Досье на краешке молекулы
Совместные проекты Беларуси и России давно снискали славу на поприще инноваций. Очередным прорывом может стать программа «ДНК-идентификация»
Она рассчитана на 5 лет, предполагаемый объем финансирования – 3 млрд рублей. Сейчас проект проходит согласования в заинтересованных ведомствах двух стран. С российской стороны госзаказчиком программы выступает Федеральное агентство научных организаций, поддержавшее инициативу Следственного комитета РФ.
– Ранее наше ведомство не участвовало в разработках программ Союзного государства, – отметил заместитель руководителя Главного управления криминалистики Следственного комитета РФ Сергей Рябов. – Это наш первый опыт работы с Постоянным Комитетом СГ. Спасибо за понимание важности проблемы и действенную помощь в подготовке концепции союзного проекта.
Криминалисты стали использовать ДНК для идентификации личности около 30 лет назад. За эти годы технология прошла несколько стадий развития и стала значительно дешевле. Наши криминалисты активно сотрудничают с Институтом общей генетики им. Вавилова РАН. В последние 5 лет у нас и за рубежом стали понимать, что генетика может рассказать о человеке гораздо больше, чем мы знаем сегодня.
Человек на месте преступления, даже если он работает в перчатках, всегда оставляет следы своего присутствия. Это может быть кровь, слюна, пот, потожировые следы рук и т.д. Нескольких молекул бывает достаточно, чтобы найти злоумышленника.
На Западе сегодня активно развиваются криминалистические базы ДНК, которые позволяют расследовать преступления за лабораторным столом. Согласно статистике, в Великобритании около 40 тысяч правонарушений раскрываются ежегодно при помощи анализа ДНК. В случае полного совпадения генетического профиля с места преступления с профилем лица из базы данных личность этого человека, а также его местонахождение будут сразу известны. Полицейским часто только и остается, что приехать к нему домой и произвести арест.
Но иногда даже частичное совпадение позволяет предположить, что преступление мог совершить не человек, чей ДНК-профиль имеется в базе, а его родственник, и в таких случаях также удается установить личность преступника.
Подобные базы данных также позволяют идентифицировать неопознанные трупы жертв криминала, катастроф, военных конфликтов, узнать личность человека, потерявшего память. Одним из самых ярких случаев использования ДНК-анализа является идентификация останков семьи последнего Императора России – Николая II.
– Раньше ДНК-экспертиза использовалась только для определения преступника по принципу «тот – не тот», – рассказал Сергей Рябов. – А теперь можно получить множество дополнительной информации: из какого региона человек родом, какими внешними признаками он обладает. Это позволяет значительно сузить круг поиска. Данная технология применялась для расследования теракта в аэропорту Домодедово в 2011 году. На тот момент это был эксперимент, мы посоветовались с учеными и попробовали получить результат. И уже через двое суток мы установили личность террориста, взорвавшего себя в аэропорту, что, в свою очередь, помогло выйти на сообщников.
О другом ярком примере поведал заведующий лабораторией анализа генома Института общей генетики РАН, профессор Николай Янковский. В одном из городов Сибири в течение десяти лет орудовал насильник несовершеннолетних. По фотороботу составили ориентировку на выходца с Северного Кавказа. Однако генетики опровергли эту версию. Они вычислили, что искомый человек происходит из народностей юга Сибири. Через короткое время объект был установлен.
– Эта история показывает достижимость результата, – говорит профессор. – Но для того, чтобы поставить метод на поток, нужно иметь данные фундаментальной науки. Нужно знать предысторию формирования народов. А для этого надо взять множество образцов ДНК.
Собственно, для этого и затевается союзная программа. Финансирование понадобится для сбора генетического материала по регионам России и Беларуси, создания соответствующей базы данных.
– Сейчас мы также разрабатываем реагенты для исследований, которые, скорее всего, будут востребованы и нашими коллегами за рубежом, – уверен Николай Янковский. – В любом случае благодаря отечественным разработкам удастся избежать зависимости от импорта.
– Ранее наше ведомство не участвовало в разработках программ Союзного государства, – отметил заместитель руководителя Главного управления криминалистики Следственного комитета РФ Сергей Рябов. – Это наш первый опыт работы с Постоянным Комитетом СГ. Спасибо за понимание важности проблемы и действенную помощь в подготовке концепции союзного проекта.
Криминалисты стали использовать ДНК для идентификации личности около 30 лет назад. За эти годы технология прошла несколько стадий развития и стала значительно дешевле. Наши криминалисты активно сотрудничают с Институтом общей генетики им. Вавилова РАН. В последние 5 лет у нас и за рубежом стали понимать, что генетика может рассказать о человеке гораздо больше, чем мы знаем сегодня.
Человек на месте преступления, даже если он работает в перчатках, всегда оставляет следы своего присутствия. Это может быть кровь, слюна, пот, потожировые следы рук и т.д. Нескольких молекул бывает достаточно, чтобы найти злоумышленника.
На Западе сегодня активно развиваются криминалистические базы ДНК, которые позволяют расследовать преступления за лабораторным столом. Согласно статистике, в Великобритании около 40 тысяч правонарушений раскрываются ежегодно при помощи анализа ДНК. В случае полного совпадения генетического профиля с места преступления с профилем лица из базы данных личность этого человека, а также его местонахождение будут сразу известны. Полицейским часто только и остается, что приехать к нему домой и произвести арест.
Но иногда даже частичное совпадение позволяет предположить, что преступление мог совершить не человек, чей ДНК-профиль имеется в базе, а его родственник, и в таких случаях также удается установить личность преступника.
Подобные базы данных также позволяют идентифицировать неопознанные трупы жертв криминала, катастроф, военных конфликтов, узнать личность человека, потерявшего память. Одним из самых ярких случаев использования ДНК-анализа является идентификация останков семьи последнего Императора России – Николая II.
– Раньше ДНК-экспертиза использовалась только для определения преступника по принципу «тот – не тот», – рассказал Сергей Рябов. – А теперь можно получить множество дополнительной информации: из какого региона человек родом, какими внешними признаками он обладает. Это позволяет значительно сузить круг поиска. Данная технология применялась для расследования теракта в аэропорту Домодедово в 2011 году. На тот момент это был эксперимент, мы посоветовались с учеными и попробовали получить результат. И уже через двое суток мы установили личность террориста, взорвавшего себя в аэропорту, что, в свою очередь, помогло выйти на сообщников.
О другом ярком примере поведал заведующий лабораторией анализа генома Института общей генетики РАН, профессор Николай Янковский. В одном из городов Сибири в течение десяти лет орудовал насильник несовершеннолетних. По фотороботу составили ориентировку на выходца с Северного Кавказа. Однако генетики опровергли эту версию. Они вычислили, что искомый человек происходит из народностей юга Сибири. Через короткое время объект был установлен.
– Эта история показывает достижимость результата, – говорит профессор. – Но для того, чтобы поставить метод на поток, нужно иметь данные фундаментальной науки. Нужно знать предысторию формирования народов. А для этого надо взять множество образцов ДНК.
Собственно, для этого и затевается союзная программа. Финансирование понадобится для сбора генетического материала по регионам России и Беларуси, создания соответствующей базы данных.
– Сейчас мы также разрабатываем реагенты для исследований, которые, скорее всего, будут востребованы и нашими коллегами за рубежом, – уверен Николай Янковский. – В любом случае благодаря отечественным разработкам удастся избежать зависимости от импорта.
вк
ок
youtube
telegram
ru–by
макс
