Шагая под звездным небом…

Торжество это, отталкиваясь от слов самого мэтра, журналисты окрестили «сюрпризом». Возможно, так оно и было, готовили вечер ближайшие сподвижники Никиты Сергеевича – Александр Адабашьян,  Эдуард Артемьев, Евгений Стеблов, но без тонкой режиссуры мастера, думаю, не обошлось.

В 65 лет человек начинает остро размышлять об истоках, прикосновение к ним должно придать уверенности при вступлении в фазу зрелости, которая, по Руссо, начинается после 60-ти и длится около 20 лет. Во всяком случае, мне показалось, что камертоном этого развеселого вечера, местами напоминавшего происходящее в «Очах черных», были совсем другие кадры, где счастливый маленький мальчик Илюша бежит по зеленому ковру навстречу своей судьбе. Зал Дома кино был полон, а в пространстве сцены, воплощавшей метафору Канта о «звездном небе над нами и нравственном законе внутри нас» (указатель с фильмами виновника торжества помещался в правом дальнем углу сцены), едва ли не каждый обращался к михалковскому началу. Единственно верную ноту празднику задал Геннадий Хазанов в образе одного из братьев Люмьеров, успокоивший мэтра на все сто («Коли любит премьер, се ля ви у тебя удалась…», «Всем известен твой вес, хоть с мигалкой, хоть без, хоть Михалков ты, хоть Михалков…»). И по секрету сообщивший ему, что официальный Гимн Франции недавно переименовали в «Мохнатого шмеля».
И таких выпадов на вечере было немало. Начиная с Ирины Мирошниченко, рассказавшей, как она получила роль в фильме «Дядя Ваня» старшего брата Никиты – Андрея, и заканчивая Алексеем Петренко, переделавшим Лисицу из крыловской басни в Лиса-моряка. Мирошниченко тогда только сыграла роль старшей сестры Михалкова в картине «Я шагаю по Москве», имевшей большой резонанс. И как-то прогуливаясь в районе метро «Аэропорт», актриса встретила Андрея Кончаловского, который без обиняков ей заявил: «Здравствуйте! А я вас знаю, в фильме вы назвали моего младшего брата идиотом. И правильно сделали!» И пригласил на роль. Если учесть, что Михалков из своего первого ряда не оставлял без комментариев ни одного выступления, со многими исполнителями обнимался и целовался (крепче всего с Люмьером и Лисом-моряком), то атмосферу вечера легко представить.
О неизвестном Михалкове рассказали немало. Во-первых, процитировали письмо Георгия Данелии от 14 августа 1966 года, в котором он рекомендовал принять на режиссерский факультет «пытливого юношу», который, у кого бы ни снимался, норовил подсказать режиссеру новое решение. Показали курсовую работу будущего лауреата Канн «Девочка и вещи», переименованную, правда, Михаилом Роммом в «Девочку в комиссионке». И сюжет из «Фитиля» Михалкова-старшего «Собрание на ликеро-водочном заводе», где солировали молодые артисты Табаков и Калягин. А также публика убедилась в том, что у Никиты Сергеевича есть фильм «на полке». И положил его туда он сам. Просто подчинился «нравственному закону». По недомыслию в этом фильме, посвященном Чехову, снимали сцену с «ряжеными артистами», как выразился режиссер, на могиле писателя. Чего, как и многого другого, делать в кино нельзя. Потому и фильм «развалился». Зрители увидели кадры с одним из героев этой картины в исполнении Владимира Ильина.
На протяжении всего действа на экране мелькали фото из архива режиссера, а в это время его поздравляли Эдуард Артемьев, Виктор Мережко, Карен Шахназаров, Юрий Николаев, ректор ВГИКа Владимир Малышев, директор Высших режиссерских курсов Вера Суменова. Когда под щемящую музыку фильма «Свой среди чужих» (Эдуард Артемьев) пошли кадры ушедших актеров – Юрия Богатырева, Александра Кайдановского, Нонны Мордюковой, Вячеслава Тихонова, зал встал...
Музыки на вечере звучало много. Ирина Мирошниченко исполнила песню из фильма «Я шагаю по Москве», Инна Пиварс – из «Рабы любви», Мария Максакова – романс Сен-Санса, а Алексей Петренко удивил интерпретацией «Бессамо мучо». Сам Михалков с Кубанским казачьим хором спел «Не для меня весна придет», с цыганами – «Мохнатого шмеля», а в финале ему пришлось петь под фонограмму Николая Расторгуева, не доехавшего до вечера, «А заря, заря, заря...». Но сенсацией стало исполнение Андреем Карауловым «Невечерней» с цыганами. Все по форме – в атласной рубашке цвета бордо… Родственники юбиляра петь не стали, но подарили гармошку – как раз такую, какую в трехлетнем возрасте Никита Михалков пытался самостоятельно купить в музыкальном магазине на улице Горького. И «деньгу с Лениным» удачно стянул у няньки, а все равно «повязали», покаялся в криминальном прошлом режиссер.
Как видим, сюрпризов было много. Не забудем, что на вечер Никита Сергеевич приехал перед самым его началом – монтировал новую картину…

Нина КАТАЕВА