Будаки на Волге
Откуда взялись белорусские деревни в центре России
В таком наряде было не стыдно появиться хоть в церкви, хоть на ярмарке. Фото: Роман Игнатьев.
ТАК ОКРЕСТИЛИ МЕСТНЫЕ КРЕСТЬЯНЕ
- Добры дзень! - с едва уловимым акцентом приветствуют нас собравшиеся жители села Елфимова. - Как дайехали? Не застряли в наших калужинах?
Сразу становится понятно, что мы прибыли по адресу. Нижегородская область считается одной из самых многонациональных в России. Кого здесь только нет: русские, татары, чуваши, мордва, немцы - всех и не перечислить. Однако лишь единицы знают о том, что вот уже четыреста лет на территории этого региона бережно хранят традиции своего народа и переселенцы из Беларуси.
Три небольших села - Елфимово, Красная поляна и Белецкое - расположены на самой окраине Лукояновского района. От Нижнего Новгорода на машине до них ровно три часа, и то по хорошей погоде. Учитывая, что угодили в самый разгар осенней распутицы, последний километр пришлось проделать пешком - в противном случае машина намертво бы застряла в непролазной грязи.
Первым делом нас ведут в крохотный краеведческий музей - жители села приносят сюда все, что имеет отношение к их истории.
- В середине XVII века эти земли в Лукояновском уезде передали видному боярину Борису Морозову, - рассказывает сотрудник местной администрации Галина Кинешова, показывая «Свидетельство о рождении села Елфимово». - Он и переселил сюда жителей белорусского Полесья. В то время тут были сплошные леса, и он из древесной золы наладил производство поташа - карбоната калия. Здесь начали выжигать огромные участки леса - буды, а самих наших предков местные крестьяне окрестили будаками. Потом от Елфимова отпочковались села Красная поляна и Белецкое.
СЕКРЕТ РАСКРЫЛ ВЛАДИМИР ДАЛЬ
Долгое время происхождение будаков оставалось тайной. На все вопросы о диковинном наречии и наряде елфимовцев жители окрестных сел только отмахивались: «Дык это будаки».
Разгадать, что за будаки такие, взялся знаменитый русский филолог Владимир Даль. Едва услышав замысловатую речь переселенцев, он воскликнул: «Да это же мензелинская шляхта!» По его просьбе поисками в архивах занялся писатель Павел Мельников-Печерский. Спустя некоторое время удалось отыскать сведения о переселении в эти земли «литвы» - так в те времена называли белорусов, живущих в Великом княжестве Литовском. Правда, каких-то серьезных исследований об этих переселениях не проводилось - историки и сейчас только разводят руками.
НАРЯДЫ ПОЛЕССКИХ ПРАБАБУШЕК
Сами будаки все свои знания черпают из рассказов своих старейшин.
- Вот в этом костюме моя бабушка выходила замуж, - с гордостью примеряет вышитый наряд Раиса Лезова. - Ему больше ста лет. Можно считать его исконно будацким: вышитая кофта, юбка, передник с орнаментом и платок. В таком было не стыдно появиться хоть в церкви, хоть на ярмарке.
Глядя на этот костюм, невозможно не узнать белорусские мотивы - та же вышивка, тот же орнамент на фартуке. Спустя 400 лет он почти точь-в-точь совпадает с нарядом любой полесской красавицы XVII века.
В крохотном музее очень гармонично переплетены Россия и Беларусь: на столе примостился русский самовар, рядом белорусский рушник... Кажется, время здесь остановилось.
- Мы-то уже не так хорошо помним наши традиции, - сетует Галина Кинешова. - Надо было наших бабушек внимательно слушать, записывать за ними. А нам все некогда - дом, семья, работа.
Сейчас жителей в деревне уже не так много - чуть больше двухсот человек. В ближайших селах - Красной поляне и Белецком - и того меньше.
- Работы в селе почти не осталось, молодежь уезжает, - объясняют елфимовцы. - Но всем своим детям мы с малолетства объясняем, что они - потомки белорусских переселенцев.
Только так можно сохранить свою культуру. Мы и за новостями из Беларуси всегда с особенным трепетом следим - родина же!
«Крыжачок» и «семеновну» танцевали всем селом!
Журналисты «СВ» заглянули в гости к одной из старейших жительниц села - 85-летней Марии Мокрецовой.
По дороге замечаем, что в деревне практически нет деревьев - вокруг сплошные поля и степи.
- Это все из-за выжженных буд, - объяснили местные жители. - Со времен поташного производства деревья в округе так и не выросли.
