Союзы создают интеллектуалы

Почему Содружество Независимых Государств – СНГ – не смогло реализовать свои возможности до конца и готовы ли сегодня страны – участницы СНГ к новой углубленной интеграции? На эти и другие вопросы искали ответы первый и единственный Государственный секретарь РСФСР, президент Международного форума модернизаторов «Моя Россия» Геннадий Бурбулис, заместитель директора Института экономики РАН, профессор Светлана Глинкина, советник Президента Украины, политолог Дмитрий Выдрин, советник Президента Республики Казахстан по политическим вопросам Ермухамет Ертысбаев в ходе видеомоста «Москва – Киев – Астана «От Союза к Содружеству. От Содружества в Союз?», организованного  Международным пресс-центром РИА «Новости».

Путём Югославии мы не пошли

Участники видеомоста согласились с тем, что СНГ могло стать альтернативой СССР. Почему не стало? На этот вопрос все ответили по-разному. Геннадий Бурбулис считает, что проект СНГ, хотя и содержал реальную стратегию, не реализован из-за чрезвычайно тяжелого наследства – разрушенной экономики, десятилетиями не решаемых в республиках проблем, из-за отсутствия у всех сил и понимания «стратегического приоритета идей Содружества». Сейчас, повинился Г. Бурбулис, могу только извиниться, что мы этого не сделали: 24 часа в сутки решали внутрироссийские проблемы. То же делали и остальные.
По мнению Ермухамета Ертысбаева, «мы жили в коммунальной квартире, и в том, что каждая нация решила построить себе коттедж», нет ничего плохого. 11 государств подписали историческое соглашение, которое «позволило нам цивилизованно разойтись, а не пойти путем Югославии». Казахстан последним провозгласил независимость – не потому, что не хотел ее, а потому, что позиция главы государства тогда (и сейчас) была – сохранить в Союзе единый народнохозяйственный комплекс и построить новое конфедеративное государство на принципах демократии и рыночной экономики.
– СНГ не стало альтернативой СССР потому, что мы не проанализировали причины распада СССР и не сделали выводы, – считает Дмитрий Выдрин. – Недавно один американский публицист ошарашил меня, заявив, что США в ближайшее десятилетие могут оказаться на грани распада. Почему эта могущественная страна, единственный полюс власти в мире – и такая катастрофическая возможность? Единство штатов, ответил американский публицист, всегда держалось на двух негласных договорах. Первый –  недвижимость, которой владеют практически все американцы, непрерывно будет расти, люди чувствовать себя все богаче; второй – лучшие в США инвестиции – в образование. Чем больше ты вложил в свое образование, тем счастливее, богаче, благополучнее будешь.
Советский Союз кроме идеологических причин тоже держался на двух негласных договорах: цены каждый год падают, а зарплаты растут и дети должны получить хорошее образование. Но в 80-е годы цены росли, зарплаты падали, как и благосостояние. Образование обесценилось: владелец кооператива стал получать больше, чем академик, а сантехник больше, чем профессор. Когда исчез пресловутый советский средний класс – креативный, который и был основой единства – культурного, духовного и так далее, произошел распад СССР.  Когда в 90-х, нулевых годах мы стали говорить и что-то делать в плане реинтеграции, забыли, пояснил Дмитрий Выдрин, что интегрируются только те страны, где растет экономика и уровень жизни – прежде всего креативного, творческого класса.

Объединятся? Только не новых принципах

Тем не менее интегрироваться необходимо, уверены представители России и Казахстана. США, Канада, Мексика создали единую экономическую зону. Второй центр – Евросоюз. Юго-Восточная Азия – третий. Есть Индия с быстрорастущей экономикой, напомнил Е. Ертысбаев украинскому оппоненту. В эпоху глобализации на первый план выходит унификация законодательства, жесткая конкуренция в экономике, и с этой точки зрения Казахстан, например, лидер которого является одним из авторов Евразийского экономического союза, «понимает, что в XXI веке мы сможем быть конкурентоспособными, только объединившись на новых принципах. И спасибо России, которая выступила инициатором совершенно нового союза, основанного на принципах равноправия. И вхождение в него Украины позволило бы нашим странам быть конкурентоспособными и на мировых рынках».
А Дмитрий Выдрин считает, что для новой интеграции пока нет оснований: владелец бутика по-прежнему получает больше, чем академик, сантехник – больше, чем профессор. Не создан новый творческий класс, который, инвестировав в свое университетское образование, уже настолько силен в материальном и интеллектуальном положении, что готов оперировать идеями на широком постсоветском пространстве. Нет и нового базового договора, на основе которого можно было бы говорить о реинтеграции. Я свято верю в синергетику, сказал Д. Выдрин, но пока не вижу, что наши элиты и экономисты, идеологи проделали «работу над ошибками». Не говоря уже о том, что появились новые разделительные барьеры – коррупция. Объединив экономики, что хорошо, мы объединим и коррупционные модели, что плохо и может нивелировать полезность объединения экономик.
Я, заключил Д. Выдрин, не противник интеграционных процессов, я – противник неравной иерархии в них. Десятилетиями мы повторяем, что Евросоюз вырос из союза угля и стали. (Речь идет об ЕОУС – международной организации, объединившей угольную и сталелитейную промышленность шести европейских стран и заложившей основу современного Европейского союза.) Это абсолютная ложь, потому что не металлурги создавали Единую Европу, а интеллектуалы. Только они могут создать концепцию союза и давать поручения газовикам и металлургам, чем ее наполнить. Металлурги и газовики не могут создавать концепции и давать поручение интеллектуалам. Когда приоритеты будут расставлены правильно, уточнил Дмитрий Выдрин, когда «мы не будем подозревать, что газовики проговаривают не условия объединения наших обществ, а откаты, дельты, сверхприбыли, я буду среди тех, кто обсуждает «общие проблемы и ставит задачи газовикам и металлургам».

Наталья ДОЛГУШИНА