«Арлекин» вновь в Москве
В Год культуры и языка Италии в России российская публика увидела обширную театральную программу. Легендарный спектакль XX века «Арлекин, слуга двух господ» Пикколо Театро ди Милано – Театра Европы показали в 6 городах России – в Ханты-Мансийске, Тюмени, Казани, Екатеринбурге, Челябинске, Уфе. Завершились гастроли в Москве.
В Год культуры и языка Италии в России российская публика увидела обширную театральную программу. Легендарный спектакль XX века «Арлекин, слуга двух господ» Пикколо Театро ди Милано – Театра Европы показали в 6 городах России – в Ханты-Мансийске, Тюмени, Казани, Екатеринбурге, Челябинске, Уфе. Завершились гастроли в Москве.
Успех у публики был феноменальным, растроганы были и артисты: на пресс-конференции в Москве они признались, что в Италии их «давно не балуют», а в России на каждом спектакле преподносили цветы. На огромной сцене Театра Российской армии установили деревянный помост 3 на 3,5 м («пикколо» в переводе с итальянского – «маленький»), похожий на те, на которых в Средние века на ярмарках в Италии выступали бродячие труппы. И в тысячный раз разыграли вечный сюжет Гольдони о том, как ловкий, сообразительный Арлекин сумел прислуживать за обедом двум господам, запутав взаимоотношения персонажей комедии до такой степени, что разрубить этот гордиев узел можно было лишь суперсчастливым финалом. И клоун устроил его – три пары после невероятных интриг соединились для счастливой жизни, и одну из них – вместе со Смеральдиной (Алессандра Джильи) – составил сам Арлекин (Энрико Бонавера). В спектакле, который давали на второй день, Арлекина сыграл дублер – именно так называет себя, отдавая дань уважения «главному» Арлекину Феруччо Солери, Энрико Бонавера. Это третий Арлекин в спектакле, поставленном в 1947 году на сцене Театра «Пикколо» великим Джорджо Стрелером (он и основал этот театр). Первым был Марчелло Моретти. А с 1963 года Арлекина блистательно играет Феруччо Солери. Именно он, ученик Джорджо Стрелера, вместе со Стефано де Лукой и Джорджо Бонджованни, также учениками мастера, возобновил легендарный спектакль, взяв за основу версию 1956 года, отличающуюся особой жизнерадостностью.
Сам Стрелер в «Арлекине» видел образ «живого организма», который должен развиваться во времени и, конечно, меняться, избавляясь от стереотипов. Режиссера не стало в 1997 году, и за все время существования спектакля при его жизни он успел сделать 11 версий. И первым помощником ему был венецианец Карло Гольдони, великий реформатор театра XVIII века. Это он первым сказал «нет» комедии дель арте в том виде, в каком она дошла до его времени – с шаблонными персонажами и актерскими импровизациями, зависящими исключительно от самих исполнителей. Гольдони первым вывел на подмостки живых людей, и самым «живым» из них стал Арлекин. Чудак, хитрец и умница, невероятно влюбленный в жизнь, испытывающий кайф от каждого, самого незначительного ее проявления, – например, от разговора с… мухой или жонглирования тарелками с горячим вторым блюдом на них и, конечно, от собственных проделок. Вот он перетряхивает вещи в огромных сундуках своих господ. Основательно их перепутывает, потом пытается правильно разложить и последний кафтан, так и не решив, в какой сундук положить, разрывает на глазах у публики – всем поровну и, довольный, закрывает сундуки.
Публика хохочет, уже ко второму акту настолько освоившись с итальянской речью, что лишь изредка взглядывает на титры над сценой. Она вовлечена в живую стихию спектакля, околдована его магией и готова признать в гольдониевском Арлекине, которому скоро стукнет три сотни лет, своего современника.
