01 Июня 2008 года / К номеру:   ()

Метель... Зима... Россия... Смута!..

Отрывок из романа Станислава Золотцева «У подножья Синичьей горы»

А все-таки музыку – именно музыку, в изначальном смысле этого слова, ту всеобъемлющую гармонию русской метели, что вошла в пушкинский духовный слух, – ее в наши дни, по-моему, удалось выразить в звуке и довеять до нас не художнику слова и не художнику кисти, а творцу собственно музыки. Быть может, единственному из современных русских ее творцов, кого мы вправе назвать гениальным композитором. Георгию Свиридову. …Слышу «Романс» – и физически чувствую ледяную и нежную свежесть бьющего по лицу снега, смесь восторга и ужаса, пульсирующую в крови, когда все мироздание превращается в безудержную коловерть пушистых и светящихся звезд, хлопьев, языков, плетей и клочьев... И – многие-многие десятилетия оживают в этой музыке, метелями летевшие по нашей горевой отчей земле, и они возвращают нас туда, где под ветхим пологом кибитки пробирается сквозь вьюгу то ли в свое Михайловское имение, то ли к пугачевским станицам кудрявый и синеглазый сочинитель...
...Слушаю – и поражаюсь: неужели такая музыка могла быть создана на моем веку?! На веку, в котором делалось все возможное и невозможное для того, чтобы такая музыка не могла родиться. А все же она рождалась, как символ того, что жива почва духовная, способная ее рождать... Георгий Свиридов, по моему убеждению, едва ли не единственный пушкинианец в русской музыке советского времени.
...Не зачеркиваю и ничуть не желаю умалить труд любого из отечественных композиторов этого века. Но воссоздать пушкинскую Метель в музыке смог только один – Георгий Свиридов... Конечно же, я говорю далеко не только о его романсе из кинофильма. Метель – без кавычек! Жизнь и душа России, запечатленной Пушкиным без всяких прикрас, но с тою гармонией, какая стала идеалом духовного (а во многом и житейско-человечного) бытия для всех последующих поколений россиян...
Жителю двадцатого века, ставшему свидетелем почти всех его трагедий и катаклизмов, композитору Свиридову удалось создать не одну, а множество мелодий, в основе которых – именно такая, пушкинская, гармония. ...Во все века находились люди, носившие титул, который был для них и в глазах всех окружающих превыше любых наград, – Мастер.
Мастер!.. Всего лишь два-три раза мне доводилось видеть Свиридова, причем всегда в концертно-праздничной обстановке, в шумном окружении, – но нельзя было не заметить, не разглядеть, что этот седоголовый человек резко выделяется в людском множестве. Выделяется прежде всего своей суровой несуетностью, чужеродностью шумихе и мишуре. Ни начальственной грозности, ни напыщенности или высокомерия «олимпийца» нет в его облике, а вот некая «аура» светлого и мудрого спокойствия (слово «эпическое» тут не будет лишним), кажется, вправду окружает его. Скупые слова, скупые жесты, пристально-неуступчивый взор – все дышит в нем тем редкостным и в то же время простым достоинством, какое во все времена бывает присуще человеку любого дела и любого сословия, если только он – Мастер.
…Когда я думаю о Свиридове, то вижу его не таким, каким несколько раз видел вблизи. И не таким, каким видел на множестве фотографий. Его лик предстает для меня запечатленным на портрете, что создан Юрием Селиверстовым. Лицо Мастера словно вырастает из зимней рощи – а может, из яблоневого сада, опушенного и овеянного метелью. Здесь облик человека и стихия снегового колдовства неразрывны. Хмурый, «морозный» взор, однако в стеклах очков отражается то ли блеск солнечных лучей, пробившихся сквозь толщу зимних туч и пелену снега, то ли свет крестьянских окон, – и художник так искусно сумел «осенить метелью» лик своего героя, что этот свет становится и видится нам не отраженным, а внутренним, из духовной глуби создателя пушкинианской музыки идущим светом. Глубинным огнем его метельного мотива.
И еще… Мне вспоминается один из последних дней осеннего кровавого противостояния в Москве 1993 года. Дом Советов, Белый дом – уже в осаде, на Красной Пресне – бесконечные митинги. Вопли, визги, рев и крик, вой сирен, мат… По брусчатке громыхают бэтээры; в подземный переход, бряцая и скрежеща по ступенькам щитами, вбегают спецназовцы, а через несколько минут туда же врывается людской поток с имперскими и красными флагами… Вдобавок – холодина, снег с дождем, грязь и пронизывающий ветер. Безумие во всем!
А в углу подземного перехода, у стены, стоит худенький мальчик – и на флейте выводит свиридовскую «Метель»! Посреди осатанения, крови, грязи и жестокости словно бы волшебный цветок вырастал: лилась мелодия русской красоты и любви, серебряно-чистая, певучая ворожба природной гармонии…
…Никого не остановил этот мальчик. И все-таки он играл. И все-таки – по крайней мере, для меня – те дни горчайшей и страшной народной трагедии не только в кроваво-траурный цвет окрашены. Ибо над безумьем и насилием, над хаосом бесовщины звучала и торжествовала свиридовская «Метель». Мелодия Русского Света. Музыка Русской Думы. Пушкинская Метель!..
…Зима. Метель… Россия! Смута…
Незадолго до своего ухода Георгий Свиридов заповедал нам: «...Я призываю вас: не стыдитесь того, что мы – русские люди! Нельзя ни скромничать, ни стыдиться. Мы такие, какие есть. Меня спрашивают: какой я? Я – русский человек! И дело с концом. Что еще можно сказать?
Я не россиянин. Потому что россиянином может быть и папуас. И прекрасно он может жить в России. На здоровье, пусть живет. Но русский человек – это русский человек. Во мне течет русская кровь. Я не считаю, что я лучше других, более замечательный. Но вот и такой, как есть, – русский человек. И этим горжусь. Я призываю вас с высоты своего возраста, и не сердитесь на меня, что я так говорю: надо гордиться, что мы – русские люди!..»

