Владимир Путин: Белорусам нужно самим спокойно разобраться

Владимир Путин о ситуации в РБ:

Беларусь - да, там мы видели турбулентные процессы. Но на что хотел бы обратить внимание? На то, что, как вы заметили, ведь Россия не вмешивалась в то, что там происходило. Мы рассчитываем, что и никто не будет вмешиваться, никто не будет раскручивать в своих интересах этот конфликт и навязывать какие‑то решения белорусскому народу.

Ничего привнесeнного извне внутри той или иной структуры, того или иного народа, того или иного этноса работать не будет без учeта специфики, культуры, истории народа. Поэтому нужно дать возможность самим белорусам спокойно разобраться со всей ситуацией, принять соответствующие решения.

В том числе, может быть, эти решения лежат на пути принятия поправок в действующую Конституцию либо принятия новой Конституции. Президент Лукашенко об этом сказал публично. Да, можно сказать: ну сейчас он там чего-нибудь напишет себе на пользу, и всe это не имеет ничего общего с демократией. Но, вы знаете, всe можно ведь оболгать, на всe можно посмотреть скептически.

Я уже говорил, не буду вдаваться в детали, но то, что происходило в Беларуси, выгодно отличается от того, что происходило на улицах некоторых крупных городов развитых демократий, понимаете? Да, жeсткость была, и всe, а может быть, даже неоправданная, тогда пусть ответят те, кто это допустил. Но в целом, если сравнивать и посмотреть на картинки - во всяком случае безоружному человеку в спину никто не стрелял из боевого оружия, вот я о чeм. Поэтому давайте спокойненько с этим разбираться.

ОТКРОВЕННО

«КАК МЕНЯ ТОЛЬКО НЕ ИЗОБРАЖАЛИ: И С КЛЫКАМИ, И ТАК, И СЯК»

О том, что о нем думают на Западе:

Вы знаете, меня мало что задевает, потому что я в известной степени при исполнении своих служебных обязанностей превращаюсь в функцию. И она, эта функция, имеет главную цель - обеспечение интересов российского народа, наших граждан, и Российского государства. Всe остальное я стараюсь не замечать, чтобы это не мешало выполнять эту самую функцию.

А к выпадам я привык давно. Еще начиная с 2000 года, когда мы активно боролись с бандами международных террористов на Кавказе. Там я чего только не слышал и чего только не видел, как меня только не изображали: и с клыками, и так, и сяк, во всяких ракурсах. Так что меня это не колышет.

О роли в истории:

Я не думаю никак о своей роли в истории, пускай об этом думают те люди, для которых это интересно. Я ни одной книжки про себя не прочитал. Я просто работаю изо дня в день, решая текущие задачи и обращая свой взор в будущее, с тем чтобы эти текущие задачи не мешали достижению стратегических целей.

А что там и как будет оценено будущими поколениями - это давайте оставим на их мнение, на их суд. Но тогда, когда будут даваться эти оценки, мне, думаю, будет уже не очень интересно. В этом смысле я прагматик. И стараюсь работать не на свой имидж мирового лидера, которым я себя, честно говоря, не считаю. Я не считаю, что я чем-то отличаюсь от своих коллег - руководителей других государств. Я работаю на укрепление страны. В этом моя главная цель и смысл жизни.

О 2024 годе и своих планах:

Когда-то это, безусловно, должно закончиться, я отдаю себе в этом отчет прекрасно. Изменения в Конституцию направлены не только на то, чтобы предоставить действующему главе государства право избираться в 2024 году или даже в более поздние сроки. Они направлены на то, чтобы укрепить суверенитет России, обозначить наши перспективы развития, создать фундаментальный базис для развития экономики и социальной сферы. А что будет там в 2024 году или в более позднее время - это будем смотреть, когда время пройдет. А сейчас надо просто напряженно работать, как святой Франциск, каждый на своем участке.

НА ВОЕННОМ ПОЛОЖЕНИИ

«Нам не шашечки нужны на машине, а ехать»

О предложении европейских стран, чтобы Россия оставалась одна в Договоре по открытому небу:

Нам европейцы говорят: а пускай они выходят, а вы не выходите из договора. Я говорю: здрасьте, вот кино хорошее! Вы же все члены НАТО, значит, вы будете летать, передавать американцам информацию, а мы не сможем этого делать, потому что мы останемся в этом договоре. Поэтому давайте-ка дурака не будем валять, давайте будем разговаривать по-честному друг с другом.

 О желании США привлечь Китай к Договору об ограничении ядерного оружия:

А почему только Китай? А где другие ядерные державы? Где Франция, которая только что провела очередные испытания? Тоже ядерная держава. Великобритания, есть и другие, которые официально не признаны ядерными державами, но весь мир знает, что у них ядерное оружие есть. Чего мы будем как страусы прятать голову в песок и делать вид, что не понимаем, что происходит? Нам не шашечки нужны на машине, а ехать нужно. Нам безопасность обеспечить надо, давайте их тоже подключим.

 О конфликте в Нагорном Карабахе:

У России всегда были особые связи с Арменией. Но у нас всегда были особые связи и с Азербайджаном. В России проживает более 2 миллионов армян и около 2 миллионов азербайджанцев. Это не только те люди, которые приехали на временные заработки, но и те, которые здесь живут практически постоянно. Для нас и Армения, и Азербайджан - равные партнеры. Мы хотим выстраивать полноценные отношения как с Арменией, так и с Азербайджаном. Для нас огромная трагедия, когда там гибнут люди. Пять тысяч человек уже погибло! А сколько раненых?

Мне бы очень хотелось, чтобы компромисс был найден. Я в очень тесном контакте нахожусь и с президентом Алиевым, и с премьером Пашиняном. В день по несколько раз с ними говорю по телефону. По несколько раз в день!

О БОРЬБЕ С ПАНДЕМИЕЙ

Оживленную критику в мире вызывала позиция стран, которые шли своим путeм. Например, Беларусь и Швеция.

- В Швеции и в Беларуси всe делается руководством этих государств. У нас как было, так и есть, а именно: жизнь и здоровье граждан, без всякого сомнения, на первом месте.

Швеция не вводила никаких ограничений, но и у них оказался спад экономики - чуть меньше восьми. Они не занимались тем, чем мы, поддерживая граждан и экономику, а результат тот же самый.

Что касается Беларуси. Президент Лукашенко, я с ним разговаривал много раз, прекрасно понимал всю угрозу коронавируса. Но в Беларуси нет таких золотовалютных резервов, нет такого разнообразия экономического ландшафта, и он, как он говорит, вынужден был просто сохранить дееспособность экономики. Но в целом у них ситуация не хуже, чем во многих других странах на самом деле.

Поэтому у нас такого выбора нет, не было и нет, и сейчас нет. В первую очередь люди, здоровье и жизнь. Мы не собираемся, нет необходимости вводить жeсткие ограничения.