Сам домик Марии Захаровны тоже словно перенесен в наши дни из другого столетия. Прямо среди избы - большая русская печь, вышитые рушники на божничке, застеленная покрывалом старинная кровать.
- Это я еще в дяучонках вышивала, - смеется старушка. - Мы ведь раньше весело жили - выйдем, бывало, всем сялом - русскую «Семеновну» танцуем и белорусский «Крыжачок». Даже старинная гармошка мужнина сохранилась. Сыграешь, Вась? Пускай ряубята послушают!
81-летний Василий Рогов, сосед Марии Захаровны, с удовольствием берет выцветший инструмент и наигрывает «Крыжачок». Расстроенная гармонь слегка поскрипывает и похрипывает.
- Захаровна, скажи, что сразу хочется пуститься в пляс! - крикнул соседке Василий.
Бойкая бабушка Маруся, притопывая в такт, шуршала на кухне.
- Некогда скакаць. Надобно потчевать гасцей. Сейчас чаю налью. У меня тут яшчэ бураки замочены, щи собралась варить.
- Бураки? А это что?
- Да свекла это наша, будацкая. Особый сорт - не красная, а белая с розовыми прожилками, - объяснил Василий. - Мы ее на несколько дней замачиваем, и когда она совсем размякнет, добавляем вместе с капустой в суп.
- Борщ? - облизнулся голодный фотокорреспондент.
- У нас это щами величают!
- А еще у нас в селе всегда пекли польские пироги с маком - маковцы называются, - оживилась Мария Захаровна. - Вот таки-и-ие кадушки с маком всегда стояли! Бывало, натолчешь его, с сахаром смешаешь - вот и начинка. А сейчас мака не достанешь. Остались мы без любимых пирогов.
- Сюда переселяли всех, кто жил в Великом княжестве Литовском - белорусов, поляков, украинцев. Вот и смешалось все - так и живем. Приезжайте в гости, - позвали Василий да Мария. - Вместе споем-спляшем, поедим щей!
Словарик нижегородских полешуков
Мама старенькая - бабушка
Йон - он
Утиральник - полотенце
Шпалеры - обои
Бураки - свекла
Коник - кровать
Махры - бахрома
Горожа - изгородь
Капаруля, капарулька - мотыга, тяпка
ТАК ОКРЕСТИЛИ МЕСТНЫЕ КРЕСТЬЯНЕ
- Добры дзень! - с едва уловимым акцентом приветствуют нас собравшиеся жители села Елфимова. - Как дайехали? Не застряли в наших калужинах?
Сразу становится понятно, что мы прибыли по адресу. Нижегородская область считается одной из самых многонациональных в России. Кого здесь только нет: русские, татары, чуваши, мордва, немцы - всех и не перечислить. Однако лишь единицы знают о том, что вот уже четыреста лет на территории этого региона бережно хранят традиции своего народа и переселенцы из Беларуси.
Три небольших села - Елфимово, Красная поляна и Белецкое - расположены на самой окраине Лукояновского района. От Нижнего Новгорода на машине до них ровно три часа, и то по хорошей погоде. Учитывая, что угодили в самый разгар осенней распутицы, последний километр пришлось проделать пешком - в противном случае машина намертво бы застряла в непролазной грязи.
Первым делом нас ведут в крохотный краеведческий музей - жители села приносят сюда все, что имеет отношение к их истории.
- В середине XVII века эти земли в Лукояновском уезде передали видному боярину Борису Морозову, - рассказывает сотрудник местной администрации Галина Кинешова, показывая «Свидетельство о рождении села Елфимово». - Он и переселил сюда жителей белорусского Полесья. В то время тут были сплошные леса, и он из древесной золы наладил производство поташа - карбоната калия. Здесь начали выжигать огромные участки леса - буды, а самих наших предков местные крестьяне окрестили будаками. Потом от Елфимова отпочковались села Красная поляна и Белецкое.
81-летний Василий Рогов с гармонью-первый парень на деревне. Фото: Роман Игнатьев.
СЕКРЕТ РАСКРЫЛ ВЛАДИМИР ДАЛЬ
Долгое время происхождение будаков оставалось тайной. На все вопросы о диковинном наречии и наряде елфимовцев жители окрестных сел только отмахивались: «Дык это будаки».
Разгадать, что за будаки такие, взялся знаменитый русский филолог Владимир Даль. Едва услышав замысловатую речь переселенцев, он воскликнул: «Да это же мензелинская шляхта!» По его просьбе поисками в архивах занялся писатель Павел Мельников-Печерский. Спустя некоторое время удалось отыскать сведения о переселении в эти земли «литвы» - так в те времена называли белорусов, живущих в Великом княжестве Литовском. Правда, каких-то серьезных исследований об этих переселениях не проводилось - историки и сейчас только разводят руками.
