Геннадий Давыдько: Суицид из пушки

Среди телевизионщиков популярен такой анекдот: встречаются два оператора, один у другого спрашивает: «Как жизнь?» - «Как свет поставишь», - отвечает другой. То есть один и тот же факт, при ловкой расстановке акцентов и умелой подаче, может иметь абсолютно противоположный посыл.

Вот три подонка на днях в Московском метро избили парня. Если заострить внимание на том, что они дагестанцы, то новость становится взрывоопасной, а значит, тиражируемой. Или в Минске машина сбила женщину. Она не пострадала, и водитель адекватно наказан. Но некоторые СМИ многозначительно намекнули, что номера у машины были российские. Зачем? Тут и объяснять не надо. Под Сочи столкнулись две машины. Есть погибшие. Трагедия. Но, к радости информационной стаи в одной из машин была Ксения Собчак. Как заваленного буйвола стая будет пожирать ее с аппетитом и долго. Что касается ее скорого отъезда с места ДТП, то ни для кого ни новость, что она цинична и прагматична.

Или вот еще: в РБ заблокировали сайт «Комсомольской правды в Беларуси», задержали журналиста Геннадия Можейко, того самого паренька, который в день убийства сотрудника КГБ Дмитрия Федосюка опубликовал заметку с воспоминаниями одноклассницы убийцы. Зачем журналисту надо было в день преступления публиковать материал, вызывающий симпатию к экстремисту? Конечно, был умысел. Да, через несколько минут заголовок, ставший триггером к последующим событиям, был изменен. Сам Можейко понял, что прокололся, и тут же сбежал из Беларуси в Россию, где попытался вылететь за рубеж. Однако российскими властями в отношении него было принято решение о нежелательности нахождения в РФ. В выезде ему отказали и потребовали покинуть страну. Ему ничего не оставалось, как вернуться в Минск, где его и задержали. Но это, говорят, не связано с его последней публикацией. Можейко предъявили обвинение в разжигании расовой, национальной или религиозной вражды, а также вменяют оскорбление представителя власти. В этой пене мало кто услышал, что Геннадий Можейко, к примеру, во время попытки августовского государственного переворота был активным участником травли коллег из белорусских государственных СМИ.

Журналисты, как никто другой, должны кожей чувствовать время. Понимать глубину и остроту событий. Осознавать ответственность за слово. Время-то какое непростое! Напряжение на всех фронтах. Сегодня слово - это пуля. Предложение - автоматная очередь. Статья - выстрел из пушки.

Не исключаю, что Можейко все это прекрасно знает. И, публикуя материал, предполагал, что он приведет к скандалу, который будет выгоден врагам Беларуси. Заказ это был или нет, еще предстоит выяснить. Но мы точно знаем, что он не у себя в социальных сетях разместил мнение, а подставил любимую многими белорусами газету. Для него лично это получился суицид. А за газету не переживайте. Будем верить, что «где надо» разберутся в ситуации и «Комсомольская правда» вернется в Беларусь.