Фармацея: к какому берегу плыть?
В мае прошлого года в Республике Беларусь была создана Фармацевтическая ассоциация (ФА) – объединение негосударственных аптечных сетей страны. О целях и задачах нового объединения «СВ» попросила рассказать его председателя Валерия Лекторова. Валерий Николаевич – кандидат медицинских наук, хирург высшей категории, являлся депутатом Палаты представителей Республики Беларусь трех созывов, членом Парламентского Собрания Беларуси и России.
В мае прошлого года в Республике Беларусь была создана Фармацевтическая ассоциация (ФА) – объединение негосударственных аптечных сетей страны. О целях и задачах нового объединения «СВ» попросила рассказать его председателя Валерия Лекторова. Валерий Николаевич – кандидат медицинских наук, хирург высшей категории, являлся депутатом Палаты представителей Республики Беларусь трех созывов, членом Парламентского Собрания Беларуси и России.
– Валерий Николаевич, кого представляет ваша ассоциация?
– Ассоциация представляет и защищает интересы фармацевтических дистрибьюторов и частных аптечных сетей в РБ. В ней 20 членов, аптечная сеть которых состоит из 300 аптек.
Институт ассоциаций в Республике Беларусь – дело достаточно новое, поэтому подчас даже высокообразованные руководители фармацевтических предприятий не до конца понимают необходимость объединения, пытаясь решить возникающие проблемы самостоятельно. Но сегодняшняя ситуация на фармацевтическом рынке со слишком жесткими лицензионными требованиями, с большим дефицитом кадров, завышенными ставками арендных плат и, как следствие, убыточной деятельностью аптечных сетей показывает, что далеко не все вопросы можно решить самостоятельно, что объединение для лоббирования своих интересов в целом необходимо.
– Валерий Николаевич, почему именно вы, практический врач, стали председателем ФА?
– Возглавить ФА мне предложили учредители частных аптек, и я согласился. Согласился потому, что у меня действительно немалый практический опыт работы, начиная с медбрата, врача-хирурга в течение 40 лет, руководителя управления здравоохранения области, депутата всех уровней, и понимание того, что в государстве должна быть разумная гармония между частной и государственной формами собственности.
Работая в свое время хирургом и начальником областного управления здравоохранения, мне часто приходилось заниматься проблемами лекарственного обеспечения. Возглавляя в Палате представителей Республики Беларусь комиссию по охране здоровья, физической культуре, делам семьи и молодежи, мне довелось непосредственно работать над законом «О лекарственных средствах», а затем и представлять его парламенту. Так что с фармацевтической отраслью я знаком, как говорится, не понаслышке.
– Говорят, что фармацевты, даже начинающие, получают зарплату в 3-4 раза большую, чем врачи. Это так?
– Да, сегодня фармацевты нередко получают зарплату большую, чем доктора. Но такие их высокие зарплаты вызваны в первую очередь острой нехваткой кадров в отрасли. Пользуясь этой ситуацией, специалисты предъявляют завышенные требования к нанимателям. Это приводит к отсутствию конкуренции на фармацевтическом рынке труда, а значит, и к снижению качества работы специалистов – в такой ситуации у них нет стимула для получения дополнительных знаний и корпоративной работы в коллективе.
Конечно, такая диспропорция в зарплатах несправедлива, но государство сегодня готовит кадры, только для государственной системы фармацеи, создавая для нее всевозможные преференции, совершенно не заботясь о частном секторе.
А между тем частная сеть, которая последние шестнадцать лет развивается очень интенсивно, уже превышает государственную. Отсюда и острый дефицит кадров (как провизоров, так и фармацевтов), которые сегодня бегают из одной сети в другую, ища более высокую зарплату. А это, наряду с высокой платой за аренду, коммунальные услуги, охранную сигнализацию, одна из составляющих цены на медикаменты. В результате рентабельность в аптечной сети сегодня равна нулю, а у некоторых она даже минусовая!
