«Ну ты, Леха, даешь!...»

Если не пошел бы в космонавты, прославился бы как художник. Космические пейзажи Алексея Леонова есть даже в Третьяковской галерее. Фото: АГН «Москва»

ПУТЬ К ЗВЕЗДАМ

Весна 1965 года. Это было романтичное, полное азарта время, когда мы всегда и во всем стремились быть первыми. Американцы объявили, что их астронавт выйдет в открытый космос в начале апреля. Политбюро ЦК КПСС требовало кровь из носу опередить заокеанских конкурентов. И наши конструкторы совершили настоящее техническое чудо.

Времени на постройку специального корабля уже не было. Тогда трехместный «Восход-1» срочно переоборудовали в двухместный «Восход-2». Но шлюзовая камера, через которую, как торпеда из подводной лодки, Леонов должен был выйти в открытое пространство, все равно не помещалась. И тогда Гай Северин, гениальный конструктор авиационных катапульт, предложил простой вариант - сделать шлюзовую камеру надувной.

Все равно опасения оставались. Никто не знал, как поведет себя человек, оказавшись вне корабля один на один с бездной. Нужен был настоящий боец. Королев выбрал Леонова. Командиром экипажа назначили Павла Беляева - тоже крепкого мужика.

О том, что на орбите их ждут приключения, космонавты узнали еще до старта корабля. В день вылета на выходе из инженерного корпуса им навстречу попалась женщина. Шла по коридору и не сворачивала. Космонавтам пришлось принять в сторону.

- Ну все, командир, нахлебаемся на орбите по полной программе, - грустно пошутил Леонов.

БЕЛЫЙ СНЕГ ПУСТЫНИ

- Ух ты, а Земля и правда круглая, - вырвалось у Леонова, едва он высунулся из шлюзового окна. Сам выход наружу занял секунды. Оттолкнулся руками от внешнего среза и… поплыл. Один над бесконечной звездной пропастью. Это произошло в 11 часов 34 минуты 18 марта 1965 года.

- Земля, я «Алмаз-2». Нахожусь в космическом пространстве. Самочувствие отличное. Вижу под собой Кавказ, - докладывал он в ЦУП.

Телевидение вело прямую трансляцию. Отец космонавта Архип Алексеевич, увидев, как сын парит в бесконечности, хлопнул себя по коленке:

- Я так и знал, что Лешка что-нибудь да отмочит. Все люди как люди, а его вечно тянет куда-то.

- Алексей, - в наушниках космонавта раздался голос Брежнева. - Мы тут всем Политбюро наблюдаем, как вы там кувыркаетесь. Поскорее заканчивайте свой цирк и возвращайтесь на Землю. Мы вас очень ждем.

Он должен был пробыть в открытом пространстве двенадцать минут. На восьмой начались неприятности. Из-за разницы давления скафандр раздуло, пальцы вылезли из перчаток, ступни из сапог, он болтался в защите, как в коконе. А надо было еще суметь забраться обратно в корабль, смотав пятиметровый трос, который связывал его с кораблем.

Не посоветовавшись с Землей, космонавт сбросил давление в скафандре. Стало легче. Но тут же почувствовал, как защипало кончики пальцев. Пульс зашкаливал за двести. Температура тела подскочила до 39,5.

- В крови начал закипать азот. Страшная штука. Закупорка сосудов и мгновенная смерть. Но пронесло, - вспоминал Алексей Леонов позже.

Правда, в шлюз обратно вошел не головой, как предписывала инструкция, а ногами вперед. Чтобы закрыть люк, нужно было развернуться. Диаметр шлюза - метр двадцать. Леонов в скафандре - метр девяносто. Кое-как сложился пополам...

- Ну ты, Леха, даешь! - похлопал его по плечу Павел Беляев.

Приключения на этом не закончились. После отстрела внешней части шлюза корабль стал бешено вращаться. Потом связь пропала - «Восход» вошел в радиотень. Решение одно - отключить автоматику. В ручном режиме корабль управлялся впервые в истории космонавтики. С местом посадки промахнулись на 80 км, мягко плюхнулись в пермской тайге. Вылезли из корабля и провалилась в снег по самые плечи.

- Ночь, тайга, и две головы торчат из снега, как в «Белом солнце пустыни», - вспоминал Леонов.

