фильмы «В июне 1941-го», «Брестская крепость», где он выступил продюсером и креативным директором, стали первыми крупными проектами Союзного государства.
– Тема войны для меня святая. Один из моих дедушек в самом начале войны пошел добровольцем в ополчение и погиб в первом бою, – говорит Угольников. – Второй дед всю войну сражался в авиаполку. Бабушка работала на заводе в тылу. В человеческом смысле – это потрясение души. Хотя не все верили в мой успех. Один известный чиновник говорил: «Как этот телевизионный клоун сможет раскрыть такую сложную тему?», а после выхода ленты на экран публично передо мной извинялся.
Осуществить этот масштабный проект мне не удалось бы без ТРО. Эту аббревиатуру я читаю так – Телевидение Ради Общества. Перед организацией изначально стояла задача представить на телевизионном экране объективную картину происходящего в Беларуси и России и стать своеобразным мостом между двумя соседними государствами. Сейчас у ТРО Союза – 30 миллионов абонентов. Часто меня спрашивают, откуда я беру силы. Отвечаю: просто батарейки собственной души нужно подзаряжать. Для этого достаточно руку приложить к своему сердцу.
Марина КУЗЬМИЧ
Молодые люди, детство которых пришлось на советское время, мало помнят созданные Угольниковым программы «Оба-на», «Добрый вечер», «Фитиль». Многие с неожиданностью для себя открыли, что именно в этих рейтинговых по тому времени передачах зародились такие телевизионные проекты, как «Смак», «Городок», «Новые русские бабки», начали свою карьеру Сергей Безруков, Нонна Гришаева, Мария Аронова. Хотя преподавать Угольников не любит, все же отметил, что делиться своими знаниями и опытом с подрастающим поколением приятно. Но обо всем по порядку…
Хорошее дело - веселить людей
– В молодости был всеядным: всему хотел научиться. Поэтому и поступил сразу в три вуза, хотя продолжил образование лишь в ГИТИСе. Там давали двойной диплом – актера и режиссера. Родители-инженеры мой выбор не одобрили. Однако сделать ничего не смогли. Ведь за моими плечами уже были съемки в фильме «Джентльмены удачи», где мне досталась роль мальчика Игорька, читавшего стихотворение «Я злой и страшный серый волк, я в поросятах знаю толк». Преподаватель ГИТИСа, режиссер театра и кино Петр Фоменко на протяжении четырех лет учебы говорил: важно быть интересным прежде всего самому себе, стремиться стать мастером своего дела.
К комедийному жанру тяготел с институтских времен. Меня спрашивали: «Что ты постоянно пародируешь? Своего голоса у тебя не будет». И оказались правы. Я так запародировался, что, когда стал записывать свои песни, голос пришлось ставить заново. Чтобы убедиться в моих способностях играть не только комедийные роли, Петр Фоменко заставил меня играть одного из персонажей в выпускном спектакле «Борис Годунов» и предупредил: если хоть одна ухмылка на лице мелькнет, зачета не будет. Я выходил на сцену в холщовой рубашке, с нищенской плошкой в руках. Это было мучение, конечно. Но зачет все же получил!
Впрочем, я всегда был готов к авантюрам. Благодаря программе «Это несерьезно», которая состояла из музыкальных пародий, стал усиленно заниматься вокалом. Успел даже поучиться в Америке. В театре Грегори Хайнса в Нью-Йорке постигал мастерство степа. Жил в общежитии Колумбийского университета. Чтобы выжить, приходилось за считаные доллары мыть посуду в ресторане, а по вечерам выступать с танцевальным номером в ночном клубе. Днем бежал на канал «Эн-би-си», чтобы смотреть, как делаются телевизионные программы. Три месяца жуткого голода и жажды познания чего-то нового. Но я понимал, что все равно уеду, потому что Америка – не мое.