О Венеции XVIII века напоминают черные багамские маски на лицах нескольких персонажей, и Арлекина в первую очередь. Актеры играют самозабвенно, так открыто и так искренне, словно премьера состоялась вчера. Феруччо Солери рассказывал на пресс-конференции, как старается держать форму перед приближающимся 80-летием, – ежедневная зарядка в течение часа и несколько пробежек по лестнице до 4-го этажа и обратно. Поэтому публика в конце спектакля, когда на поклонах артист стягивает маску, исторгает единогласное – «ах!». Невозможно поверить, что это немолодой, седовласый человек только что демонстрировал вам невероятную пластику юноши, бегал, прыгал, выделывал акробатические трюки на протяжении почти трех часов.
Его последователь Энрико Бонаверо достоин имени третьего Арлекина в этом составе. Главное – он зажигателен и умеет входить в тесный контакт с публикой. Авторы спектакля используют неотразимый прием – по ходу действия к месту вставляют фразочки на русском языке, например – «очи ч`ерные!», «антр`акт», «скоро прид`ем». Или суфлер (Джорджо Сангати), зажигая свечи на рампе помоста, пожалуется вдруг публике, что у него «сп`ина бол`ит», и – сочувствие ему обеспечено. Московская публика обожает этот спектакль, отмеченный «Золотой маской» весной 2008 года. В декабре того же года спектакль в течение недели ежедневно играли на сцене Малого театра.
Благословенная Венеция – с ее лагуной и палаццо с огромными венецианскими окнами – изображена на простеньких декорациях, напоминающих картинку с дымящимся котелком в каморке папы Карло (художник Эцио Фриджерио). Изысканная простота – стиль этого спектакля, а невероятная молодость его свидетельствует о том, что жизнь духа вечна. Два гения – Карло Гольдони и Джорджо Стрелер – незримо присутствуют на спектакле, где бы его ни играли. За 64 года существования «Арлекин» побывал в 40 странах мира, где состоялось более 2,5 тысяч представлений, только в Италии – на сценах более чем 170 театров. По утверждению критиков мира, багамская маска Арлекина давно стала прототипом комического персонажа. Подобно Чарли Чаплину, Стэлу Лорэлу, Оливеру Харди. Газета New York Times сравнила его с любимцем американцев – Гомером Симпсоном. Делая последний выпуск спектакля при своей жизни, Стрелер писал: «Арлекин» такой, каким он был всегда». «Да-да, такой», – подтвердит каждый видевший этот спектакль. Человек-клоун – в ярком, ромбиками, костюме с брюками-бриджами, знакомом нам по живописи, в белой шляпе-панаме, в белых чулках и черных гимнастических тапочках. Он пластичен настолько, что, кажется, может свернуться узлом, когда, лежа на животе на помосте, разыгрывает очередную партию жизни с Бригеллой, хозяином гостиницы (Стефано Гуицци).
Одним словом, хотите понять Италию, ощутить ее дивную красоту, неистребимую энергию духа, ее юмор и услышать ее голоса (актеры великолепно поют, среди 200 спектаклей, поставленных на сцене «Пикколо» Стрелером, немало опер, одну из них – «Так поступают все женщины» Моцарта – театр привозил в Москву), идите на «Арлекина». Не удалось попасть в Москве – поезжайте в Милан, куда возят любителей шоп-туров, там у «Пикколо» три площадки – смотрите «Арлекина».
Осталось рассказать, сколь тесны контакты театра «Пикколо» с Малым театром – Театром Европы. В декабре 2008 года, когда «Арлекин» царствовал на подмостках Императорского театра, Международная академия Комедии дель Арте под руководством Феруччо Солери открыла немало секретов перед студентами Высшего театрального училища имени М.С. Щепкина. Педагоги академии – режиссеры, актеры, преподаватели университетов, много лет работающие с Театром «Пикколо», среди которых находим немало знакомых имен – Стефано де Лука, Паоло Бозизио, Джиорджио Бонджованни, Энрико Бонавера, Алессандра Джильи, читали лекции, проводили семинары и давали мастер-классы будущим актерам. Перед ними во всей полноте открылась комедия дель арте – от времени шарлатанов XV века, которые завлекали артистов на рынки, чтобы повыгоднее продать товар, до зарождения маски, а потом и типажей, и сюжетов, и говоров, и все династии великих итальянских комиков прошли перед взором студентов. Театр «Пикколо» выступил настоящим преемником великой итальянской традиции в этом действе, представителем школы Джорджо Стрелера, творчески переработавшего художественное наследие. Опыт, неоценимый для наследников русской театральной школы великого Михаила Щепкина. Нет сомнения, что в будущем эти мастер-классы прорастут новыми открытиями. Для всех. Будем ждать.
