На приеме у Николая Васильевича
В Киеве завершил работу очередной ГогольFest В последнее воскресенье сентября в Киеве весело и шумно закрылся уже третий по счету ГогольFest – ежегодный международный фестиваль современного искусства. Он снова стал центральным культурным событием в жизни Украины.
В Киеве завершил работу очередной ГогольFest
В последнее воскресенье сентября в Киеве весело и шумно закрылся уже третий по счету ГогольFest – ежегодный международный фестиваль современного искусства. Он снова стал центральным культурным событием в жизни Украины. Творцы из России и Беларуси были достойно представлены среди проектов из 16 стран и вызвали огромный интерес публики. Особый ажиотаж вызвали такие белорусские команды, как кабаре-бэнд «Серебряная свадьба», этноджаз – группа «Акана», а из российских музыкантов – Инна Желанная, молодая команда с загадочным названием «188910», «НОМ», «Дети Пикассо».
По замыслу его идеолога и главного организатора – театрального режиссера и продюсера Влада Троицкого, фестиваль мультидисциплинарен. В рамках его обширной программы гостям были представлены театральные спектакли, кинопоказы, выставки современного визуального искусства, перформансы, концерты современной академической и электроакустической музыки.
Вообще, ГогольFest – событие нереальное, почти фантастическое для современной Украины. При минимальном финансировании государства (7% фестивального бюджета) большая часть программы демонстрировалась зрителям и слушателям бесплатно, бесплатно проводились и обучающие мастер-классы. Пожалуй, главным вкладом государства в фестиваль стало предоставление площадки для его проведения. Как и ранее, ею стало здание «Арсенала» – старого военного завода, – вот уже третий год перестраиваемое под выставочный комплекс. Таинственная громада на две недели стряхнула с себя вековечную пыль и шум строительных работ, чтобы принять в своих стенах ГогольFest.
Разнообразие фестивальной программы впечатляет: с утра в помещениях «Арсенала» проходили мастер-классы для всех желающих, днем – концерты современной академической музыки, поэтические чтения и презентации новых изданий, а вечером на разных сценах, часто параллельно, шли театральные спектакли, концерты и киносеансы. Во дворе же с утра до ночи под вековыми каштанами под звуки диджейских сетов или африканских барабанов посетители обсуждали увиденное и услышанное. Публика, посещавшая фестиваль, была также пестра, как и программа. Конечно, как всегда, главный зритель – молодежь, но в толпе встречались и достойные дамы с джентльменами, и одетые по финансовым причинам в винтаж старушки, и гламурные персонажи, и старые хиппи. Все смешались в этом кипящем котле направлений, стилей и культур. И, конечно же, под незримым, но всевидящим и пристальным взглядом великого Гоголя.
Идеолог ГогольFest Влад Троицкий, объясняя такое название, всегда подчеркивает, что ни в коей мере не пытается проводить какие-то прямые аллюзии. «Гоголь для меня – совершенно метафизическая личность, неоднозначная, гениальная, которая очень мучительно шла к своему пониманию жизни и искусства. Совмещение взглядов украинского, русского и европейского человека в одном лице. Боль, юмор, сострадание, мистицизм – грани его личности, которые меня завораживают. Я воспринимал бы наш ГогольFest скорее как глобальное «размышление по поводу». Просто поставить «Мертвые души» или «Женитьбу» – это важно, но этого мало. Нужно идти дальше».
Кстати, здание «Арсенала» находится через дорогу от Киево-Печерской лавры, и люди, знающие, насколько религиозным человеком был Гоголь, наверняка усмотрели в таком совпадении не случайность, а промысел самого Гоголя – быть поближе к святому месту. Вечерами музыку на фестивальном дворе на время перебивали лаврские колокола, напоминая всем об этом соседстве. Сам же Троицкий воспользовался возможностью и повторно продемонстрировал на фестивале со своим театром «Дах» спектакль «Смерть Гоголя», который представлял на первом ГогольFest. Спектакль этот необычный, требующий специфических пространственных возможностей и в обычном театральном помещении показать бы его не получилось. А в «Арсенале», который по-прежнему по большей части выглядит как заброшенный то ли завод, то ли замок, с высокими арочными сводами, широкими лестницами и старинными необлицованными кирпичными стенами, – это мистическое действо оказалось уместно. На пространстве, назначенном сценой, было сооружено почти настоящее озеро, перед этим водоемом толстым слоем насыпали черной, жирной земли, немного подсветили гигантские колонны, держащие потолок, в конце повесили огромный металлический макет колокола. Еще до начала спектакля у зрителя уже было ощущение, что сейчас начнется нечто таинственное и доселе невиданное. Спектакль действительно красив и эффектен. Он напоминает загадочный сон, в котором бегает множество одинаковых Гоголей в гипсовых масках, ухающих и ахающих, сидящих за партой и карабкающихся по лестнице вверх. Но человеку, хоть немного знающему биографию великого писателя и его произведения, становится понятно главное – создатели спектакля с помощью ярких метафор повествуют о том, как несчастен был Николай Васильевич, в каких душевных муках работал и жил. И это трогает зрителя до самой глубины души.
