Недетская печаль

«Это были 872 дня в «каменном мешке». Голод, холод, звук метронома и зловещий вой метели за окном, на пустынных улицах. Город замер, словно уснул тяжелым и болезненным сном. Хрупкая девочка-подросток, я таскала с Невы тяжелые ведра с водой: мама была уже так слаба, что не могла встать. Стояла в очереди за заветными 125 граммами хлеба. Однажды в очереди меня грубо оттолкнули, и прямо перед моим носом мой паек выхватил какой-то обезумевший парень и сразу хлеб запихнул в рот. Я шла домой заплаканная, не о себе переживая – о голодной маме. Мы выживали как могли, боролись не за себя – за близких», – так вспоминала блокадные дни уроженка Ленинграда Мария Давыдовна Ягодницына, с которой мы несколько лет назад случайно встретились в Минске. Ее слова – самые бесценные исторические свидетельства…
     
Очень хочется надеяться на то, что сегодня Мария Давыдовна жива и здорова. У таких людей нужно учиться стойкости и мужеству. Сколько было таких девочек и мальчиков, мужчин и женщин, бабушек и дедушек? И как мало их дожило до сегодняшних дней, чтобы рассказать нам ту страшную быль.
     
Сегодня в Санкт-Петербурге, снова пленяющем своей красотой туристов со всего мира, о тех суровых днях напоминают отреставрированные, как артефакты, таблички на стенах домов: «Граждане! При артобстреле эта сторона улицы наиболее опасна». А еще печальные серые лики на барельефах Пискаревского мемориального кладбища. И, конечно же, многочисленные монументы, среди которых – страшная «Вагонетка» на территории Московского парка Победы – на таких повозках транспортировали умерших в крематории…
     
За время блокады Ленинград потерял около полутора миллиона своих жителей. Это больше, чем потеряла Великобритания за все годы Второй мировой войны. Еще столько же было эвакуировано либо авиацией, либо по «Дороге жизни». Эта единственная транспортная артерия через Ладожское озеро, связывавшая «каменный мешок» с Большой землей, была ниточкой надежды. По ней шли грузовики с хлебом. Зимой на одной из «полуторок» в общей колонне возил хлеб для голодающих ленинградцев и мой прадед. Дорогу то и дело обстреливали и забрасывали бомбами, машины проваливались, ценный груз тонул.
     
Самым страшным было то, что в те дни смерть стала повседневным явлением, к которому постепенно привыкали. Человек, падающий на улице без чувств или вовсе умерший, уже никого не удивлял. Каждый понимал, что не сегодня, так завтра его может ожидать та же участь.
     
Но даже в то суровое время город на Неве подтверждал свое звание «культурной столицы». Работали библиотеки, шли концерты. По радио в стихах обращалась к ленинградцам, призывая их стоять до конца, поэтесса Ольга Берггольц. А в августе 1942 года в филармонии была впервые исполнена знаменитая «Симфония №7» Дмитрия Шостаковича, ставшая гимном мужеству Ленинграда. В храмах служили заутрени – под грохот разрывавшихся снарядов. Были приняты экстренные меры по маскировке памятников истории и культуры от вражеских обстрелов. Правда, серьезно пострадали достопримечательности пригородов, находившиеся в непосредственной близости от линии фронта: сгорели дворец в Павловске и Большой Екатерининский дворец в Царском Селе, Феодоровский Государев собор получил пробоину, а Янтарная комната бесследно исчезла…
     
Из Всесоюзного института растениеводства, в котором хранился огромный селекционный фонд семян, за время блокады не исчезло ни одного экспоната. Сотрудники института погибли от голода, сохранив эти жизненно важные образцы в надежде на скорую победу и последующее восстановление сельского хозяйства страны.
     
Весной 1942 года началось постепенное восстановление коммунальных служб и работы предприятий, по улицам снова пустили трамваи. Уже через год предприятия Ленинграда перешли на выпуск продукции мирного времени – и вот на прилавках уже появились конфеты «Мишки на севере».
 
В это же время вокруг города вырастают новые мощные укрепления, активизируется контрбатарейная борьба. В январе 1943 года кольцо блокады было прорвано, но противник снова укреплял рубежи – на южных подступах к Ленинграду… И вот грянул «Январский гром» – именно так называлась операция, в результате которой была полностью снята осада. Вечером 27 января 1944 года в небе над героически выстоявшим городом прогремели 24 победных артиллерийских залпа.
     
…Уже в наши дни такие же блокадники, как Мария Давыдовна Ягодницына, детьми пережившие с Ленинградом его самые тяжелые годы, издали сборник своих воспоминаний. «И этой недетской печали нам хватит на тысячу лет» – так он был назван. Невероятно точные слова. Действительно, в глубине души каждого жителя города на Неве, от мала до велика, живет эта недетская печаль. А значит, живет и память обо всех, кому не довелось увидеть, как сегодня сияет золотом купол Исакия, по Неве идут корабли, туристы загадывают желания, кидая монетки в Чижика-пыжика, и резвятся дети у фонтанов Петергофа...