Под крышей толерантности

Михаил КЛЕВГАНТ




В центре станицы Орджоникидзевская в Ингушетии в ночь на 16 июля в своем доме были убиты 55-летняя учительница Людмила Терехина и ее дети. На кладбище во время похорон была взорвана самодельная бомба в гуще собравшихся людей – местных жителей. Акт неслыханной дикости! Учительница пользовалась большим уважением не только у русских, но и ингушей – своих учеников и их родителей. Они пришли с нею проститься, в чем их вина?
Происшествие расценивается властью и общественностью как акт терроризма. Названы имена предполагаемых организаторов и исполнителей. Это боевики-ваххабиты из отрядов Магомеда-Башира Албакова и Хас-Магомеда Апиева, совершивших в прошлом году серию терактов против русских в Ингушетии. Как известно, ваххабизм в России имеет особое толкование по сравнению с тем, что проповедуется на его родине в Саудовской Аравии, и отличается непримиримостью и агрессивностью по отношению к другим религиям в России и даже ветвям традиционного ислама. Этот ваххабизм считается идеологией исламского экстремизма на Кавказе и в России.
Под маской исламского экстремизма в кавказских регионах идет передел власти, собственности и сфер влияния. Но вряд ли учительница, дети, люди на кладбище имеют к этому отношение.
Целью терактов руководители республики и эксперты называют создание непреодолимых препятствий для возвращения русских в Ингушетию. По словам заместителя главы администрации Сунженского района Антонины Харсиевой, с 2004 года правительство республики начало реализовывать специальную программу по возвращению русского населения, которое вынуждено было покинуть республику в начале девяностых годов. За это время в Ингушетию вернулись около 500 человек из нескольких десятков тысяч уехавших. Они в основном жили в Сунженском районе, где была убита учительница с детьми и произошел взрыв на похоронах. До Харсиевой на ее должности была Галина Губина, которая сама стала жертвой террористов. Она тоже занималась возвращением русских в Ингушетию.
В Чечне при содействии и под контролем администрации республики также принимаются меры по возвращению русских. По распоряжению Рамзана Кадырова восстанавливаются и строятся новые православные церкви. Всего русских там пока около 4% от всего населения. Примерно такая же пропорция и в Ингушетии.
Возвращение русского населения в Ингушетию и Чечню является проблемой, которая обусловлена прежде всего безопасностью проживания и безработицей. К тому же русские семьи, покинувшие эти республики в связи с войной, уже обжились на новых местах. Впрочем, как и чеченские и ингушские семьи, переехавшие в другие регионы России в 90-е годы. Время неумолимо фиксирует ситуацию.
Проблема русских на Кавказе возникла не на пустом месте. В России беспрепятственно формируется образ русских как угнетателей-шовинистов. Отсюда и реакция. Столичные объединения народов Кавказа в Москве помалкивают по поводу событий на их родине, зато громко заявляют о себе, когда затрагиваются коммерческие интересы диаспор.