Помимо «Смерти Гоголя» Троицкий с актерами «Даха» показал перформанс «Сны заброшенной дороги», сопровождавший концерт основанной им же группы «ДахаБраха». В перформансе были задействованы разные выразительные средства: театральные, современные видеотехнологии, лазерное шоу. Все это вместе превратило его в самодостаточный спектакль со своей драматургией. В конце жизненного цикла, который полностью прошли герои на своей двухэтажной декорации, меняя костюмы и реквизит, они все обрели образ Гоголя. Последним аккордом, кульминацией сего действа стал пульсирующий лазерный портрет Николая Васильевича, повисший прямо в воздухе над головой у завороженной публики. Что имел в виду Троицкий? Что Гоголь – наш медиум, связной между тем и этим миром или что в конце жизни мы все неизбежно обращаемся к богу, как и Николай Васильевич?
В остальном же фестивальные выступления и концерты почти не содержали размышлений на тему творчества и жизни великого писателя, а всевозможными способами развлекали публику. И публика осталась довольна. Хотя были и исключения. В одном из украинских изданий журналистка упрекнула фестиваль в многопрофильности: дескать, «все и сразу» не может быть на одинаково высоком уровне. «Думаю, Гоголь тоже был бы против. Одно дело – ярмарка, другое – фестиваль, претендующий на международный уровень», – ее слова.
А мне все-таки кажется, что Гоголь, прославивший в свое время «Сорочинскую ярмарку», вовсе не был бы против. Кто как не он оценил бы это чудесное, живое, веселое, дающее пищу уму и сердцу действо, заряжающее нас энергией творчества. Будучи многоликим, полифоничным, шумным, меняя языки, маски, ритмы, формы и направления, фестиваль продемонстрировал гостям разнообразие современного искусства. Сколько раз со сценических площадок фестиваля звучало «Спасибо, Киев!». Что вкладывали в эти слова артисты? И благодарность тепло принимающей публике, и признательность организаторам за возможность показать себя, посмотреть других и обменяться с коллегами самым ценным, что есть у художника, – своим пониманием мира и человеческой души.
Елена БОЛДЫРЕВА,
собственный корреспондент «СВ» в Киеве
В последнее воскресенье сентября в Киеве весело и шумно закрылся уже третий по счету ГогольFest – ежегодный международный фестиваль современного искусства. Он снова стал центральным культурным событием в жизни Украины. Творцы из России и Беларуси были достойно представлены среди проектов из 16 стран и вызвали огромный интерес публики. Особый ажиотаж вызвали такие белорусские команды, как кабаре-бэнд «Серебряная свадьба», этноджаз – группа «Акана», а из российских музыкантов – Инна Желанная, молодая команда с загадочным названием «188910», «НОМ», «Дети Пикассо».
По замыслу его идеолога и главного организатора – театрального режиссера и продюсера Влада Троицкого, фестиваль мультидисциплинарен. В рамках его обширной программы гостям были представлены театральные спектакли, кинопоказы, выставки современного визуального искусства, перформансы, концерты современной академической и электроакустической музыки.
Вообще, ГогольFest – событие нереальное, почти фантастическое для современной Украины. При минимальном финансировании государства (7% фестивального бюджета) большая часть программы демонстрировалась зрителям и слушателям бесплатно, бесплатно проводились и обучающие мастер-классы. Пожалуй, главным вкладом государства в фестиваль стало предоставление площадки для его проведения. Как и ранее, ею стало здание «Арсенала» – старого военного завода, – вот уже третий год перестраиваемое под выставочный комплекс. Таинственная громада на две недели стряхнула с себя вековечную пыль и шум строительных работ, чтобы принять в своих стенах ГогольFest.
Разнообразие фестивальной программы впечатляет: с утра в помещениях «Арсенала» проходили мастер-классы для всех желающих, днем – концерты современной академической музыки, поэтические чтения и презентации новых изданий, а вечером на разных сценах, часто параллельно, шли театральные спектакли, концерты и киносеансы. Во дворе же с утра до ночи под вековыми каштанами под звуки диджейских сетов или африканских барабанов посетители обсуждали увиденное и услышанное. Публика, посещавшая фестиваль, была также пестра, как и программа. Конечно, как всегда, главный зритель – молодежь, но в толпе встречались и достойные дамы с джентльменами, и одетые по финансовым причинам в винтаж старушки, и гламурные персонажи, и старые хиппи. Все смешались в этом кипящем котле направлений, стилей и культур. И, конечно же, под незримым, но всевидящим и пристальным взглядом великого Гоголя.
