Яна Чумакова: Человеку нужен человек

- Яночка, я так больше не могу… Одиночество убивает, не с кем слова сказать…

Дедушка плакал. Наверное, уже пятидесятый раз за месяц я слышала эту душераздирающую фразу из телефонной трубки.

- Дедуль… у тебя же есть мы! Мы скоро приедем, сделаем шашлыки! Правнучка увидишь, он выучил твою песню про море! Илюша, возьми телефон, спой дедушке…

- Вы живете в Москве, как приедете, так и уедете… а я здесь один. Всех друзей пережил…

Трудно представить даже мне, что этот человек –композитор, музыкант, поэт, неисправимый оптимист, всю жизнь приносивший людям радость, мог так быстро погрузиться в полное отчаяние. Он до последнего старался сохранять активность. Руководил Хором Ветеранов, уровень которого поднял на невероятную высоту. Но годы взяли свое. Стал тяжелым аккордеон, стал тяжек путь до Дома Культуры…

Вроде бы пришла сладкая пора отдыха – лежи на диване, смотри телевизор, наслаждайся пенсией. Но это ловушка. Буквально в течение года веселый острослов с гордой фамилией Казак стал печальным Пьеро. Перестал писать частушки, вести свою страницу в Интернете. Несмотря на то, что моя мама (дочка) и я (внучка) всячески пытались скрасить его жизнь.

Человеку нужен человек. Это еще в «Солярисе» говорили. Оказавшись в социальной изоляции от друзей, коллег-музыкантов, от общества, дедушка стал резко угасать.

Тут мы подходим к одной очень важной и пронзительной проблеме современности – проблеме одинокой старости. За последние годы в нашей стране произошли существенные изменения в социальной структуре семьи. Раньше соседи жили, фактически, большой компанией – вместе лепили пельмени на общей кухне коммуналки, дружно ходили на работу и сменяли друг друга в очередях за «дефицитом». Старики были «под бочком» у детей. Помогали присматривать за внуками, чувствовали свою значимость – «я пользу приношу, значит рановато на тот свет отправляться». А что сейчас? Общество поменялось, мы стали более эгоистичными и разрозненными.

Ёмко и красиво описал эту ситуацию Олег Митяев:

Почти у каждого из нас бывает драма,
Она, казалось бы, решается легко:
Одна в осеннем городе скучает мама,
И этот город расположен далеко.
И мы сначала ничего не замечаем,
И дни разлуки складываются в года…
И обещаем написать и забываем,
И наши мамы нас прощают, как всегда…

Когда я каждый день слышала, как плачет в трубку мой дедушка, страдающий от тоски, у меня возникла мысль, которая любому русскому человеку может показаться кощунственной – ему было бы лучше в доме-интернате для престарелых. Я подумала – и отогнала эту мысль от себя. Почему-то именно в нашей ментальности это считается особенно ужасным – «сдать» старика.

Почему мы так думаем? Что за ложное чувство собственного «героизма» мы тешим, когда, приехав максимум раз в неделю, оставляем одинокого пенсионера в четырех стенах? «Зато не в доме престарелых, какая я хорошая дочь/сын/внук»… это неправда. И нужно это признать. Домашняя тюрьма – это не радость и не счастье для пожилого человека.

А ведь люди в таких домах не просто живут, они активно общаются, чего часто лишены в своих четырёх стенах. Они творят, в меру своих способностей, занимаются физкультурой, реализовываются в самых разных направлениях. И в любой момент, при желании, могут уйти и вернуться к прежней жизни. 

Именно такой подход – это достойная пенсия для одиноких стариков, а не ожидание у подоконника: «когда же он придет??» Два часа счастья, а потом опять – телевизор, окно, осень жизни и осень года…

От себя могу добавить следующее – так как в особенностях нашего менталитета лежит предвзятое отношение к домам престарелых, мне кажется, что нужно продумать планомерную интеграционную программу как для самих пенсионеров, так и для их детей. Возможно, для детей будут полезны групповые занятия с психологом, чтобы ликвидировать проблему «чувства вины».

Очень здорово сделать щадящий план адаптации для пожилого человека. Допустим, сперва проводить гостевые посещения, а потом уже сам пенсионер решит, нужно ли ему переходить на следующий «этап». Когда я мечтала о такой старости для своего дедушки, думала сперва устроить так, чтобы он вел хор в доме-интернате. Чтобы для него это было планомерно и ненавязчиво.

Любому человеку крайне важно ощущать свою значимость. Возможно, системы посильных дежурств (помощь в уборке, в приготовлении еды, накрыть на стол, полить цветы) могли бы вселить еще больше душевных сил в обитателей интерната.

И, конечно, для реализации идеи подобных домов нужно грамотно работать с общественным мнением. Изменить отношение со «сдал в интернат» на «обеспечил достойную старость» - задача непростая. Но нет ничего невозможного. Можно делать дни открытых дверей, проводить экскурсии, рассказывать про активности и другие интересные события из жизни постояльцев интерната. Простор для фантазии здесь огромный.

Подводя итог, хочется сказать - человек должен жить полноценно. Вне зависимости от здоровья, ментальных особенностей, возраста. Общаться с друзьями, двигаться, получать достойную помощь, гармонично развивать свои способности, работать. А главное - чувствовать себя НУЖНЫМ КОМУ-ТО! Все это можно реализовать в доме-интернате.

И правда – человеку нужен человек. Лучше и не скажешь.