Хорошо зная всю технологическую цепь в нашей фармацевтической отрасли, хочу сказать, что проблем много в каждом звене. Но кадровая проблема на первом месте! Не секрет, что в медицинский колледж на специальность среднего специалиста поступают, как, правило, выпускники школ с низкими баллами. Они 2,5 года с трудом учатся, заполняя свои школьные пробелы в знаниях, и выпускаются слабо подготовленными специалистами. Но из-за дефицита кадров они востребованы и поэтому сразу требуют высокую зарплату.
– Ваша ассоциация может как-то повлиять на эти проблемы?
– Трудно решить проблемы, которые копились и не решались годами. Я постоянно встречаюсь по этому вопросу с министром здравоохранения В.И. Жарко, веду переписку с Министерством здравоохранения, внося конкретные предложения. Министр обеспокоен этими проблемами и пытается их решить, и сегодня я надеюсь только на его понимание и помощь.
– А как вы прокомментируете сегодняшний уровень цен на лекарства в аптеках?
– Стоимость лекарств в стране регулируется постановлениями Совета министров и другими законодательными актами, которыми предусмотрены оптимальные наценки, как оптовые, так и розничные. Поэтому цена на лекарство меняется только при изменении курса корзины валют. А так как более 50% лекарственных средств импортные, и даже те, которые производятся белорусскими заводами, на 90% состоят из импортного сырья, то любое колебание курса валют приводит к колебанию цен. При этом хотел бы подчеркнуть, что аптечные сети ФА и во время девальвации белорусского рубля не допустили ни одного необоснованного повышения цен, ведут себя очень корректно и порядочно, понимая социальную значимость своей работы.
– Давно и долго идет спор, каким препаратам лучше отдавать предпочтение? Импортным или белорусским, оригинальным или дженерикам – лекарствам непатентованным, но аналогичным оригинальным? Вы как считаете?
– Вопрос действительно непростой. Создание оригинальных препаратов (от поиска молекулы до готовой формы, включая клинические испытания и прочие экспертизы) – дело сложное и требующее больших финансовых затрат. Иностранные производители утверждают, что новое лекарство обходится им в
1 миллиард долларов (правда, российские специалисты считают, что это очень завышенные цифры, их оценки – от 10 до 60 миллионов долларов). Поэтому и продают свои оригинальные лекарства по очень высоким ценам, особенно для лечения онкологических и других тяжелых заболеваний.
И если препараты, которые нужны людям и молекула которых известна всем и запатентовать ее уже невозможно, то производители, естественно, не будут над ней работать, так как уже не смогут на этом прилично заработать. Все ждут, когда кончится срок патентной защиты на оригинальный препарат, и тогда начинают производить дженерики, которые дешевле в 3-5 раз. Они к тому же и более безопасны, потому что оригинальные лекарства применяются длительное время, что дает возможность выявить все их негативные стороны.
Но чтобы дженерики были идентичны оригиналу, надо выдержать все стандарты надлежащей производственной практики (GMP) на всех участках производственного процесса. Иначе нельзя получить эффективный препарат, равный оригинальному, тем более что клинические испытания при выпуске дженериков проводить необязательно.
Тем не менее, чтобы уйти от импорта по многим лекарственным средствам, надо проводить и свои серьезные инновационные исследования. Производители должны конкурировать друг с другом, а не производить лекарства одних и тех же наименований.
– Есть у нас такая конкуренция?
– Конкуренции у нас нет и, судя по всему, в ближайшее время не будет, так как все, что производят наши предприятия, с ходу закупается на бюджетные деньги и продается в госпитальные учреждения без тендеров.
– Ваше мнение о сегодняшних экономических проблемах?
– Я хорошо помню 1994-1996 годы, когда в здравоохранении средняя зарплата составляла около 40 долларов, не хватало перевязочного материала, пеленок для новорожденных, лекарств, и близко не было такого современного медицинского оборудования, какое имеем сегодня, и мы не только выжили, но сделали настоящий прорыв в медицине! Поэтому переживем и эти времена, ведь резервы у нас большие. Но для этого, разумеется, всем надо работать, работать и работать. Надо дать возможность без помех развиваться частному бизнесу. Страна тогда будет жить хорошо, когда все члены общества будут получать не заработную, а заработанную плату за свой труд.
