Лучший - бразилец

Наступление зимы для теплолюбивого Ренана Брессана, шесть лет назад начавшего игровую карьеру в Беларуси, всегда стресс. Впрочем, радостные события, произошедшие в его жизни в нынешнем сезоне, наверняка не оставили следа от обычной в эту пору хандры. Дебют в национальной сборной Беларуси, наделавшие шуму в Европе победы БАТЭ над «Баварией» и «Лиллем» в групповом раунде Лиги чемпионов, участие в Олимпиаде, досрочное подтверждение борисовчанами чемпионских полномочий, подписание контракта с владикавказской «Аланией», наконец, признание Брессана лучшим футболистом страны. В отпуск на родину Ренан улетал в прекрасном настроении, о чем и поведал корреспонденту «СВ».

– Я счастлив. Все-таки стал первым легионером, получившим столь высокое признание в Беларуси. Сделал шаг вперед в профессиональной карьере.
– Вы были уверены, что лавры лучшего футболиста достанутся именно вам?
–  Конечно, нет. Когда назвали три фамилии, с нетерпением ждал, чтобы скорее вскрыли конверт. Нервничал. Виталий Родионов и Александр Глеб – прекрасные футболисты, и если бы сильнейшим назвали кого-то из них, это было бы тоже справедливо. Они этого заслужили не меньше меня.
– С приходом в БАТЭ Глеба вы на какое-то время потеряли место в основном составе. Не затаили на Александра обиду?
– Наоборот, многому у него научился. И в клубе, и в сборной. Считаю, мне здорово повезло, что поиграл рядом с такими звездами, как Матея Кежман и Александр Глеб. Хотелось бы, чтобы в России этот список значительно удлинился.
– Ваш переход в «Аланию» вызвал неоднозначную реакцию. Многие специалисты считают, что на первом месте оказались притягательные финансовые условия контракта. Это так?
– Сколько людей – столько мнений. Не скрою, финансовые условия тоже подтолкнули к принятию решения. Однако они не являлись главенствующими. Для меня важна возможность сыграть в российской Премьер-лиге, которую считаю одной из сильнейших в Европе. Да еще под руководством такого авторитетного тренера, как Валерий Газаев. Когда начинал в «Гомеле», Анатолий Юревич открыл меня для Беларуси, в БАТЭ Виктор Гончаренко помог развиваться дальше, а с помощью Газаева мечтаю выйти на более высокий уровень. 
– Супругу заберете с собой во Владикавказ?
– Обязательно. Марианна всегда будет жить там, где играю я. 
– Следующим летом в Борисове сдадут в эксплуатацию новый стадион. Не жалеете, что не удастся опробовать его газон?
– Когда увольнялся, пошутил в клубном офисе, что обязательно приеду сюда сыграть какой-нибудь еврокубковый матч. Чем черт не шутит! Хотя мне кажется, что я еще вернусь в Беларусь и поиграю за БАТЭ.
– Многие отмечают особую ауру борисовского коллектива. Почувствовали ее?
– Безусловно. У нас превосходный коллектив, в чем заслуга и ребят, и тренерского штаба, и клубных руководителей. Мы – одна дружная семья. И потому успешны. Ведь в трудные минуты все друг за друга горой. А это крайне важно. Уверен, будь иначе, не добились бы исторической победы над «Баварией».
– Долго переживали эйфорию по этому поводу?
– Пару дней – не больше. Мы ведь уже имели к тому времени выездную победу над французским «Лиллем». Опять же понимали, что сделали только первый шаг на пути к плей-офф, а впереди ждут значительно более сложные игры. Если вначале нас чуть недооценивали, то дальше об этом не могло быть и речи.
– Морально не прибили последовавшие потом четыре кряду поражения в Лиге чемпионов?
– Всегда неприятно покидать поле побежденным. Но следует учитывать два аспекта. Во-первых, соперники очень сильны, имеют в составах много ярких звезд. А во-вторых, у них разгар сезона, мы же его завершали, и невольно сказывались сопутствующие этому моральная и физическая усталость. Жаль, конечно, что финиш вышел неудачным. Однако БАТЭ пробился в плей-офф Лиги Европы, и это я считаю достижением.
– Вы отлично говорите по-русски. Чья заслуга?
– Когда в 2007 году попал в «Гомель», тренер заставлял учить язык. Репетитора не было – осваивал русский в общении с партнерами. Не стеснялся делать ошибки, главное – больше говорить. И уже через год вполне сносно общался с окружающими.
– Не ошибусь, если предположу, что самое важное событие прошедшего сезона для вас – Олимпийские игры в Лондоне?
– Участвовать в Олимпиаде – мечта любого спортсмена. Единственное огорчение – в решающем поединке с египтянами могли сыграть удачнее.
– Помнится, ваш отъезд в Лондон вызвал скандал в БАТЭ.
– Пережил неприятные дни. Меня не хотели отпускать в олимпийскую сборную, потому что команда попала в тяжелое кадровое положение, а впереди ждали ответственные еврокубковые матчи. Признаюсь, было тяжело принять решение. Много размышлял, советовался с родными, агентом. Думаю, поступил верно. Во всяком случае, о том, что сыграл на Олимпиаде, никогда не пожалею.
– К тому же забили гол сборной Бразилии…
– И это тоже крайне важно для меня. Я ведь уехал из Бразилии молодым футболистом, меня никто не знал. Теперь – другое дело. Этот гол землякам наряду с теми, что забивал в Лиге чемпионов, открыли на родине двери в клубы элитного дивизиона. Хотел бы этим воспользоваться. Не сейчас – в Европе надеюсь поиграть еще долго, а в будущем. Это моя мечта.
– Отъезд в Россию не отобьет желания выступать за сборную Беларуси?
–  Если Георгий Кондратьев посчитает нужным меня вызвать, приеду с удовольствием. Всегда буду ценить, с какой теплотой меня встретили в сборной. Даже не ожидал подобного. Всегда находятся люди, которые недоверчиво относятся к иностранцам. Меня же ребята приняли как своего, как равного. Особенно благодарен Александру Кульчию и Сергею Корниленко – они здорово помогли адаптироваться в новом коллективе. Хотя серьезных проблем я не испытал. Выручило то, что в сборной немало моих партнеров по БАТЭ.
– Бывших…
–  Да, уже бывших. Но БАТЭ навсегда останется в моем сердце. Надо двигаться дальше. Новая цель – покорение российской Премьер-лиги. Я верю в свою звезду.