Андрей Удальцов: Память о полярном братстве

Лично я только «за» руками и ногами. Могу даже предположить, какая это будет дата – 31 августа. Именно в этот день в 1941 году в Архангельск пришел из Англии первый конвой, получивший даже собственное имя, - «Дервиш». Морской «бродяга», - семь транспортов под охраной двух крейсеров, шести эсминцев, и даже авианосца, действовавшего в дальней зоне, - доставил в Архангельск 25 тысяч тонн разных грузов. Для сравнения: для такого объема перевозок потребовалось бы 300-400 железнодорожных вагонов или 1500 грузовиков.

Удивляет другое – почему этот день не был учрежден раньше. Ведь о мужестве моряков, как иностранных, так и наших, везших в суровых условиях северных морей до зарезу необходимые Красной армии грузы, написано и сказано уже очень много. А вот официальной памятной даты не было. Теперь, вероятно, появится, наконец, к 85-летию прибытия первого конвоя.

Если отбросить всю «ура-патриотическую» риторику и оценить значение караванов объективно, надо признать, что они здорово нам помогли, особенно в 1942 году, когда фашисты рвались к Сталинграду, а наша оборонная промышленность еще только набирала обороты после эвакуации за Урал. Нам не хватало всего – танков, самолетов, пороха для производства снарядов, продовольствия и обмундирования. Наконец, алюминия для производства, прежде всего, танковых дизелей и самолетов-бомбардировщиков. И все это везли полярные конвои.

Практически вся наша боевая авиация на Севере состояла из ленд-лизовских машин, доставленных полярными караванами. Советские машины, в частности, истребители для действий на таком масштабном театре, особенно, над морем, когда надо было прикрывать с воздуха конвои, шедшие за десятки миль от берега, мало подходили. Дальность у них была слабовата.

В 1941 году конвои ходили в общем спокойно – фашисты практически не обращали на них внимания. Но в 1942-м Гитлер  опомнился, и на борьбу с караванами бросили десятки «волчьих стай» подводных и армады бомбардировщиков и торпедоносцев взлетавших наперерез конвоям из Норвегии. Чего стоит только трагическая участь каравана PQ-17. Брошенный по приказу из Лондона боевыми кораблями охранения, он подвергся чудовищному разгрому – из 35 транспортов немцы потопили 24, погибли 153 моряка.

Учреждение этого дня еще раз напомнит о том, что в борьбе с общим врагом наша страна, США и Великобритания были союзниками. Ленд-лиз, который везли конвои, конечно стоил денег. Правда, форма и общая сумма расчета была разная. Американцы пролонгировали свою долю, причем, без процентов на десятки лет – и последний транш выплатила в 2006 году уже Россия.

Британцы, у которых в то время у самих денег было в обрез, требовали оплаты сразу, причем, золотом. И тут такая история вышла.  

На Темзе почти в центре Лондона сегодня стоит крейсер-музей «Белфаст». Корабль легендарный, он также сопровождал конвои в Россию. И в его реставрации уже в наши дни принимали участие специалисты из России. Тем мы отдали долг памяти героическому корабля.

Так вот у «Белфаста» был двойник «Эдинбург». 28 апреля 1942 года он вышел курсом на Англию из Мурманска. В его трюмах, в деревянных ящиках находилось пять с половиной тонн золота – наша плата англичанам за ленд-лиз. Но капитан крейсера дал маху. Понадеявшись на высокую скорость «Эдинбурга» он в какой-то момент решил оторваться от эсминцев прикрытия и проскочить до Англии в одиночку. Ничего не вышло – сначала британец попал под торпедную атаку немецкой субмарины. А затем крейсер, у которого от взрыва торпеды оторвало корму, добили подоспевшие на запах добычи немецкие эсминцы. Пять с половиной тонн золота ушли на дно вместе с бедолагой «Эдинбургом».

Только в конце семидесятых годов, когда появилось необходимое для глубоководных работ оборудование, наши, совместно с британцами, добрались до «золотого» крейсера. Подняли большую часть драгоценных слитков. Точная цифра – 5129,3 килограмма. Выгрести подводную кубышку полностью помешал разбежавшийся шторм. Так что, триста килограммов золота до сих пор лежат на дне среди занесенных илом останков «Эдинбурга». Возможно, когда-нибудь найдутся еще смельчаки, которые рискнут достать остатки сокровищ из кромешной темноты морской пучины.