А государство в первую очередь должно поддерживать детей и инвалидов, ставших таковыми вследствие заболеваний, не связанных с вредными привычками – курением, алкоголем...
Алесь
ГИБОК-ГИБКОВСКИЙ
– Валерий Николаевич, кого представляет ваша ассоциация?
– Ассоциация представляет и защищает интересы фармацевтических дистрибьюторов и частных аптечных сетей в РБ. В ней 20 членов, аптечная сеть которых состоит из 300 аптек.
Институт ассоциаций в Республике Беларусь – дело достаточно новое, поэтому подчас даже высокообразованные руководители фармацевтических предприятий не до конца понимают необходимость объединения, пытаясь решить возникающие проблемы самостоятельно. Но сегодняшняя ситуация на фармацевтическом рынке со слишком жесткими лицензионными требованиями, с большим дефицитом кадров, завышенными ставками арендных плат и, как следствие, убыточной деятельностью аптечных сетей показывает, что далеко не все вопросы можно решить самостоятельно, что объединение для лоббирования своих интересов в целом необходимо.
– Валерий Николаевич, почему именно вы, практический врач, стали председателем ФА?
– Возглавить ФА мне предложили учредители частных аптек, и я согласился. Согласился потому, что у меня действительно немалый практический опыт работы, начиная с медбрата, врача-хирурга в течение 40 лет, руководителя управления здравоохранения области, депутата всех уровней, и понимание того, что в государстве должна быть разумная гармония между частной и государственной формами собственности.
Работая в свое время хирургом и начальником областного управления здравоохранения, мне часто приходилось заниматься проблемами лекарственного обеспечения. Возглавляя в Палате представителей Республики Беларусь комиссию по охране здоровья, физической культуре, делам семьи и молодежи, мне довелось непосредственно работать над законом «О лекарственных средствах», а затем и представлять его парламенту. Так что с фармацевтической отраслью я знаком, как говорится, не понаслышке.
– Говорят, что фармацевты, даже начинающие, получают зарплату в 3-4 раза большую, чем врачи. Это так?
– Да, сегодня фармацевты нередко получают зарплату большую, чем доктора. Но такие их высокие зарплаты вызваны в первую очередь острой нехваткой кадров в отрасли. Пользуясь этой ситуацией, специалисты предъявляют завышенные требования к нанимателям. Это приводит к отсутствию конкуренции на фармацевтическом рынке труда, а значит, и к снижению качества работы специалистов – в такой ситуации у них нет стимула для получения дополнительных знаний и корпоративной работы в коллективе.
Конечно, такая диспропорция в зарплатах несправедлива, но государство сегодня готовит кадры, только для государственной системы фармацеи, создавая для нее всевозможные преференции, совершенно не заботясь о частном секторе.
А между тем частная сеть, которая последние шестнадцать лет развивается очень интенсивно, уже превышает государственную. Отсюда и острый дефицит кадров (как провизоров, так и фармацевтов), которые сегодня бегают из одной сети в другую, ища более высокую зарплату. А это, наряду с высокой платой за аренду, коммунальные услуги, охранную сигнализацию, одна из составляющих цены на медикаменты. В результате рентабельность в аптечной сети сегодня равна нулю, а у некоторых она даже минусовая!
Хорошо зная всю технологическую цепь в нашей фармацевтической отрасли, хочу сказать, что проблем много в каждом звене. Но кадровая проблема на первом месте! Не секрет, что в медицинский колледж на специальность среднего специалиста поступают, как, правило, выпускники школ с низкими баллами. Они 2,5 года с трудом учатся, заполняя свои школьные пробелы в знаниях, и выпускаются слабо подготовленными специалистами. Но из-за дефицита кадров они востребованы и поэтому сразу требуют высокую зарплату.
– Ваша ассоциация может как-то повлиять на эти проблемы?