Нина КАТАЕВА
Успех у публики был феноменальным, растроганы были и артисты: на пресс-конференции в Москве они признались, что в Италии их «давно не балуют», а в России на каждом спектакле преподносили цветы. На огромной сцене Театра Российской армии установили деревянный помост 3 на 3,5 м («пикколо» в переводе с итальянского – «маленький»), похожий на те, на которых в Средние века на ярмарках в Италии выступали бродячие труппы. И в тысячный раз разыграли вечный сюжет Гольдони о том, как ловкий, сообразительный Арлекин сумел прислуживать за обедом двум господам, запутав взаимоотношения персонажей комедии до такой степени, что разрубить этот гордиев узел можно было лишь суперсчастливым финалом. И клоун устроил его – три пары после невероятных интриг соединились для счастливой жизни, и одну из них – вместе со Смеральдиной (Алессандра Джильи) – составил сам Арлекин (Энрико Бонавера). В спектакле, который давали на второй день, Арлекина сыграл дублер – именно так называет себя, отдавая дань уважения «главному» Арлекину Феруччо Солери, Энрико Бонавера. Это третий Арлекин в спектакле, поставленном в 1947 году на сцене Театра «Пикколо» великим Джорджо Стрелером (он и основал этот театр). Первым был Марчелло Моретти. А с 1963 года Арлекина блистательно играет Феруччо Солери. Именно он, ученик Джорджо Стрелера, вместе со Стефано де Лукой и Джорджо Бонджованни, также учениками мастера, возобновил легендарный спектакль, взяв за основу версию 1956 года, отличающуюся особой жизнерадостностью.
Сам Стрелер в «Арлекине» видел образ «живого организма», который должен развиваться во времени и, конечно, меняться, избавляясь от стереотипов. Режиссера не стало в 1997 году, и за все время существования спектакля при его жизни он успел сделать 11 версий. И первым помощником ему был венецианец Карло Гольдони, великий реформатор театра XVIII века. Это он первым сказал «нет» комедии дель арте в том виде, в каком она дошла до его времени – с шаблонными персонажами и актерскими импровизациями, зависящими исключительно от самих исполнителей. Гольдони первым вывел на подмостки живых людей, и самым «живым» из них стал Арлекин. Чудак, хитрец и умница, невероятно влюбленный в жизнь, испытывающий кайф от каждого, самого незначительного ее проявления, – например, от разговора с… мухой или жонглирования тарелками с горячим вторым блюдом на них и, конечно, от собственных проделок. Вот он перетряхивает вещи в огромных сундуках своих господ. Основательно их перепутывает, потом пытается правильно разложить и последний кафтан, так и не решив, в какой сундук положить, разрывает на глазах у публики – всем поровну и, довольный, закрывает сундуки.
Публика хохочет, уже ко второму акту настолько освоившись с итальянской речью, что лишь изредка взглядывает на титры над сценой. Она вовлечена в живую стихию спектакля, околдована его магией и готова признать в гольдониевском Арлекине, которому скоро стукнет три сотни лет, своего современника.
О Венеции XVIII века напоминают черные багамские маски на лицах нескольких персонажей, и Арлекина в первую очередь. Актеры играют самозабвенно, так открыто и так искренне, словно премьера состоялась вчера. Феруччо Солери рассказывал на пресс-конференции, как старается держать форму перед приближающимся 80-летием, – ежедневная зарядка в течение часа и несколько пробежек по лестнице до 4-го этажа и обратно. Поэтому публика в конце спектакля, когда на поклонах артист стягивает маску, исторгает единогласное – «ах!». Невозможно поверить, что это немолодой, седовласый человек только что демонстрировал вам невероятную пластику юноши, бегал, прыгал, выделывал акробатические трюки на протяжении почти трех часов.