ГОВОРИТ КОЛЛЕГА

Петр Климук, летчик-космонавт СССР, дважды Герой Советского Союза:

 

Фото: Владимир Веленгурин/kpmedia.ru

- Сейчас работа космонавтов в открытом пространстве стала обыденным делом. Но тогда это был настоящий подвиг, которым восхищался весь мир. В этом Леонов сродни Гагарину. Он тоже был первым. Помню, рассказывал, как они познакомились в авиационном госпитале в Сокольниках. Он тогда приехал на медкомиссию перед зачислением в отряд космонавтов. Заходит в жарко натопленную палату - сидит голый по пояс человек его лет, пижама на спинке кровати, и читает Хемингуэя. Встал и протягивает ему руку: «Давайте знакомиться. Юрий Гагарин, истребитель с Севера». «А я - Леонов Алексей, перехватчик с Юга».

Алексей Архипович любил Беларусь и не раз туда приезжал. Один раз мы вместе с ним побывали в Бресте. Посетили Брестскую крепость, святое для каждого нашего человека место, возложили цветы к мемориалу защитникам цитадели. Потом встречались с жителями города. Не обошлось и без застолий. Алексей много шутил, балагурил. Несмотря на всемирную известность, в нем совершенно не было какого-то апломба. Добрый, открытый, он легко, запросто общался с простыми людьми. Всегда болел за нашу пилотируемую космонавтику, для которой столько сделал.

СУДЬБА

ДАЖЕ ПУЛИ НЕ БРАЛИ

«Везунчик» - такое прозвище было у него в отряде.

Еще летчиком он умудрился посадить истребитель с отказавшим управлением. Шасси не вышли.

Прыгать нельзя - земля близко. Выход один - садиться на брюхо. Брызнул сноп искр, когда фюзеляж заскрежетал по бетонке. Но все обошлось.

Обошлось, и когда он в кортеже Брежнева ехал в Кремль получать правительственную награду. У Боровицких ворот из толпы выскочил человек в милицейской форме и открыл стрельбу по машине. Стрелял с двух рук в лоб. Был уверен, что авто генсека идет в кортеже вторым, но в нем как раз ехал Леонов. Позже эксперты-баллистики просчитали: две пули непременно должны были попасть в космонавта, но каким-то непостижимым образом изменили траекторию.

Третий раз - это «Союз-11». Леонов должен был лететь командиром. Но за день до старта врачи обнаружили проблему у Валерия Кубасова. Полетели дублеры - Волков, Добровольский, Пацаев. Уже при спуске корабля на Землю раскрылся клапан дыхательной вентиляции. Какой-то слесарь дядя Вася не докрутил его при сборке. Скафандров на них не было. Смерть наступила мгновенно.

- Когда я приехал на место посадки, они были еще теплыми, - вспоминал Леонов.

Он же первым из советских космонавтов должен был ступить на поверхность Луны раньше американцев. Все было готово. Но умирает Королев, а у сменивших его руководителей, считал Леонов, не хватило смелости осуществить дерзкий проект.

С Кубасовым они все же слетали. В июле 1975-го. Легендарный проект «Союз-Апполон». Леонов, командир советского корабля, первым после стыковки протянул руку американскому коллеге Томасу Стаффорду. Две сверхдержавы, на Земле грозившие друг другу ядерными дубинами, вдруг подружились в космосе. Тем историческим рукопожатием Леонов заложил основы международного сотрудничества в космосе, которое в наши дни продолжается на МКС.

ТАЛАНТ ВО ВСЕМ

Космический Левитан

«Моя судьба - это я сам», - этот жизненный девиз он придумал себе еще мальчишкой в Кемерове. Восьмой ребенок в простой семье, здорово рисовал и мечтал стать художником, пока не встретил случайно настоящего боевого летчика. Тот приехал к родне на майские праздники. Лешка ходил за ним по пятам.

- Ты чего привязался, пацан? - раздраженно спросил летун.

- Хочу быть таким же, как вы, - ответил Лешка, заплакав.

- Подрастешь, поступай в училище, будем вместе летать.

После войны семья переехала в Калининград. Он еще колебался, кем быть. В десятом классе поехал показать свои рисунки в художественное училище в Ригу. Ректора работы впечатлили: «Считайте себя нашим студентом. Оканчивайте школу и приезжайте». И опять - случай. Разговорился с одним из студентов: общежитие, оказывается, только с третьего курса, а снять комнату в Риге - 500 рублей. Такие деньги семья не потянет. Все - решил бесповоротно стать летчиком и по комсомольскому набору поехал в авиашколу в Кременчуге.

Но страсть к живописи осталась с ним на всю жизнь. Леонов - космический Левитан. Его звездные пейзажи не заменит никакая фотография. Потому что в них - душа человека, впервые взглянувшего на Землю не через иллюминатор космического корабля, а своими глазами.