Похороны еды
– В 90-х, когда в стране не было продуктов и по телевизору все время показывали похороны советских руководителей, во втором выпуске «Оба-ны» решили снять сюжет «Похороны еды». До перестроечного времени представить себе это было невозможно. Поначалу не верил, что пришла новая эра в развитии телевидения. Я хриплым голосом сказал «Мотор!» – и все в моей жизни переменилось. Тогда в один день руководитель авторского телевидения Анатолий Малкин предложил мне стать автором передач-капустников, а Владислав Листьев попросил меня вести «Поле чудес». Я выбрал первое. Это мне ближе. Тогда я был просто театральным актером. Часто выступал на сцене Дома актеров. Деньги нам тогда были не нужны, потому что на них нельзя было что-то купить. Эпическое было время! Потом все изменилось в несколько секунд. С гибелью Влада Листьева. За три недели до его смерти мы с ним шли по коридорам «Останкино», и я спрашивал у него: «Влад, ты не боишься?» А он мне отвечал: «Слушай, Угол, мы с тобой любимцы нации. Кто нас тронет?» После его гибели думал, что телевидением больше не буду заниматься.
«Ощущение человека должно быть в каждом из нас»
– Потом в моей творческой биографии наступило время программы «Добрый вечер». Каждый день с понедельника по пятницу выходил в эфир и общался со зрителями и гостями. И однажды услышал от своего зрителя такие слова: «Спасибо вам за хорошую передачу. Теперь я стал лучше засыпать». Сразу хотел было обидеться на старичка. Но потом понял, что лучшей похвалы для меня нельзя придумать! 1997 год был не самым счастливым в жизни страны. И если людям после просмотра программы становилось спокойнее, значит, я работал правильно.
На российском телевидении все имеет свойство заканчиваться. В Америке представить себе, что полюбившаяся многим телевизионная передача будет закрыта, невозможно. Если у американца забрать передачу, к которой он привык, то он будет требовать ее возвращения. У нас же, если зритель к чему-то привык, – долой! Мы ненасытны! Потом был «Доктор Угол», который вместил в себя 48 юмористических сюжетов. В одном из них впервые на экране появились Сергей Безруков, Гарик Мартиросян, Нонна Гришаева, Новые русские бабки.
Позже настало время для сатирического журнала «Фитиль».
– Во время работы над ним устал, будто трудился на заводе, – продолжает свой рассказ Игорь Станиславович. – Каждый день вставал к станку и до позднего вечера точил детали: создавал сатирико-юмористические истории. В субботу отсыпался. А дома все ходили на цыпочках и говорили шепотом. К сожалению, сейчас на телевизионных каналах юмор абсолютно площадный. Еще чуть-чуть, и мы начнем потешаться над тем, как бьют закованного в цепи медведя. На мой взгляд, с юмором у нас ситуация катастрофическая.
Зажги свечу памяти!
В последнее время Угольников не снимается в кино. Он его создает. Фильмы «В июне 1941-го», «Брестская крепость», где он выступил продюсером и креативным директором, стали первыми крупными проектами Союзного государства.
– Тема войны для меня святая. Один из моих дедушек в самом начале войны пошел добровольцем в ополчение и погиб в первом бою, – говорит Угольников. – Второй дед всю войну сражался в авиаполку. Бабушка работала на заводе в тылу. В человеческом смысле – это потрясение души. Хотя не все верили в мой успех. Один известный чиновник говорил: «Как этот телевизионный клоун сможет раскрыть такую сложную тему?», а после выхода ленты на экран публично передо мной извинялся.
Осуществить этот масштабный проект мне не удалось бы без ТРО. Эту аббревиатуру я читаю так – Телевидение Ради Общества. Перед организацией изначально стояла задача представить на телевизионном экране объективную картину происходящего в Беларуси и России и стать своеобразным мостом между двумя соседними государствами. Сейчас у ТРО Союза – 30 миллионов абонентов. Часто меня спрашивают, откуда я беру силы. Отвечаю: просто батарейки собственной души нужно подзаряжать. Для этого достаточно руку приложить к своему сердцу.
Марина КУЗЬМИЧ
вк
ок
youtube
telegram
ru–by
MAX
