Ким Брейтбург: От «Евровидения» отказались правильно

ОТ ЛЮБВИ ДО «НЕНАВИСТИ»

Песни на музыку Кима Брейтбурда исполняли Филипп Киркоров, Лариса Долина, Валерий Леонтьев, Николай Басков – и это далеко не полный список.  Легче сказать, наверное, кто не пел.

- Лично мне очень нравится ваша песня «Петербург-Ленинград» в исполнении Людмилы Гурченко - уроженки Украины, где и вы родились, и Бориса Моисеева, уроженца Беларуси, с которой вас много связывает. А вы хорошо знали Людмилу Марковну?

- Не могу сказать, что очень хорошо, но я с ней много виделся, общался, разговаривал, записывал ее. Она человек был очень талантливый, очень тонкий. И очень нервный – тонкие люди флегматиками не бывают. С ней связан забавный случай. У меня студия находилась в районе Кунцево на пятом этаже в обычном доме. И Гурченко вместе с Моисеевым приехали ко мне записывать песню. После «Петербург-Ленинград» они записали еще одну – «Ненавижу» на стихи Евгения Муравьева, и собирались третью, но уже не сложилось. Людмила Марковна с Борисом прекрасно знали, где студия, но решили по-актерски выпендриться. Проехали этажом выше, позвонили в дверь и сделали вид, что ошиблись. Они так потом смеялись, обсуждая лица этих людей, увидевших на пороге двух знаменитостей!

- Вы однажды сказали, что звезд такого уровня, каким было то, старшее поколение, больше не будет. Почему?

- Сейчас это просто невозможно. Это не значит, что людей талантливых стало рождаться меньше. Просто, общество расслоилось. Кто-то богат, кто-то не очень. Вкусы по возрастам слишком разные, и социальный статус у людей стал сильно отличаться. Написать такую песню, чтобы угодить всем, вряд ли получится. К тому же при советской власти были пара телеканалов и несколько радиостанций, которые вещали на всю страну. И тебя все сразу узнавали. Ну, поживем-увидим, может, у кого-то получится покорить сразу всех.  

ПОБЕЖДАЕТ ЭПАТАЖ

- Прочитал ваше старое интервью про «Евровидение». Вы тогда переживали, что отправили на конкурс «Серебро», а не Чумакова с Панайотовым, для которых писали песню. А теперь мы вовсе не принимаем там участия. Мы правильно делаем?  

- Для сегодняшнего времени это естественный процесс. «Евровидение» ушло в шоу: у кого номер ярче, эпатажнее, тот и победил. Хотя изначально это был конкурс именно песен. И что греха таить – он очень сильно политизирован. Все негативные тенденции, которые в Европе происходят, находят там отражение. Так что сейчас я никакого важного значения «Евровидению» не предаю.

- Многие нормы изменились за последние десятилетия. Скажите, вас никогда не упрекали за эпатажную песню «Голубая луна», которую когда-то пели Николай Трубач и Борис Моисеев?

- Ну, во-первых, если разобраться в музыке, которую я написал, там ничего крамольного.

- Так к музыке никаких претензий!

- А, во-вторых, если перечитать текст, то и он достаточно безобиден. Другое дело - те аллюзии или интерпретации, которые возникают у человека в мозгу, когда он эту песню слышит. Что породило множество анекдотов, которые вращались вокруг исполнителей. Но меня это никогда не касалось. А к песне люди относились не слишком серьезно, воспринимали с улыбкой. Поэтому она и стала такой популярной. 
 
 

ВЫСОКАЯ ПЛАНКА

УЧИТЬСЯ, УЧИТЬСЯ И УЧИТЬСЯ МЮЗИКЛУ!

Мэтр сочинил полтора десятка произведений в этом жанре

 
- Вы нашли жанр, созвучный времени – мюзиклы. И среди них «Служебный роман» по пьесе «Сослуживцы», которую прославил на весь СССР Эльдар Рязанов. Где его можно посмотреть?

- Он идет в нескольких городах. Самая ближняя точка от Москвы – это Нижний Новгород. Всего же по России у меня порядка семидесяти разных постановок. В Москве - «Джейн Эйр» в Театре оперетты, и «Дубровский» - в молодежном музыкально-драматическом театре «Поколение». Так же «Джейн Эйр» можно посмотреть в Белорусском музыкальном театре. А «Дубровского» мы делали в Минске со студентами Белорусского государственного университета культуры и искусств. Они с большим успехом играли его каждый понедельник в течение нескольких лет.

- Вы специально ездили смотреть Бродвейские постановки. Что-то почерпнули?

- Я был поражен актерской стабильностью. В одном театре идут спектакли по много лет каждый день и с очень высоким качеством. Когда я смотрел «Красавицу и чудовище», у меня было полное ощущение, что пришел на премьеру. Такой драйв, такая энергетика! Мы с женой очень увлеклись этим жанром. Она профессор Академии музыки имени Гнесиных, кандидат наук, мой единомышленник. Наша увлеченность привела к тому, что мы три года тому назад с помощью ректора Академии Александра Рыжинского, открыли там новую кафедру. Обучаем студентов искусству мюзикла.

- Получается, по лекалам Запада?

- Буквально переносить на нашу почву американский мюзикл не очень правильно. У нас совсем другой менталитет, мы привыкли к другим мелодиям. У нас нет афроамериканской музыкальной культуры в крови, даже другой интонационный строй в музыке. Поэтому нам, конечно, нужен свой, российский мюзикл. Такая адаптация идет и, на мой взгляд, успешно. С 15 по 25 ноября в Самарской области пройдёт вручение национальной премии «Музыкальное сердце театра» в этом жанре. Все идет к тому, что она станет международной. Думаю, что и Беларусь будет привлечена.

 

РОДНАЯ КРОВЬ

ЛИРИКА БЕЗ ПОМПЕЗНОСТИ

Композитор написал музыку к песне «Две сестры – Беларусь и Россия», которая стала негласным гимном Союзного государства.

 
- Вы ведь за эту песню получили награду?

- У меня действительно есть медаль Союзного государства. Но она, может быть, не связана напрямую, были ведь и концерты на «Славянском базаре», мое участие в жюри, и вообще много проектов.

- Почему вы взялись за эту песню? Человек, который горит сейчас мюзиклами.

- С таким же успехом можно спросить: «А почему вы написали еще шестьсот песен кроме этой?». Просто я люблю Беларусь. Мне она очень нравиться своей тихой красотой. Прекрасными людьми, которые там живут. Наши две страны действительно очень близкие. Ментально, по духу, корнями и так далее. Есть и свои, чисто личные привязки. Прекрасное стихотворение, которое написал Элеонора Мельник, меня очень вдохновило. Сама Элеонора, кстати, живет в Москве, но корни у нее белорусские. Песня получилась не помпезная, а лирическая. Видимо, людям она поэтому и нравится своей естественностью, мягким посылом.

- У истоков «Славянского базара» стояло три страны, одна из них – Украина. Как вы думаете, она еще вернется на витебский фестиваль?

- Мне очень этого хотелось бы, чтобы вновь возникла дружба, братство. Чтобы вернулся на «Славянский базар» дух всеобщего праздника музыки и песни. Будем надеяться, что когда-нибудь это произойдет.
 
 

СПРАВКА «СВ»

Полное имя Кима Брейтбурга – Кимол, что расшифровывается как «Коммунистический интернационал молодежи». Так его назвали по настоянию деда по отцовской линии, убежденного революционера, соратника Котовского. Он лично участвовал в ликвидации Махно.