НАРЯДЫ ПОЛЕССКИХ ПРАБАБУШЕК
Сами будаки все свои знания черпают из рассказов своих старейшин.
- Вот в этом костюме моя бабушка выходила замуж, - с гордостью примеряет вышитый наряд Раиса Лезова. - Ему больше ста лет. Можно считать его исконно будацким: вышитая кофта, юбка, передник с орнаментом и платок. В таком было не стыдно появиться хоть в церкви, хоть на ярмарке.
Глядя на этот костюм, невозможно не узнать белорусские мотивы - та же вышивка, тот же орнамент на фартуке. Спустя 400 лет он почти точь-в-точь совпадает с нарядом любой полесской красавицы XVII века.
В крохотном музее очень гармонично переплетены Россия и Беларусь: на столе примостился русский самовар, рядом белорусский рушник... Кажется, время здесь остановилось.
- Мы-то уже не так хорошо помним наши традиции, - сетует Галина Кинешова. - Надо было наших бабушек внимательно слушать, записывать за ними. А нам все некогда - дом, семья, работа.
Сейчас жителей в деревне уже не так много - чуть больше двухсот человек. В ближайших селах - Красной поляне и Белецком - и того меньше.
- Работы в селе почти не осталось, молодежь уезжает, - объясняют елфимовцы. - Но всем своим детям мы с малолетства объясняем, что они - потомки белорусских переселенцев.
Только так можно сохранить свою культуру. Мы и за новостями из Беларуси всегда с особенным трепетом следим - родина же!
В каждой здесь готовят исконное будацкое блюдо - щи из бураков. Фото: Роман Игнатьев.
«Крыжачок» и «семеновну» танцевали всем селом!
Журналисты «СВ» заглянули в гости к одной из старейших жительниц села - 85-летней Марии Мокрецовой.
По дороге замечаем, что в деревне практически нет деревьев - вокруг сплошные поля и степи.
- Это все из-за выжженных буд, - объяснили местные жители. - Со времен поташного производства деревья в округе так и не выросли.
Сам домик Марии Захаровны тоже словно перенесен в наши дни из другого столетия. Прямо среди избы - большая русская печь, вышитые рушники на божничке, застеленная покрывалом старинная кровать.
- Это я еще в дяучонках вышивала, - смеется старушка. - Мы ведь раньше весело жили - выйдем, бывало, всем сялом - русскую «Семеновну» танцуем и белорусский «Крыжачок». Даже старинная гармошка мужнина сохранилась. Сыграешь, Вась? Пускай ряубята послушают!
81-летний Василий Рогов, сосед Марии Захаровны, с удовольствием берет выцветший инструмент и наигрывает «Крыжачок». Расстроенная гармонь слегка поскрипывает и похрипывает.
- Захаровна, скажи, что сразу хочется пуститься в пляс! - крикнул соседке Василий.
Бойкая бабушка Маруся, притопывая в такт, шуршала на кухне.
- Некогда скакаць. Надобно потчевать гасцей. Сейчас чаю налью. У меня тут яшчэ бураки замочены, щи собралась варить.
- Бураки? А это что?
- Да свекла это наша, будацкая. Особый сорт - не красная, а белая с розовыми прожилками, - объяснил Василий. - Мы ее на несколько дней замачиваем, и когда она совсем размякнет, добавляем вместе с капустой в суп.
- Борщ? - облизнулся голодный фотокорреспондент.
- У нас это щами величают!
- А еще у нас в селе всегда пекли польские пироги с маком - маковцы называются, - оживилась Мария Захаровна. - Вот таки-и-ие кадушки с маком всегда стояли! Бывало, натолчешь его, с сахаром смешаешь - вот и начинка. А сейчас мака не достанешь. Остались мы без любимых пирогов.
- Сюда переселяли всех, кто жил в Великом княжестве Литовском - белорусов, поляков, украинцев. Вот и смешалось все - так и живем. Приезжайте в гости, - позвали Василий да Мария. - Вместе споем-спляшем, поедим щей!
Словарик нижегородских полешуков
Мама старенькая - бабушка
Йон - он
Утиральник - полотенце
Шпалеры - обои
Бураки - свекла
Коник - кровать
Махры - бахрома
Горожа - изгородь
Капаруля, капарулька - мотыга, тяпка
вк
ок
youtube
telegram
ru–by
MAX
