Неизвестный Освенцим: о чем узники лагеря смерти молчали 70 лет

Утром 27 января 1945 года 16-летний Женя Ковалев проснулся на втором ярусе нар блока № 32 концентрационного лагеря Освенцим от жгучего чувства голода. Ждать завтрака — кружки чая — было невыносимо трудно. Вокруг было непривычно тихо — ни лая овчарок, ни окриков охраны не было слышно, потом на глаза навалилась пелена.
«Это, наверное, был голодный обморок. Когда я очнулся, в бараке никого не было, я осторожно выглянул на улицу. Толпы людей ходили из стороны в сторону. Это было не по правилам. Я испугался, особенно от того, что среди полосатых роб мне почудились люди в форме Красной армии и при оружии», — вспоминает сегодня бывший узник Освенцима № 149568 Евгений Филиппович Ковалев.
Сегодня 87-летнему мужчине воспоминания даже о дне освобождения Освенцима даются с большим трудом. Долгих 20 лет он исправно ходил на встречи с детьми в московскую школу № 1094, в которой организован музей малолетних узников концлагерей, но никогда ничего не рассказывал.
«Он всегда только плакал и молчал. И вот совсем недавно одна первоклассница принесла на встречу с бывшими узниками батон белого хлеба. И они все стали отламывать по кусочку, жевать, «запивая» хлеб своими слезами. И вот только после этого Евгений Филиппович впервые заговорил», — рассказывает директор школьного музея Евгений Зимин.
История 14-летнего партизана Ковалева
В три года Женя Ковалев остался без матери. Воспитывали и кормили его старшие братья и сестры, которых у него было четверо. В 1941 году, когда на Смоленщину пришли немцы, ушел вместе с ними в партизанский отряд, в котором его назначили связным. Юному партизану тогда было всего 14 лет.