Его последователь Энрико Бонаверо достоин имени третьего Арлекина в этом составе. Главное – он зажигателен и умеет входить в тесный контакт с публикой. Авторы спектакля используют неотразимый прием – по ходу действия к месту вставляют фразочки на русском языке, например – «очи ч`ерные!», «антр`акт», «скоро прид`ем». Или суфлер (Джорджо Сангати), зажигая свечи на рампе помоста, пожалуется вдруг публике, что у него «сп`ина бол`ит», и – сочувствие ему обеспечено. Московская публика обожает этот спектакль, отмеченный «Золотой маской» весной 2008 года. В декабре того же года спектакль в течение недели ежедневно играли на сцене Малого театра.
Благословенная Венеция – с ее лагуной и палаццо с огромными венецианскими окнами – изображена на простеньких декорациях, напоминающих картинку с дымящимся котелком в каморке папы Карло (художник Эцио Фриджерио). Изысканная простота – стиль этого спектакля, а невероятная молодость его свидетельствует о том, что жизнь духа вечна. Два гения – Карло Гольдони и Джорджо Стрелер – незримо присутствуют на спектакле, где бы его ни играли. За 64 года существования «Арлекин» побывал в 40 странах мира, где состоялось более 2,5 тысяч представлений, только в Италии – на сценах более чем 170 театров. По утверждению критиков мира, багамская маска Арлекина давно стала прототипом комического персонажа. Подобно Чарли Чаплину, Стэлу Лорэлу, Оливеру Харди. Газета New York Times сравнила его с любимцем американцев – Гомером Симпсоном. Делая последний выпуск спектакля при своей жизни, Стрелер писал: «Арлекин» такой, каким он был всегда». «Да-да, такой», – подтвердит каждый видевший этот спектакль. Человек-клоун – в ярком, ромбиками, костюме с брюками-бриджами, знакомом нам по живописи, в белой шляпе-панаме, в белых чулках и черных гимнастических тапочках. Он пластичен настолько, что, кажется, может свернуться узлом, когда, лежа на животе на помосте, разыгрывает очередную партию жизни с Бригеллой, хозяином гостиницы (Стефано Гуицци).
Одним словом, хотите понять Италию, ощутить ее дивную красоту, неистребимую энергию духа, ее юмор и услышать ее голоса (актеры великолепно поют, среди 200 спектаклей, поставленных на сцене «Пикколо» Стрелером, немало опер, одну из них – «Так поступают все женщины» Моцарта – театр привозил в Москву), идите на «Арлекина». Не удалось попасть в Москве – поезжайте в Милан, куда возят любителей шоп-туров, там у «Пикколо» три площадки – смотрите «Арлекина».
Осталось рассказать, сколь тесны контакты театра «Пикколо» с Малым театром – Театром Европы. В декабре 2008 года, когда «Арлекин» царствовал на подмостках Императорского театра, Международная академия Комедии дель Арте под руководством Феруччо Солери открыла немало секретов перед студентами Высшего театрального училища имени М.С. Щепкина. Педагоги академии – режиссеры, актеры, преподаватели университетов, много лет работающие с Театром «Пикколо», среди которых находим немало знакомых имен – Стефано де Лука, Паоло Бозизио, Джиорджио Бонджованни, Энрико Бонавера, Алессандра Джильи, читали лекции, проводили семинары и давали мастер-классы будущим актерам. Перед ними во всей полноте открылась комедия дель арте – от времени шарлатанов XV века, которые завлекали артистов на рынки, чтобы повыгоднее продать товар, до зарождения маски, а потом и типажей, и сюжетов, и говоров, и все династии великих итальянских комиков прошли перед взором студентов. Театр «Пикколо» выступил настоящим преемником великой итальянской традиции в этом действе, представителем школы Джорджо Стрелера, творчески переработавшего художественное наследие. Опыт, неоценимый для наследников русской театральной школы великого Михаила Щепкина. Нет сомнения, что в будущем эти мастер-классы прорастут новыми открытиями. Для всех. Будем ждать.
Нина КАТАЕВА
вк
ок
youtube
telegram
ru–by
MAX