Идеолог ГогольFest Влад Троицкий, объясняя такое название, всегда подчеркивает, что ни в коей мере не пытается проводить какие-то прямые аллюзии. «Гоголь для меня – совершенно метафизическая личность, неоднозначная, гениальная, которая очень мучительно шла к своему пониманию жизни и искусства. Совмещение взглядов украинского, русского и европейского человека в одном лице. Боль, юмор, сострадание, мистицизм – грани его личности, которые меня завораживают. Я воспринимал бы наш ГогольFest скорее как глобальное «размышление по поводу». Просто поставить «Мертвые души» или «Женитьбу» – это важно, но этого мало. Нужно идти дальше».
Кстати, здание «Арсенала» находится через дорогу от Киево-Печерской лавры, и люди, знающие, насколько религиозным человеком был Гоголь, наверняка усмотрели в таком совпадении не случайность, а промысел самого Гоголя – быть поближе к святому месту. Вечерами музыку на фестивальном дворе на время перебивали лаврские колокола, напоминая всем об этом соседстве. Сам же Троицкий воспользовался возможностью и повторно продемонстрировал на фестивале со своим театром «Дах» спектакль «Смерть Гоголя», который представлял на первом ГогольFest. Спектакль этот необычный, требующий специфических пространственных возможностей и в обычном театральном помещении показать бы его не получилось. А в «Арсенале», который по-прежнему по большей части выглядит как заброшенный то ли завод, то ли замок, с высокими арочными сводами, широкими лестницами и старинными необлицованными кирпичными стенами, – это мистическое действо оказалось уместно. На пространстве, назначенном сценой, было сооружено почти настоящее озеро, перед этим водоемом толстым слоем насыпали черной, жирной земли, немного подсветили гигантские колонны, держащие потолок, в конце повесили огромный металлический макет колокола. Еще до начала спектакля у зрителя уже было ощущение, что сейчас начнется нечто таинственное и доселе невиданное. Спектакль действительно красив и эффектен. Он напоминает загадочный сон, в котором бегает множество одинаковых Гоголей в гипсовых масках, ухающих и ахающих, сидящих за партой и карабкающихся по лестнице вверх. Но человеку, хоть немного знающему биографию великого писателя и его произведения, становится понятно главное – создатели спектакля с помощью ярких метафор повествуют о том, как несчастен был Николай Васильевич, в каких душевных муках работал и жил. И это трогает зрителя до самой глубины души.
Помимо «Смерти Гоголя» Троицкий с актерами «Даха» показал перформанс «Сны заброшенной дороги», сопровождавший концерт основанной им же группы «ДахаБраха». В перформансе были задействованы разные выразительные средства: театральные, современные видеотехнологии, лазерное шоу. Все это вместе превратило его в самодостаточный спектакль со своей драматургией. В конце жизненного цикла, который полностью прошли герои на своей двухэтажной декорации, меняя костюмы и реквизит, они все обрели образ Гоголя. Последним аккордом, кульминацией сего действа стал пульсирующий лазерный портрет Николая Васильевича, повисший прямо в воздухе над головой у завороженной публики. Что имел в виду Троицкий? Что Гоголь – наш медиум, связной между тем и этим миром или что в конце жизни мы все неизбежно обращаемся к богу, как и Николай Васильевич?
В остальном же фестивальные выступления и концерты почти не содержали размышлений на тему творчества и жизни великого писателя, а всевозможными способами развлекали публику. И публика осталась довольна. Хотя были и исключения. В одном из украинских изданий журналистка упрекнула фестиваль в многопрофильности: дескать, «все и сразу» не может быть на одинаково высоком уровне. «Думаю, Гоголь тоже был бы против. Одно дело – ярмарка, другое – фестиваль, претендующий на международный уровень», – ее слова.
А мне все-таки кажется, что Гоголь, прославивший в свое время «Сорочинскую ярмарку», вовсе не был бы против. Кто как не он оценил бы это чудесное, живое, веселое, дающее пищу уму и сердцу действо, заряжающее нас энергией творчества. Будучи многоликим, полифоничным, шумным, меняя языки, маски, ритмы, формы и направления, фестиваль продемонстрировал гостям разнообразие современного искусства. Сколько раз со сценических площадок фестиваля звучало «Спасибо, Киев!». Что вкладывали в эти слова артисты? И благодарность тепло принимающей публике, и признательность организаторам за возможность показать себя, посмотреть других и обменяться с коллегами самым ценным, что есть у художника, – своим пониманием мира и человеческой души.
Елена БОЛДЫРЕВА,
собственный корреспондент «СВ» в Киеве
вк
ок
youtube
telegram
ru–by
MAX