Комментарии


Читайте также

Туризм

Пять причин посетить Гомельский дворцово-парковый ансамбль

Судьбу города в свое время определили два знатных рода - Румянцевы и Паскевичи. Они же оставили гомельчанам этот роскошный туристический объект. И совсем недавно коллектив учреждения получил специальную премию Президента Беларуси

Политика

Александр Лукашенко - о том, что нужно сплотиться: Чтобы здесь не летали ракеты и не бросали на нас бомбы

Если бы белорусы не выстояли в 2020 году, в стране сейчас было бы хуже, чем на Украине. Нужно хорошо усвоить этот урок

Союзное государство

Канал в будущее

25 лет отмечает Телерадиовещательная организация Союзного государства Беларуси и России. Ее председатель Николай Ефимович рассказал «СВ», как она менялась

Трибуна депутата

Владимир Андрейченко: Мы не можем безразлично смотреть на марши неонацистов

Белорусы всегда будут воспринимать кровавые события, стоящие за словом «холокост», как личную трагедию

Общество

Шаром покатили

Китайский зонд унизил США, показав полную беспомощность американских ПВО

Культура

Вячеслав Назарук: Вместо князя Меншикова получался… Зайчик

Не стало мультипликатора, который нарисовал Кота Леопольда, Крошку Енота и Мамонтенка. Ему был 81 год



Общество

Шаром покатили

Китайский зонд унизил США, показав полную беспомощность американских ПВО

Общество

Наплевали на свои же принципы

Страна, где отжимают собственность под надуманными предлогами – новая реальность в США

Общество

Полуфабрикат эконом-класса

С передачей танков Украине американцы оказались, как всегда, самыми хитрыми, и оставили союзников по НАТО в дураках

Спорт

Бойкот, да не тот

Отсутствия поляков на Олимпиадах никто и не заметит, в отличии от россиян и белорусов, вот они и бесятся

Общество

Не надо бояться человека с конфетой…

На Западе пытаются оправдать уже и педофилию

Туризм

Пять причин посетить Гомельский дворцово-парковый ансамбль

Судьбу города в свое время определили два знатных рода - Румянцевы и Паскевичи. Они же оставили гомельчанам этот роскошный туристический объект. И совсем недавно коллектив учреждения получил специальную премию Президента Беларуси

Спорт

«Да здравствует матушка-Россия!»

Болельщик выкрикивал эти слова, когда сиднейские полицейские тащили его с трибун

Звезды

Ольга Кабо: Теперь играю мам-злодеек

Аристократичная красавица до сих пор покоряет сердца. И возраст не скрывает. Но кто поверит, что Ольге Кабо уже 55?

Культура

Вячеслав Назарук: Вместо князя Меншикова получался… Зайчик

Не стало мультипликатора, который нарисовал Кота Леопольда, Крошку Енота и Мамонтенка. Ему был 81 год