Вечера на хуторе близ Херсона

Все чаще у украинских крестьян возникает мысль уехать в Беларусь

Как живет сегодняшняя Украина? Украина восточная, которую еще великий Гоголь называл Малороссией и считал неотъемлемой частью Великой Руси, наряду с Белой и Червонной. Непросто нынче в Малороссии, эх непросто… Об этом – наш сегодняшний разговор. Стук-перестук колес скорого поезда. За замороженным окном – редкие лимонные фонари разъездов. Темень, через которую единственным светлячком светит одинокая звезда. Вагон спит. Только на откидном сиденьице сидит, нахохлившийся, как воробей, молодой солдатик. Я приметил его еще в Харькове, когда он развел руками перед проводницей: «Денег нема, возмить тильки до Запорожья, це ж недалеко. Я в тамбуре постою». Как же не взять служивого…
Вот и предрассветное Запорожье. Настроение большого индустриального города можно понять из граффити на придорожных заборах: «Мы – не янки, мы – славяне, наши братья – россияне», «Ющенко! Запорожье – не галушка, подавишься!»
В Запорожье Женька сошел. Увидимся ли еще? Да вряд ли.
Поезд качнулся и тихо двинулся дальше. За стеклом в кружевах инея проносились лесополосы, пробуждающиеся поля, аккуратные белые хатки. А перед моими глазами стояло улыбчивое Женькино лицо, ржаной чубчик, серо-зеленые глаза в малюсеньких крапинках, конопухами перескакивающих на щеки.

Кончилась Запорожская область. Началась Херсонская.
Долго думал, как об этом человеке поточнее сказать. Коротко и емко. Скажу так: Олег – крестьянин от Бога. Представляете, бывает еще такое: живет себе человек на селе, не пьет ни капли и даже не курит. Работает в кочегарке сельской школы и держит дома такое хозяйство, что аж закачаешься. Четыре коровы, бычок, свиньи, а уж гусей, уток и кур никто не считал. В тридцать седьмом таких раскулачивали. В нынешней Украине добивают экономически.
Когда распался колхоз, всем бывшим колхозникам выдали земельные паи. Получил пай и Олег. Херсонщина – традиционная житница. Поэтому, объединившись с кумом, долго мудрствовать не стали: решили посадить пшеницу.
Урожай в тот год выдался отменный: намолотили шестьдесят пять тонн. Да вот только дальше что с ним делать? Сдавать государству по убыточной цене, ведь закупочные цены значительно меньше вложенных средств на тракторную солярку и все прочее.
– Вот смотри, я тебе сейчас как бухгалтер на счетах посчитаю, – Олег дует на замерзшие ладони. – Молоко у меня принимают по одной гривне восемьдесят семь копийок за литр. А соляра сейчас почти шесть гривень. Примерно столько же стоит литровая пачка молока в магазине. То есть здесь все сходится как раз один к одному. Но сколько посредников наелось от пуза на пути от моей Рябинушки до магазинного прилавка?..
Помните Марка Бернеса? «Я вам не скажу за всю Одессу, вся Одесса очень велика…» Так вот. Украина тоже не Люксембург, не маленькая. Но вот за Херсонскую область сказать, наверное, смогу. Она доведена до точки кипения. Есть у людей зерно, но его нельзя реализовать. По два месяца не платят пенсий и зарплат. У того же Олега единственные наличные деньги – от сдачи молока по грабительским закупочным ценам. Зато по школам прошла директива из Киева: торжественно отметить столетний юбилей командующего УПА Романа Шухевича, по совместительству, кстати, гауптштурмфюрера СС. Президент Ющенко готов присвоить ему посмертно звание Героя Украины. Здесь, на Херсонщине, где тысячи отцов и дедов воевали и погибали в рядах Красной армии, люди говорят об этом с негодованием на всех перекрестках. Это, впрочем, вполне понятно: ведь по решению еще Нюрнбергского трибунала СС во всех своих проявлениях признана преступной организацией.
Создается впечатление, что официальный Киев и сельская глубинка находятся на разных планетах. Пафосный треп о голодоморе (действительно трагедии), но с ярко выраженным антироссийским контекстом, отключение российских телеканалов (наплевать на то, что люди хотят их смотреть), маниакальное стремление в НАТО – при том, что Южная и Восточная Украина этого не приемлет на дух. Удивительно ли, что после всех этих кульбитов рейтинг Ющенко упал практически до нулевого уровня, как стрелка манометра в перекрытом за воровство и неуплату российском транзитном газопроводе?
Скоро весна. Вместо аккуратно смазанной, заправленной и поставленной на посевную линейку сельхозтехники маячат очередные выборы. А это снова – огромные деньги, толпы наблюдателей и, как следствие, дальнейшее падение национальной валюты. Ни для кого не секрет, что Украина находится на грани дефолта.
Сойдет снег и на заброшенных, некогда изобильных хлебных полях снова, как уже не первый год, в огромном количестве появятся степные гадюки. Говорят, что им почему-то особенно нравится греться под весенним солнышком в ржавых бункерах заброшенных комбайнов. Что ж, когда с земли уходят люди, туда приползают гадюки…

Извечный вопрос. Когда я задал его Олегу, он махнул рукой и надолго задумался. Кстати говоря, он – наполовину белорус. После войны семья его отца переехала сюда, на Херсонщину, из разоренной, голодной и полусожженной Гомельской области, из-под городка с ласковым именем Калинковичи. Впрочем, зачем пересказывать, ему слово.
– Понимаешь, у меня порой создается такое впечатление, что нас всех просто хотят уничтожить, чтобы, как говорили фашисты, освободить жизненное пространство. Так, кажется? Как такое может быть, чтобы был не нужен хлеб? Это же не духи «Шанель», его же каждый день кушают и бомжи, и миллионеры. Ничего не понимаю, дурак, может… Зачем побросали всю сельхозтехнику, комбайны, трактора, сеялки? А мне, грешному, что делать в этом оранжевом бардаке? Я ведь не на паперть прошусь, я работать хочу. На земле работать. Вот наскреб денег, купил тарелку для телевизора, чтобы смотреть российские и белорусские каналы. Смотрю по «ящику» на белорусское село, прямо сердце радуется – до чего ж все здорово. Мне же еще не так много, тридцать семь лет всего, на здоровье не жалуюсь. Все чаще возникают мысли переехать в Беларусь. Батька когда-то сюда приехал, и работал здесь, и лег в эту землю. Почему бы и мне назад не поехать? Да вот только нужен ли там я кому? И жена и сестра – «за», только мама боится. Говорит, нужно приглашение из конкретного места. Может, и вправду кто пригласит?

Александр ЧУДАКОВ,
наш спецкор

Украина, Херсонская область