Дорогой возрождения

Август 2008 года должен был остаться в истории как месяц мирных олимпийских состязаний в Пекине. Но мы запомнили его иным – тревожным и разрушительным. О том, насколько пятидневная кавказская война изменила наши представления о политике, дипломатии, добрососедстве, какие изменения претерпела политическая карта Кавказа, размышляет Ответственный секретарь Парламентского Собрания Союза Беларуси и России Сергей СТРЕЛЬЧЕНКО: – Год назад был расстрелян югоосетинский город Цхинвал. Тогда под обстрелом грузинских военных погибли мирные граждане и российские миротворцы, первыми принявшие этот вероломный удар, направленный злой политической волей на беззащитных жителей Южной Осетии. Расстреляны были не только люди, но и нормы международного права, вера в здравый смысл некоторых политиков, ставящих свои амбиции выше человеческих жизней.
Обо всем этом я знаю не из передач телевидения, сообщений СМИ. Год назад приезд нашей делегации Парламентского Собрания Союза Беларуси и России в Цхинвал стал едва ли не первым визитом официальной международной делегации, посетившей Южную Осетию после подписания Президентом Российской Федерации Дмитрием Медведевым Указа о признании независимости двух кавказских республик. Тогда я своими глазами смог оценить моральный и материальный урон, нанесенный Южной Осетии агрессией официального Тбилиси.
Вспоминаю, как мы ехали по основной дороге из Владикавказа в Цхинвал – это тот путь, по которому прошла вся боевая российская техника к театру военных действий: через ущелья и перевалы, узкий Рокский тоннель, соединяющий Россию с Южной Осетией. Когда мы увидели нескончаемые колонны бронетехники, возвращавшиеся с той войны, мы сполна оценили ее масштабы. В первые дни военных действий на Кавказе некоторые «пикейные жилеты» обвиняли российские войска в нерасторопности, в том, что помощь миротворцам, отражающим атаки грузинских войск, пришла с опозданием. Но так рассуждать могут лишь те, кто не видел своими глазами узкое жерло многокилометрового тоннеля – единственной дороги на Цхинвал.
Мы тогда размышляли с коллегами – белорусскими и российскими парламентариями – о том, что грузинские власти, отдавая приказ о нападении на Южную Осетию, переступили грань добра и зла. Если по логике официального Тбилиси Цхинвал – часть Грузии, то это безумие – бомбить собственные территории, свой город и своих людей.

Атакуя Южную Осетию, грузинские войска объявили войну не ей, маленькой непризнанной республике, более всего мечтавшей о воссоединении с Северной Осетией – Аланией. Война в том горячем августе бомбежкой Цхинвала была объявлена России. Агрессии подверглись мирные жители Южной Осетии (у большинства из них российское гражданство) и российские миротворцы. Мне, как человеку в прошлом военному, как кадровому офицеру, совершенно понятно, что для Тбилиси нападение на российских миротворцев не могло остаться безнаказанным ни по закону чести военных, ни по международным нормам. Россия не могла оставить без защиты своих людей. Вызов был принят, российские военные отреагировали адекватно: безопасность в регионе была восстановлена. Но можно ли сегодня говорить о том, что здесь воцарились мир и нормальная жизнь?
Год назад делегация Парламентского Собрания приехала в разрушенный Цхинвал, чтобы своими глазами увидеть последствия войны, узнать о нуждах и чаяниях пострадавших от боевых действий, оказать моральную поддержку коллегам-депутатам Южной Осетии. Ведь уже тогда было понятно, что помимо помощи в восстановлении мирной жизни республики нужна будет серьезная поддержка по интегрированию Южной Осетии и Абхазии в мировое сообщество. Парламентское Собрание включилось в эту работу давно и серьезно: обе кавказские республики получили статус наблюдателей в «союзном» парламенте – югоосетинские депутаты принимают участие в сессиях Парламентского Собрания, белорусские и российские парламентарии делятся с коллегами опытом международного сотрудничества.
Но как показал прошедший год, задача по признанию республик оказалась еще более сложной, чем казалось тогда. Для России независимость Южной Осетии стала непреложным фактом, государство встало на защиту ее граждан, дав четко понять всему миру, на чьей она стороне. Это было шагом необходимым, даже где-то инстинктивным, с большой долей эмоциональности. Но далее должны были следовать хладнокровные усилия российской дипломатии по разъяснению и доведению позиции Российской Федерации до мирового сообщества. Пока, увы, они не столь эффективны в отличие от действий российских военных.
Тем не менее Россия оказывает Южной Осетии всестороннюю помощь в возвращении к нормальной мирной жизни. В Цхинвале кипит стройка. Разрушенные частные дома сносят, на их месте должны возвести коттеджи. Работы ведутся на 58 объектах, 40 площадок подготовлено под заливку бетона. Российские строители обещают уже осенью сдать первую очередь жилого поселка Московский недалеко от Цхинвала. Это будет целый микрорайон из 180 коттеджей с оригинальной инфраструктурой. Полностью он будет достроен к концу года. Для того чтобы выделяемые на восстановительные работы средства расходовались максимально эффективно, в Цхинвале работает Межведомственная комиссия из представителей министерств и ведомств России, Южной Осетии и Северной Осетии.
Правда, построить новый дом на месте разрушенного проще, чем зарубцевать и излечить душевные раны, нанесенные войной. Итоги пяти дней августа 2008-го одинаково болезненны для всех вовлеченных в ту войну. Погибли сотни российских и грузинских военных, мирных граждан, тысячи людей по обе стороны границы лишились крова, став в одночасье беженцами, жертвами гуманитарной катастрофы. Есть официальные данные о тех человеческих и материальных потерях, которые понесли Россия, Южная Осетия и Грузия. Но не менее болезненно, что в одночасье утеряно доверие народов друг к другу. Восстанавливать их и охранять должны не только военные, но в первую очередь дипломаты, парламентарии и политики. Это работа на долгие годы.