От загадок Скорины – к тайне «Афинской школы»

Похоже, фреска Рафаэля Санти «Афинская школа», украшающая библиотеку Ватикана, сотни лет хранила тайну, связанную с Беларусью. Во всяком случае, так считает автор открытия – ученый из Минска Григорий Ревяко, обнаруживший удивительное сходство одного из персонажей монументальной работы великого итальянца с белорусским первопечатником и просветителем Франциском Скориной. При этом доводы исследователя столь убедительны, что с ними нельзя не согласиться. Прежде всего доктор искусств Скорина, прекрасно знающий итальянскую живопись, как раз в это время жил в Италии, бывал в Риме, Падуе, где защищал еще одну докторскую диссертацию – на этот раз по медицине. Правда, история не оставила свидетельств, что пути Рафаэля и Скорины действительно пересекались, но, учитывая узость тогдашнего круга художников и искусствоведов, можно предположить, что они знали друг друга. Просто обязаны были знать, поскольку искусствоведы всегда консультировали заказчиков, к кому из художников следует обратиться, и мастера кисти жизненно были заинтересованы в таком знакомстве.
Что касается росписи ватиканской библиотеки, то Папа Римский, как отмечали современники, проявил тогда измотавшую всех его помощников чрезмерную требовательность. Он долгое время отвергал предлагавшихся ему художников и их творческие замыслы, пока не сделал выбор в пользу мало известного еще Рафаэля. Естественно, люди из окружения Папы нашли молодого тогда мастера тоже не сами, а по подсказке кого-то разбирающегося в живописи. Возможно, это и был Скорина. И такая услуга в получении престижного заказа, с которого и началось восхождение Рафаэля к вершине славы, позже способна была подвигнуть художника на такой жест благодарности, как увековечение своего благодетеля.
На эту мысль наталкивает и другое обстоятельство. В роли Сократа, Птолемея, Гераклита и других исторических личностей на фресках представлены легко узнаваемые современники Рафаэля – итальянские общественные деятели, ученые, представители правящей элиты. И только портрет человека, которого художник изобразил рядом с собой, нарушив технологию, то есть написав его вживую на штукатурке, не используя утвержденный заказчиком картонный эскиз, так и остался не идентифицированным.
Обычно мастера монументальной живописи так отдают дань уважения соавторам. Но известно, что эту фреску Рафаэль создавал один. Стало быть, это действительно тот, кто помог ему «выйти в люди». Или все же наберемся смелости – тот, кто был еще и соавтором идеи? И еще наберемся смелости утверждать вслед за Григорием Ревяко, что человек на фреске справа от Рафаэля и на автопортрете из Библии Скорины – одно и то же лицо. Ведь они (посмотрите на фото) действительно очень похожи!
А теперь обратимся к другой стороне этой истории. Почему вообще ученый, работавший в Белорусском государственном университете информатики и радиоэлектроники – вузе, не имеющем отношения к предмету нашего разговора, занялся изучением творческого наследия Скорины?
– Дело в том, – объясняет Григорий Максимович, – что в 1990 году, когда по решению ЮНЕСКО праздновался 500-летний юбилей Скорины, в одной из публикаций я обратил внимание на фразу о том, что гравюры в его Библии содержат много загадок. А поскольку наша лаборатория информационно-кибернетических систем занималась компьютерной расшифровкой сделанных из космоса снимков земной поверхности, то я решил использовать эти наработки для разгадки тайнописи. Начал изучать литературу о зашифрованных посланиях – от времен индейцев майя до европейского Средневековья, где подобная практика была обычным делом. И оказалось, что Скорина тоже использовал отработанные приемы маскировки содержания, а поскольку он еще и глубоко знал астрологию, то насыщал гравюры и символами из этой области.
Все его рисунки из Библии и других книг были помещены в электронную базу данных, очищены с помощью специальных технологий от повреждений и искажений, и когда запустили компьютерную программу, позволяющую выявлять скрытые изображения, страницы Книги книг заговорили по-новому. Самым распространенным его приемом шифрования оказался эффект зеркального отражения. То есть когда к рисунку под определенным углом в определенном месте прикладывается зеркало, то из хаотичного порой набора линий рождается скрытое изображение, одна половина которого располагается на бумаге, а вторая – на стекле. Впрочем, значение открывшегося рисунка надо потом еще правильно истолковать. Частично это сделать удалось, но многое еще ждет своего часа.
Манипуляции с зеркальным отражением помогли ученому увидеть в растительном орнаменте человеческую фигуру, которая, как он считает, символизирует возрождение духовных ценностей. То же зеркало выявило на одном из рисунков рожицу черта и солнечный диск, что символизирует темное и светлое начало человеческой личности. Заставка с заглавной буквой «Р» несет в себе, как оказалось, опрокинутое изображение двуглавого орла, символизирующего Россию, которая терпела в то время военные поражения.
Кстати, в букве «М» он дает ключ к расшифровке, помещая там женский портрет с древнегреческим знаком на лбу, означающим мифологическую Медузу, которую Персей победил, глядя на зеркальную поверхность своего щита. Зеркало присутствует и в качестве символа на автопортрете Скорины.
И чтобы уже закончить с буквами-символами, обратим внимание, что в литеру «А» наш земляк вмонтировал человеческий лик, оказавшийся, как выяснил Григорий Ревяко, портретом известной исторической личности – воеводы Константина Астрожского, который помог Скорине деньгами при издании Библии. Как видим, это очень напоминает подобный жест Рафаэля.
Языком символов белорусский первопечатник рассказывает и о себе. На автопортрете он зашифровал, например, время своего рождения. Отразил и социальный статус, расположив себя между двумя медведями. Правда, догадаться об этом непросто. Но на правильную мысль наводит присутствующий тут же астрологический инструмент, который указывает, что медведи означают созвездия Большой и Малой Медведицы, между которыми расположено созвездие Дракона. А Драконами в Средние века называли посвященных людей, коим и был дважды доктор наук Скорина.
Подчеркнута в рисунке и главная его ценность – знания. Они символизируются в свитке, выглядывающем из-под покрывала, которое до сих пор принимали за одежду. Ревяко обратил внимание, что покрывала помечены знаком полумесяца, стало быть, по астрологической символике – это так называемый «лунный дом», указывающий место расположения клада или какой-то ценности.
Словом, откапывать клады на этом поле можно бесконечно, ибо насыщенность рисунков символами впечатляет. Самое удивительное, что все это, в том числе и неканонизированные разделы из древних текстов, введенные Скориной, несет в себе Библия – книга, которая не позволяла вольностей. И куда, спрашивается, смотрел тогдашний средневековый Главлит или как его там?

Дмитрий ГОМЕЛЬСКИЙ