Сергей Соловьев:

Моя «Анна Каренина» – это поэзия в прозе

Сергей Соловьев отметил 65-летний юбилей и завершает съемки нового фильма. А российскому зрителю еще предстоит посмотреть и пережить его картины «2-Асса-2» и «Анна Каренина». Премьеры фильмов прошли в Санкт-Петербурге, в Театре оперы и балета имени Мусоргского, во ВГИКе, в кинотеатре «Художественный», на VII Международном фестивале кинематографических дебютов «Дух огня» в Ханты-Мансийске, который является детищем Сергея Соловьева, и на «Кинотавре». О проведении фестивалей в современных условиях, о новых фильмах и их дальнейшей судьбе мы беседуем с их автором. – Сергей Александрович, в этом году, помнится, пресса достаточно долго пребывала в неведении: состоится ли VII «Дух огня»?
– Не только пресса, мы сами долгое время пребывали в том же состоянии. Разумеется, в связи с кризисом не приходилось рассчитывать на бюджетные средства. Выручили наши партнеры – «Газпромнефть», Ханты-Мансийский банк. Министерство культуры выделило нашему фестивалю грант. Вот так благодаря серьезности партнерского отношения удалось провести его, не снижая качественный уровень.
Вы знаете, наверное, что Дух огня – это древнее хантыйское божество, к тому же женского рода. Его назначение – сохранение огня в очаге, тепла в доме, самой жизни. И жизнь подтверждает, что фестиваль был назван нами правильно. Его главная задача действительно в том, чтобы сохранять огонь искусства. Между прочим, 7 лет назад, когда фестиваль только начинался, почти не было достойных дебютов, ярких художественных открытий. Для показа брали все и жили надеждой, что настанут времена, когда мы получим достойную художественную отдачу.
– И такие времена наступили?
– На мой взгляд, сегодня сформировалось интересное молодое поколение российских кинематографистов. Картины этих кинематографистов вполне могут быть в центре любого престижного фестиваля. Я думаю, в идеологии этого поколения полностью отсутствует торгашество. Они воспринимают кино как средство общения между людьми. На них у меня огромная надежда.
– Вы могли бы назвать имена представителей «новой волны»?
– Бакур Бакурадзе – фильм «Шультес», Игорь Волошин – «Нирвана», Павел Бардин – «Россия 88», Александр Расторгуев – «Жар нежных. Дикий, дикий пляж». На самом деле и имен, и фильмов, заслуживающих внимания, гораздо больше.
– Какой вам видится прокатная судьба ваших новых картин?
– Выпуск в коммерческий прокат требует средств, равных тем, что вложены в фильм. А в мои новые картины вложено все, что удалось достать. «Анна Каренина» к тому же картина с довольно высоким бюджетом. Откуда брать деньги на прокат – для меня загадка. Хотя есть и нечаянные радости. Например, тот живой интерес, который проявляют журналисты! Нужен разумный прокатчик, который на волне этого интереса выпустил бы картины на экран. Разумеется, коммерческий прокат тут не годится, нужны новые идеи. Например, Министерство просвещения недавно утвердило рекомендательное письмо для просмотра школьниками в рамках учебной программы нашего фильма «Анна Каренина».
И может быть, самое главное – сегодня огромное количество людей вообще не ходит в кинотеатры. Уже хотя бы только потому, что не любят публичного поедания попкорна, переговоров во время киносеанса по мобильным телефонам и не испытывают влечения к просмотру спецэффектов. А у нас со спецэффектами плоховато. Разве только колеса паровоза? Да и то они настоящие.
– Вы, наверное, устали отвечать на вопрос, почему обратились к данному произведению, в то время как все еще помнят прекрасный фильм Александра Зархи?
– Да, меня даже однажды спросили, почему я «переснял» «Анну Каренину». Как и все, я смотрел в свое время этот фильм с выдающейся Татьяной Самойловой в главной роли, и фильм этот мне нравился. Но, согласитесь, каждый читает книги по-своему. И героев представляет по-своему. Например, великий актер Николай Гриценко выступает прокурором по отношению к Каренину. А великий Олег Янковский в нашем фильме – гениальный адвокат своего героя.