– Трудно решить проблемы, которые копились и не решались годами. Я постоянно встречаюсь по этому вопросу с министром здравоохранения В.И. Жарко, веду переписку с Министерством здравоохранения, внося конкретные предложения. Министр обеспокоен этими проблемами и пытается их решить, и сегодня я надеюсь только на его понимание и помощь.
– А как вы прокомментируете сегодняшний уровень цен на лекарства в аптеках?
– Стоимость лекарств в стране регулируется постановлениями Совета министров и другими законодательными актами, которыми предусмотрены оптимальные наценки, как оптовые, так и розничные. Поэтому цена на лекарство меняется только при изменении курса корзины валют. А так как более 50% лекарственных средств импортные, и даже те, которые производятся белорусскими заводами, на 90% состоят из импортного сырья, то любое колебание курса валют приводит к колебанию цен. При этом хотел бы подчеркнуть, что аптечные сети ФА и во время девальвации белорусского рубля не допустили ни одного необоснованного повышения цен, ведут себя очень корректно и порядочно, понимая социальную значимость своей работы.
– Давно и долго идет спор, каким препаратам лучше отдавать предпочтение? Импортным или белорусским, оригинальным или дженерикам – лекарствам непатентованным, но аналогичным оригинальным? Вы как считаете?
– Вопрос действительно непростой. Создание оригинальных препаратов (от поиска молекулы до готовой формы, включая клинические испытания и прочие экспертизы) – дело сложное и требующее больших финансовых затрат. Иностранные производители утверждают, что новое лекарство обходится им в
1 миллиард долларов (правда, российские специалисты считают, что это очень завышенные цифры, их оценки – от 10 до 60 миллионов долларов). Поэтому и продают свои оригинальные лекарства по очень высоким ценам, особенно для лечения онкологических и других тяжелых заболеваний.
И если препараты, которые нужны людям и молекула которых известна всем и запатентовать ее уже невозможно, то производители, естественно, не будут над ней работать, так как уже не смогут на этом прилично заработать. Все ждут, когда кончится срок патентной защиты на оригинальный препарат, и тогда начинают производить дженерики, которые дешевле в 3-5 раз. Они к тому же и более безопасны, потому что оригинальные лекарства применяются длительное время, что дает возможность выявить все их негативные стороны.
Но чтобы дженерики были идентичны оригиналу, надо выдержать все стандарты надлежащей производственной практики (GMP) на всех участках производственного процесса. Иначе нельзя получить эффективный препарат, равный оригинальному, тем более что клинические испытания при выпуске дженериков проводить необязательно.
Тем не менее, чтобы уйти от импорта по многим лекарственным средствам, надо проводить и свои серьезные инновационные исследования. Производители должны конкурировать друг с другом, а не производить лекарства одних и тех же наименований.
– Есть у нас такая конкуренция?
– Конкуренции у нас нет и, судя по всему, в ближайшее время не будет, так как все, что производят наши предприятия, с ходу закупается на бюджетные деньги и продается в госпитальные учреждения без тендеров.
– Ваше мнение о сегодняшних экономических проблемах?
– Я хорошо помню 1994-1996 годы, когда в здравоохранении средняя зарплата составляла около 40 долларов, не хватало перевязочного материала, пеленок для новорожденных, лекарств, и близко не было такого современного медицинского оборудования, какое имеем сегодня, и мы не только выжили, но сделали настоящий прорыв в медицине! Поэтому переживем и эти времена, ведь резервы у нас большие. Но для этого, разумеется, всем надо работать, работать и работать. Надо дать возможность без помех развиваться частному бизнесу. Страна тогда будет жить хорошо, когда все члены общества будут получать не заработную, а заработанную плату за свой труд.
А государство в первую очередь должно поддерживать детей и инвалидов, ставших таковыми вследствие заболеваний, не связанных с вредными привычками – курением, алкоголем...
Алесь
ГИБОК-ГИБКОВСКИЙ
вк
ок
youtube
telegram
ru–by
MAX