В Англии, по-моему, сделано около 20 экранизаций «Гамлета», и ни одна не претендует на то, что именно там Гамлет «подлинный». Вот и у нас не было даже попытки сделать образцово-показательную «Анну Каренину». Это скорее стремление выразить свою любовь к роману и к его автору. Да и к главной героине. Наша картина – о любви Анны, а не о ее измене, о том, чем люди платят за любовь.
Один хороший человек в разговоре со мной печалился: экранизации «Анны Карениной» почти всегда преподносятся как бенефис той или другой артистки. Анна в исполнении Татьяны Друбич, безусловно, смысловой центр картины. И все же Таня не играет «бенефисную» роль. Хотя бы потому, что не менее важным для меня было и раскрытие характеров других персонажей – Вронского (Ярослав Бойко), Левина (Сергей Гармаш). А что касается Стивы Облонского, не могу не сказать, что вот так Саша Абдулов опять возвращается к нам, будто и не было этой ужасной потери. Роль Кити исполнила Мария Аниканова, Долли – Елена Дробышева. При этом, мне кажется, никто никого не «играет», все скорее стараются понять, что происходит с душевной жизнью их героев.
– По-моему, наши современники в большинстве своем плохо представляют себе масштаб и глубину этого произведения. Конечно, то, что Анна Каренина бросилась под поезд от несчастной любви, – общеизвестно. Но не более.
– Как ни странно, потеря этого подлинного масштаба наиболее ощутима именно у нас в стране. Действительно, ох как не модно рассказывать сейчас о чьих-то душевных муках, связанных с «супружеской изменой». Тоже нашли чем удивить! Но вот в США год назад известная телеведущая Опра Уинфри обратилась к своей многочисленной аудитории с советом прочитать «Анну Каренину». После этого, дескать, не надо будет ходить к психоаналитикам, чтобы понять, что с вами происходит к 40 годам. Объявила этот толстовский роман «лучшим романом всех времен и народов». Организовала всеамериканский читательский клуб «Анна Каренина». Книга мгновенно стала бестселлером. Во время озвучивания перевода фильма в Америке я сам видел, как люди совсем не интеллектуального вида читают ее даже на пляже. В нашей рабочей группе практически все не расставались с томиком, только издания были разные: у кого-то – 15-страничный вариант, у кого-то – 50-страничный, у кого-то – красивый фолиант с полным текстом.
– Очевидно, что вы проводите недвусмысленную параллель между Анной Карениной и Ассой, примеряете толстовскую героиню к реалиям нашей жизни?
– Да и «2-Асса-2», в сущности, об этом же, тем более что в течение этого фильма герои все время снимают какую-то «Анну Каренину».
– Насколько необходимо было цитировать первую «Ассу», используя фрагменты в новом фильме?
– Выросло поколение, которое первую «Ассу» не видело и даже не знает, о чем идет речь. А без этого, мне кажется, трудно понять «2-Асса-2». Хорошо бы накануне выхода «Ассы»-второй показать и первый фильм «Асса» в прайм-тайм на каком-нибудь популярном канале. А в прокате, надеюсь, пойдут сначала «2-Асса-2», а потом уже, может быть, через неделю или две и «Анна Каренина».
– Какие, на ваш взгляд, поправки в развитие мирового и отечественного кинематографа внесет экономический кризис?
– Мне кажется, мировой кинематограф, не говоря уже о нашем, чудовищно поглупел. Он стал рассматривать зрителя как потребителя попкорна и спецэффектов. На самом деле любое искусство всегда питала энергия сопротивления, поэтому духовная составляющая, может быть, даже и выиграет. Не зря говорят во ВГИКе, где я давно преподаю, что на хорошего человека и кинематографиста можно выучиться двумя путями: либо благодаря ВГИКу, либо вопреки ему. Главное – хорошо представлять себе этот путь и уметь толково использовать обстоятельства.

Беседовала
Алена ЖУКОВА